Сергей Панченко – Жорж - иномирец. Книга 2 (страница 9)

— Если что, у меня мясо жесткое уже, старое. — Предупредил Борис, поняв мою шутку.

— Тьфу, дурак. — Кошка дала мне мягкий подзатыльник. — Отправляйся уже, рыцарь в блистающих доспехах.

— Чокнутый рыцарь. — Поправил я.

Ляля крепко ухватила меня за запястье. Я закрыл глаза и перенесся в дом Антоша, попутно представляя себя в теплых, отражающих чужой разум, доспехах. Аномалия сразу же попыталась втянуть меня в свое черное ледяное нутро. Я поддался ей, не переставая представлять свой ментальный блок. Мне, признаться, было тепло. Холод не доставал моей кожи, будто на ней и в самом деле была защита. Я чувствовал руку Ляли, и это вселяло в меня уверенность.

Чмок! И черный проход закрылся, будто я преодолел какую-то мембрану. Я оказался в странном месте, темной пещере или огромном зале. Ни стен, ни потолка я не видел, но знал, что они есть. Вокруг меня находилось множество стеклянных сосудов с разнообразными существами внутри.

— Кунсткамера? — Прошептал я.

Мой шепот разнесся по пространству, отразившись и повторившись сотню раз, не меньше. Наверное, в одном из сосудов находился и Антош. На вид, существа казались мертвыми. Я постучал воображаемым пальцем по стеклу, за которым находилось лохматое существо, похожее на болотную кочку. Оно никак не отреагировало.

— Антош! — Произнес я.

Имя змея забегало между сосудами. Рядом со мной никто не шевельнулся. Чувствуя руку Ляли, как спасательный трос, я решился пройти дальше. Мне показалось, что я вижу вдалеке свет. Минуя сосуды с существами самых невероятных внешностей, я дошел до того места, откуда стали слышны голоса. Разговаривали двое. По тембру один голос принадлежал взрослому существу, а один молодому.

— Я разбужу его. — Плаксиво произнес молодой.

— Подожди, дай ему отдохнуть. Неизвестно, когда поймаем следующего. — Ответил взрослый.

Я подошел ближе и увидел двух здоровых существ, похожих на помесь жабы и бегемота. С жабой их роднила огромная пасть, а с бегемотом, массивное тело и маленькие закругленные ушки. Существо с взрослым голосом было крупнее. Оно стояло у печи и отливало сосуды для своих жертв. Я сразу заподозрил их в коллекционировании.

Младший сидел перед сосудом и, не отрываясь, смотрел на существо внутри него. Когда я пригляделся, то чуть не вскрикнул. Внутри, скрутившись пирамидкой, находился змей. Я был уверен, что это Антош.

Мелкий обернулся на старшего, заметил, что тот на него не смотрит и тихонько тряхнул сосуд. Антош проснулся.

— Он проснулся. — Радостно сообщил мелкий.

— Вот ты какой ненасытный, сынок. Ну, ладно, раз проснулся, поешь.

Мелкий поднял сосуд с Антошем и тряхнул его сильнее. Затем поставил на небольшой огонь.

— Подумай что-нибудь смешное. — Попросил он моего друга.

Что это значило, я не понимал. Вид у змея был уставший. Уж я его мимику знал очень хорошо. Неожиданно вокруг змея появился красочный ореол. Он стал расти и заполнять собой сосуд цветным светящимся газом. Мелкий воскликнул от радости, просунул в крышку трубочку и принялся всасывать красочное свечение. Оно и в самом деле уходило в недра огромного ребенка, как дым.

Мелкий закрыл глаза и блаженно выдохнул. Вместо яркой радуги из его рта вышел коричневый дым. По его цвету я предположил, что воняет он отвратно, не в пример красочным мыслям моего друга. Надо было скорее вызволять змея. Этот обжора мог довести Антоша до ментального истощения. Мелкий противно смеялся, будто получал наркотическое удовольствие от мыслей змея.

Кажется, я догадался, что в этом междумирье мысли были так же материальны, как вещи в моем мире. Мне пришла идея превратить себя в огромного страшного змея. Спустя секунду я ощутил новое тело, извивающееся между сосудов, которым я знал, как управлять. Ставку я сделал на внезапность.

— Здравствуй мальчик. Ты не видел моего сына? Ой, вот он. — Мелкий выронил из рук сосуд и уставился на меня. — Спасибо, что нашел.

Мелкий начал орать, чем привлек внимание отца. Взрослая особь, недолго думая, кинулась на защиту сына. Учитывая, что этот мир был их вотчиной, и он знал его законы, то с его воображением тягаться мне было сложно. Я приготовился к схватке, однако ее не случилось. Родитель бросил в меня недоделанный сосуд, который я отбил хвостом, и замер, будто испугался.

— Забирайте его и уходите. — Крикнул он. — Как вы смогли проникнуть сюда, как вы догадались, что нужно делать?

У меня в голове пронеслись несколько вариантов ответов, но я выбрал самый подходящий.

— Я понял, что вы питаетесь чужим воображением, потому что у вас нет своего. А уж я могу такого вам навоображать, что вы животы свои надорвете и лопнете от смеха.

— Прошу, пощадите. Я один воспитываю сына, нам очень тяжело.

— То-то я смотрю, вы оба с голоду пухнете.

Я скрутил в кольца сосуд с Антошем и вытряхнул его оттуда. Змей упал и остался лежать на месте.

— Изверги. Сейчас бы вас на кусочки порезать, да времени нет. Антош, вставай, мы уходим. Где тут у вас выход?

— Вот он! — Выкрикнул папаша.

Что темное метнулось под моё воображаемое змеиное тело, и пол разверзся под ним. Я едва успел схватить Антоша. Мы не провалились вниз. Рука Ляли держала нас очень крепко. Я представил себя драконом и сразу же обрел кожистые крылья и вырывающееся из пасти огненное дыхание. Размахивая крыльями, нам удалось вырваться из затягивающей дыры. Для профилактики я дыхнул огнем в сторону вероломного родителя.

— Что, жабоид, потягаешься с моим воображением?

— Уходите, оставьте нас. — Упал он на колени и пополз в мою сторону.

— В следующий раз, я вытащу вас в свой мир, посмотрим, как вам это придется по вкусу.

Я вернулся назад в машину. Открыл глаза и понял, что тяжелый груз у меня на ногах, это Антош. Змей открыл пасть. Его язык свесился почти до пола. Борис приоткрыл дверцу, чтобы при первых признаках змеиной агрессии выбежать на улицу.

— Не бойся, он добрее нас. Ему бы сейчас сто грамм для согрева и для восстановления воображения.

— Так у нас есть спирт. — Ответил Борис. — Петр, достань мой термос.

— Так ты говорил, что в нем отвар шиповника?

— Так я перепутал. Не отвар, а настой.

Ляля подняла голову змея и положила ее себе на ноги.

— Бедняга, что там произошло?

Я описал ей в двух словах, о том, как существа питались воображением нашего друга.

— Ой, бывает же такое. Представляю, как можно ожиреть на чужих фантазиях.

— Так они и ожирели. Два кабана, размером с эту машину. Так-то в этом междумирье прикольно, можно получить все, что представишь, прямо, как волшебник.

— Через неделю от скуки сдохнешь, когда нечего уже будет воображать.

— Точно и сам станешь, как паук вылавливать мух с воображением.

В окошке появился затертый термос. Борис принял его, привычным движением свинтил крышку и втянул носом идущий изнутри аромат.

— Мой рецепт, лечебный. Шиповник, мед, чабрец и немного тысячелистника для улучшения моторики желудка. Открой бардачок. — Попросил он кошку.

Ляля замешкалась. В ее мире ручки на всем, что можно было открыть, делали более явными. Я помог ей.

— Стакан достань. — Попросил Борис.

Ляля вынула стакан и осторожно понюхала его. Ее передернуло. Она передала емкость Борису. Водитель, не глядя, дунул в него, выгоняя пыль, и плеснул через край термоса красноватой жидкости.

— Бальзам, панацея. — Произнес он с любовью и передал мне стакан. — Нашатырь ему надо, чтобы в себя пришел, иначе мимо рта прольет.

Почти сразу из окошка появилась рука Петра с ваткой, сильно пахнущей аммиаком.

— Я тут уже давно прикладываюсь, все надеюсь придти в себя.

Я взял ватку и приложил ее к изумрудному носу змея. Антош дернулся и приоткрыл глаза. Тонкие щелки зрачков медленно двигались, будто у него не осталось сил даже двигать глазами.

— Привет! — Кошка провела по голове змея рукой. — Это мы с Жоржем.

— Здорово, Большой Змей, открой рот, я волью тебе лекарство.

— М? — Не открывая рта, переспросил змей.

— Отличная настойка, которая вернет тебя к жизни. — Я показал ему стакан с жидкостью.

— М-м-м. — Сообразил змей и медленно разинул огромный рот.

Борис смотрел на это с видом человека, на глазах которого осуществляется первая встреча людей с пришельцами. Ляля приподняла голову Антоша, а я влил в пасть настойку. Змей громко сглотнул и снова закрыл глаза.

— Зеленый змий. — Пояснил я шокированному Борису процесс лечения друга.

Антош пролежал без движения минуту или больше. Внутри него, судя по доносящимся звукам, начались процессы активной жизнедеятельности. Вдруг, Антош резко открыл глаза, поднял голову и посмотрел на нас.

— Что? Это мне не кажется? Жорж, Ляля, это правда, вы?