Сергей Пефтеев – Плевать мне на игру! - Мастер (страница 31)

Катана из кости — Правый коготь Альрика покинул ножны и оставляя за собой синий шлейф обрушил на Деревянного палача «Удар, с провокацией». Кукла с множеством фарфоровых лиц использовала бессмертную старуху как живой щит, после чего бросила её в Нибора. Бродяга поймал женщину, из-за чего спиной напоролся на лезвие жрицы.

-2.6 т ОЗ.

-2.6 т ОЗ.

По тому, как здоровье стало покидать общий индикатор, Нибор понял, что оружие жриц окроплено невероятно редким ядом, который забирал не просто очки здоровья, а процент от его максимального значения.

— Все в кольцо! — сбрасывая с себя старуху, отдал приказ Нибор. — Анрин не пытайся снимать яды, всё равно не успеешь. Просто лечи нас.

— Цепным исцелением? — с помощью «Священных пут» мрачный лекарь сковал одну из кукол.

— Лучше «Лечебным прикосновением», от него урон будет больше.

Понимая, чего пытается добиться Нибор, мрачный лекарь принялся читать заклинание. Каждый раз, когда он касался союзника, куклы в радиусе пяти метров получали 10 % урона от лечения. Жрицы были очень быстры и проворны. В своих атаках они использовали боевые навыки и часто выстреливали отравленными лезвиями из рук. С каждым их ударом, урон от яда увеличивался на 1 % в секунду, что без сомнений являлось большой угрозой для их общего запаса здоровья. Пока костяные катаны Нибора и стрелы Клифа разбивали тела Деревянных жриц, Анрин упорно продолжал лечить союзников, но спасти всех ему не удалось. В бой против авантюристов вмешался Деревянный палач. Раскрыв рты фарфоровых масок, он создал в руках копьё из тьмы и метнул его в авантюриста с топором. Черная пика пробила грудь мужчины и нанесла ему по 1 % урона за каждый яд, которым он был отравлен. Эффект копья враз забрал у авантюриста 21 % максимального здоровья, а следующий такт яда оборвал его жизнь. С тяжестью на сердце Анрин пропустил очередь павшего союзника и коснулся рукой плеча Нибора. Вспышка света восстановила Бродяге четыре тысячи очков здоровья и добила сразу десяток окруживших их кукол. Как только противников поубавилось, Клиф двойным прыжком подпрыгнул к потолку пещеры и оттуда обрушил на Деревянного палача дождь из стрел. Палач оказался не менее проворным чем жрицы, но вновь уйти от «Удара, не оставляющего тени» ему не удалось.

-61 т ОЗ.

Способность Нибора в раз обнулила его индикатор здоровья и обратила половину фарфоровых масок в осколки. Закончив бой Бродяга бросился к старухе. Та была жива, но взгляд у неё был напуганным и растерянным.

— А вот и деревянные сердца о которых говорил безымянный! — воскликнул Клиф, вынимая из груди поверженной куклы деревянный механизм. — Тут как раз хватит на то, чтобы купить одно яблоко.

— Эй, эй! — Нибор шлепал старуху по щекам. — Как нам призвать стихийную гидру?

— Кто вы такой? — бессмертная женщина принялась на ощупь изучать лицо Нибора.

— Соберись! — тряхнул её Нибор. — Где средоточие стихий? Что мы должны пролить?

— Я не знаю, о чем вы, — ответила старуха. — Пожалуйста отпустите меня. Я вас боюсь.

Пытаясь привести её в чувства Нибор насильно принялся вливать воду ей в рот.

— Это не поможет, — сообщил мрачный лекарь. — С обратной стороны масок палача были нанесены символы кошмаров. Ближайшие несколько недель, а может и месяцев она не сможет вспомнить даже своего имени.

— Странно. Я не могу собрать с палача опыт, — Клиф убрал руку от останков белой куклы. — Значит ли это, что…

— Эти куклы чьи-то фамильяры, — закончил за него Нибор. — Кто-то очень не хотел, чтобы мы нашли храм, вот и прислал кукол промыть старухе мозги. Скорее к выходу! Нужно убедиться, что остальные в порядке.

Не обращая внимания на прямой отказ, Нибор закинул бессмертную старуху на плечо и вместе с друзьями выбрался на поверхность. Авантюристы Стального кулака оказались невредимы, но их сильно раздражало отсутствие приключений и наживы. Всем хотелось поскорее поднять уровень и обзавестись новыми предметами. Чтобы как-то утихомирить их недовольство Нибор велел слепому охотнику раздать то, что он обнаружил в пещере.

— Ты что-то говорил о том, что я часть гильдии, — нехотя подчинился приказу Клиф. — Но в очередной раз обираешь меня до нитки.

— Не ворчи, ты получишь свою награду, как только я узнаю, где находится средоточие стихий.

— Интересно, как ты намерен это сделать? Бабка так рехнулась, что пытается удрать от собственной тени.

— Есть один способ достать то, что скрывается в её голове.

— Ты ведь не собираешься воспользоваться кандалами Гунгара? — насторожился мрачный лекарь.

— Это самый быстрый и надежный способ, — ответил Нибор. — В противном случае мы почем зря потеряли уйму времени.

— Причем тут время? — взъелся на него Анрин. — Ты рискуешь сойти с ума! Кандалы очень опасная и непредсказуемая вещь!

— Не паникуй, я справлюсь.

— Хочу напомнить, что она не просто женщина, а человек, который прожил больше тысячи лет. Тебе ни за что не взять над ней вверх.

— Помнишь, что я говорил? Авантюрист это тот, кто, рискуя собственной жизнью идет к заветной цели. Чтобы ты не сказал, я сделаю это! Но, если все же что-то пойдет не так и я рехнусь, следующим мастером Стального кулака станешь ты.

— Почему он?! — возмутился Клиф.

— Потому что ты мой друг, положишь всю гильдию себе в карман и тебе всё равно будет мало.

Нибор достал из инвентаря покрытые магическими письменами кандалы и приковал себя к старухе. От медных браслетов по их коже быстро начала расти, покрывая всё тело, медная пыльца. Напуганная старуха попыталась вытащить худую руку из оков, но те крепко сжимали запястье. За несколько минут она и Нибор обратились медными статуями, а их разумы устремились навстречу друг к другу в центральном звене цепей. В сравнении с жизнью бессмертной старухи, жизненный опыт Бродяги Ника был столь мал и незначителен, что он едва добавлял цвета в общий водоворот сознаний.

Глава 15. Немного о былом

Редкий предмет под названием кандалы Гунгара позволял владельцу проникнуть в сознание другого человека и узреть его воспоминания. Однако кандалы работали в обе стороны, поэтому вместе с воспоминаниями старухи всплыли его собственные. Реалистичность виртуального мира не перестала удивлять, ведь запах, который учуял Нибор был таким знакомым и родным, хоть и неприятным. Это был запах плесени, которая расползлась по стене его комнаты. Бродяга Ник окинул взглядом комнату и обнаружил, что он стал ниже ростом. Оно и не удивительно, ведь последний раз он видел эту кровать и письменный стол в далеком прошлом.

— Тише, ты разбудишь его, — прозвучал за дверью женский голос.

«Славная иллюзия», подумал Ник. «Голос в точности такой же, как у мамы. Но откуда у Инстриса подобная информация?».

— Я не специально! — прошептал отец. — Как думаешь, лучше преподнести его в коробке или без неё?

— В коробке лучше, — ответила мама Ника. — Хочу хоть раз увидеть удивление на его лице.

«Я помню этот день», подумал Ник. «Это был мой пятый день рождения. Отец продал свой лучший архитектурный проект чтобы купить настоящий шоколадный торт и мою первую и единственную игровую приставку. В отличие от других детей, которые сразу погрузились в виртуальную реальность, мой путь начался с джойстика в руках. Эх. Как же я тоскую по тем временам».

Бродяга Ник нажал на ручку и отворил дверь. От вида растерянных его ранним пробуждением родителей в груди что-то ёкнуло. Стало не по себе.

— Эм, — мама искала повод, чтобы спровадить сына. — Иди умывайся и чисть зубы!

— Да ну брось Кристина. Он уже всё увидел, — добрым голосом произнес отец.

— И правда, — вздохнула мама.

— Подойди сынок, у нас с мамой для тебя кое-что есть.

Отец отошел в сторонку и из-за его спины показались две криво упакованных коробки.

— Ни за что не угадаешь, что мы тебе приготовили, — воодушевлённо произнесла мама.

— И правда, — с тоской в голосе ответил Ник. — Я не смог в тот раз догадаться. Всё, что тогда могли позволить себе родители, это подарить мне временную подписку на какого-нибудь стримера.

— О чем ты говоришь? — удивился отец.

— Спасибо вам за всё, — поблагодарил их Ник и направился к выходу.

С одной стороны ему хотелось остаться и вновь сыграть с отцом в Diablo или Dark Souls, но он понимал, что это всего лишь иллюзия — имитация воспоминаний и нужно двигаться дальше.

Дверь из квартиры перенесла Ника в джунгли Доисторического острова. Стояла глубокая ночь, по кроне деревьев бил крупный дождь, отовсюду доносились крики и рычание динозавров. Пробираясь через высокую траву и круглые грибы, которые светили изнутри подобно ночникам, Ник стал свидетелем того, как женщину по имени Сара нагнали и повалили на землю два дренея. В этой игре он видел их впервые. Мужчины с синей кожей и аккуратно закрученными рогами, что торчали из волос, были облачены в кольчужные доспехи и вооружены стихийными алебардами изящного дизайна. Женщина пятнадцатого уровня Нику тоже была не знакома, но немного приглядевшись, он пришел к выводу, что перед ним бессмертная старуха, а это — её воспоминания. Один из дренеев грозно прорычал и попытался разрубить женщину, но ему помешал и скрестил с ним алебарды второй.

— С дороги! — произнес тот, что желал ей смерти. — Враг должен быть повержен!

— Она просто беззащитная женщина, — не подпуская его к Саре, ответил второй. — Мы не должны уподобляться им и убивать всех без разбору.