Сергей Пефтеев – Кто меня призвал? (страница 51)

«Все хорошо, успокойся», махнув рукой, произнесла Лина Корн. Мысли в моей голове внезапно замедлились и растворились в разуме. На душе стало очень спокойно. «Твоя паника, это нормальная реакция. Не стоит так переживать. В том, чтобы быть выдуманным нет ничего плохого». Продолжала успокаивать меня ведьма. «Через это проходит каждый, кто не был рожден в Гринтрейсе. Да, принять правду, что вся твоя жизнь, характер, поступки были предопределены кем-то другим, нелегко. А если учесть, как мыслители любят измывается над своими творениями, то и вовсе тяжело. Но теперь ты здесь. В этом мире ты полностью подвластен только себе».

От слов Лины Корн мне действительно стало легче, но я все равно смотрю на Энни, в надежде, что она опровергнет эту теорию. Энни запутанна так же, как и я. Девушка с трудом переваривает информацию, пытаясь осознать, кого она полюбила на самом деле.

Из-под потолка раздался звон цепей, и громкий вопль. Разорвав губами нити, Крестная вновь смогла говорить. Но единственным, что вырвалось из её окровавленного рта, это угрозы в сторону Лины Корн. Тысячи обещаний, избавить этот мир от зла в её лице. Сама Лина Корн, никак не реагируя на мать, обратилась к Энни. «Ты все еще любишь его?». Девушка посмотрела на меня, и уже через секунду дала ведьме положительный ответ.

— Это хорошо. Значит сможешь совершить то, ради чего я тебя сюда привела. Сделаешь это, и я помогу узнать, как на самом деле попал сюда Сергей, и верну тебя домой.

— Ты уже на свободе. Твоя мать в цепях. Чего же ты еще можешь от меня хотеть? — насторожилась девушка.

Лина Корн указала на запертые ворота, и произнесла, — За ними находится два свитка заклинаний. Взять их, может лишь девушка, чьё сердце наполняет любовь. Принеси мне их, и вернешься домой.

— А как же моя сестра? Её ты тоже вернешь?

— Не стану тебе лгать. Вернуть её не в моих силах. Темная магия попросту на это не способна, а светлой, я не владею. Но обещаю, если мне подвернется шанс её вернуть, я непременно сделаю это. Если не веришь, можем скрепить договор кровью.

— Не надо, поверю тебе на слово. Я принесу тебе то чего ты хочешь, а что дальше?

Лина Корн оглянулась на закованную в цепи мать. — А дальше я положу конец, этой истории.

Когда девушка подошла к воротам те сами открылись перед ней. Сделав шаг, Энни в прямом смысле наступила на пустоту. Скрытая за воротами комната, была абсолютно пуста, ни тебе потолка, ни стен, ни даже пола. Совершенно пустое пространство, посреди которого, парило в воздухе с десяток старых свитков.

— Какие из них? — спросила Энни. — Может все принести?

— Не стоит, — поспешила ответить ведьма. — Настоящие только два, остальные смертельная ловушка. Но если как ты и сказала, ты любишь его, тебе не о чем беспокоиться.

Энни долго рассматривала парящие перед ней свитки, и вскоре потянулась к одному из них. Заклинание оказалось в её руке, а вероятность погибнуть в следующей попытке возросла. «Нет! Не делай этого не смей!», продолжала извиваться в цепях и вопить Крестная. «Ты погубишь всех нас!». Энни не стала слушать угрозы, она обошла оставшиеся свитки и выбрала следующий. Удача или как сказала Лина Корн, «любовь», оказалась на её стороне.

От успеха у ведьмы глаза блеснули. Она с нетерпением ждала свитки у ворот, и как только Энни оказалась на расстояние вытянутой руки, забрала их. Звон цепей стал еще громче. «Проклятая девчонка, нужно было убить тебя и твою сестру, как только вы попались мне на глаза!», плевалась кровью Крестная Фея. «Я ведь знала, что зло может вызвать из мира людей только зло!».

Лина Корн бросила хитрый и довольный взгляд на мать и улыбнулась. Ведьма развела ладони, и магические свитки воспарили в воздухе. Я видел, как слова на них, загораются словно бегущая строка. «Правильно ли мы поступили? Помогли ведьме заполучить заклинания способные погасить свет и свети всех людей с ума от бессонницы». Глаза и корона Лины Корн полыхнули фиолетовым пламенем. Стены библиотеки содрогнулись и с потолка осыпались камни. Началось. Лина Корн вот-вот погрузит Гринтрейс во мрак. Я взял Энни за руку и приготовился к кошмару.

«Всю мою жизнь», обратилась Лина к матери, «Ты считала меня злом, которое уничтожит этот мир. Ты была так зациклена на своей доброте и величие, что убила моего отца, и пыталась убить меня. Но ты ошиблась! Я пришла в эту библиотеку, не уничтожать и покорять миры, а показать, что настоящее зло и монстр — это страх, живущий в твоем сердце». Сразу же после слов ведьмы, старинные пергаменты полыхнули фиолетовым огнем, из них вырвались жуткие мелкие твари. Сгорая в пламени, они корячились на полу и визжали. Затем бумага обратилась пеплом и всё прекратилось. Вместо того чтобы использовать свитки, Лина Корн уничтожила их.

Действия ведьмы повергли Крестную Фею в ужас. Женщина внезапно осознала свои ошибки, и преступления, но для её души было уже слишком поздно. Крестная с большой скоростью начала обращаться в монстра, каким была внутри. Её лицо сильно скривилось, зубы обратились острыми клыками, руки вытянулись, на них выросли острые когти, а некогда прекрасные крылья, почернели. «Вот ты и показала свое истинное лицо», торжественно произнесла Лина Корн. То, что раньше было Крестной Феей начало разрывать одну цепь за другой. «Добро всегда побеждает зло», еле слышно проронила ведьма, и меч Энни, носивший имя «Пожиратель ужаса», словно стрела влетел Фее в грудь. Монстр прокряхтел что-то похожее на слово «прости», и повис на цепях. Крестная Фея была побеждена, но на душе не было радости, скорее наоборот скорбь и разочарование. Наступила минута молчания, не я ни Энни не смели её нарушить. Каждый из нас понимал насколько тяжело пришлось Лине Корн.

Словно придя в себя, ведьма оглянулась на нас. «Спасибо вам», произнесла она. «Вы сильно помогли. Наконец этот кошмар закончился, даже не верится, что я смогу начать жить. Грядут большие перемены. Теперь наделенная такой силой, я смогу сделать Гринтрейс более светлым и безопасным. Помочь всем, кто нуждается в помощи. И, пожалуй, начну с вас. Помнится, я обещала вам помочь».

— Да, — кивнула головой Энни. — Ты обещала вернуть меня домой, а еще выяснить как Сергей попал в Гринтрейс.

— Думаю, разумнее будет начать со второго. Чтобы узнать, существовал ли Сергей Имбирев на самом деле, мы обратимся к его памяти.

— Разве моя память не может быть тоже выдуманной? — удивился я.

— Может. Но зелье, которое я использую очень сильное. Оно показывает лишь то, что было на самом деле. Если ты не настоящий, мы увидим человека, который тебя выдумал. Ну а если тебя всё-таки кто-то призвал, ты вспомнишь, как это произошло, — объяснила Лина Корн.

— Хорошо, что я должен делать?

Лина Корн открыла одну из черных книг, прочитала заклинание и развеяла по воздуху какую-то пыль. Мраморный пол перед ведьмой треснул, из-под него словно растения потянулись сотни костлявых рук, которые принесли своей госпоже старый сундук, украшенный мордой демона. Лина Корн поспешила открыть его, и с помощью заклинания поиска достала небольшое зелье в белом стеклянном флаконе, по форме напоминающего паука. «Ты должен выпить содержимое этого флакона, вместе с нашей кровью», сказала ведьма, капнув туда своей крови. Энни повторила действия за ведьмой, и передала зелье мне.

«Пора узнать правду», подумал я и залпом осушил флакон. Сбивающее с ног чувство усталости, накатило как волна. Я шатнулся в сторону и полетел на мраморный пол, но раньше, чем успел его коснуться, оказался смотрящим на происходящее из угла забитого коробками склада. Знакомое место — это склад на котором я работаю. Почему я вижу это место, я ведь попал в Гринтрейс из своего дома?

Увидел себя со стороны: высокий, в потертых джинсах, жилетке, и паре порванных ботинок. Не то чтобы я плохо зарабатывал, просто старательно копил. Тогда я работал не покладая рук, брал дополнительные смены, экономил на одежде и еде, чтобы поскорее набрать нужную сумму. Как только приходил домой засыпал от усталости. Вот, я получаю долгожданную зарплату, теперь у меня достаточно денег. Тем же вечером еду в магазин бытовой техники и покупаю новенький айфон. Никак не пойму, причем тут мой призыв в Гринтрейс?

А вот я стою в парке, жду свою так сказать девушку Машу. Мы так и не начали встречаться, хотя я не раз признавался ей в любви, писал для неё стихи и пел ей песни. Маша говорит, что я ей нравлюсь, но она не может быть с парнем, который не в состояние подарить девушке достойный подарок. У неё сегодня день рождение, идеальный день, чтобы подарить ей айфон, и доказать, что я достоин называться мужчиной. Вот дорогостоящий подарок у неё в рука, по глазам видно, как она ему рада. Даже обняла меня на радостях. В этот момент, я набрался храбрости и попытался её поцеловать, но получил отказ. «Еще рано», сказала она, мило улыбаясь. «Не торопи события, я ведь девушка приличная. Слушай, а можешь никому не рассказывать, что это ты мне его подарил? Ну вроде как, я сама на него заработала», попросила она. Что я ей мог ответить? Конечно я согласился. Я был готов сделать что угодно ради неё. Тем более, я был уверен, что после такого подарка, она начнет смотреть на меня по-другому, и мы вскоре будем вместе. Она еще раз поблагодарила меня на словах, и сказав, что у неё еще одна встреча, ушла.