Сергей Панченко – Жорж - иномирец 3 (страница 29)

— Жаль не в него ты пошел, а в мамку.

Это была провокация, на которую я добровольно поддался.

— Кто в мамку? Я? Я вылитый батя, только на двадцать пять лет моложе. — Я ухватил Лялю за талию и притянул к себе. — Знаешь ли ты, сколько у меня было кошек за всю мою жизнь?

Ляля глубоко задышала и влажно посмотрела мне в глаза, но мы оба знали, что это психологическая граница наших отношений. Я не раз «зажимал» ее, и казалось, что между нами что-то может произойти, но нет, перейти через подобное нам было не под силу. Мы чувствовали, как нас магнитом тянет друг к другу, но оказавшись слишком близко, тот же магнит менял полярность и нас отталкивало. На определенном отдалении мы словно образовывали стабильный элемент, способный к долгому существованию.

— Ты мне уже не раз называл их имена. — Ляля выбралась из моих объятий и налила себе чай.

— А Мицу я тебе называл? Крысоловка была огого.

— Иди ты со своими кошками. — Она села за стол. — А что, если нам завести питомца? Мне хочется заботиться о ком-нибудь беспомощном, маленьком, кто бы вырос у меня на глазах.

Этот разговор начинался у нас не в первый раз, и пока мне удавалось находить доводы против этого. Мы же были слишком не привязанные к одному месту, ходили куда угодно и всегда знали, что нас никто не ждет. Питомец нас серьезно бы ограничил в этом. Его приходилось бы кормить, поить, убирать за ним какахи. Но я видел, как нереализованный материнский инстинкт не давал Ляле покоя. И тот момент, когда я соглашусь, был уже где-то не за горами.

— Там видно будет? — Ответил я неопределенно.

— Где там?

— Там, в ближайшем будущем.

— Ясно. Ладно, иди к своей маме и скажи ей, что Ляля очень скучает и ждет, когда она пригласит ее в гости.

— Ладно.

— И это, если она будет тебе навязывать свою выпечку, не вздумай отказаться. — Ляля блеснула хищной белозубой улыбкой.

— Я это понимаю так, что без выпечки в любом случае лучше не возвращаться.

— Вот именно. А то в прошлый раз Антошу всё, а мне ничего.

— Чего там всё? Одну бутылку наливки и пучок редиски. Я бы никогда не додумался редиской закусывать. У Антоша с батей одинаковые алкоголические пристрастия.

— Просто, твой отец человек широких взглядов и умеет с любым находить общий язык.

— Ну да, даже с немыми найдёт, все будет зависеть от количества принятого расширителя сознания.

— Неблагодарный сын, не воспитывался ты в семье, где отец правит железной рукой. — У Ляли отношения с отцом до сих пор были непростыми.

— Я люблю своих родителей, иначе не настался бы к ним регулярно.

Я допил чай и начал собираться. Взял корсет для матери и пакет с зажигалками, которые не заправлялись и не переставали давать огонь.

— Ну, всё, пока. К вечеру буду.

— Пока.

Мне показалось, что Ляля немного расстроилась из-за того, что я ее не пригласил с собой. Теперь без материнской выпечки точно лучше не возвращаться. Для перехода я использовал воображение, хотя мог просто открыть созданную Антошем одностороннюю дверь, выходящую прямо к дверям родительской квартиры. Отец с матерью сейчас были на даче, гнули спины на грядках, делая это скорее по привычке, а не ради экономии денег или какой-то пользы.

— Привет, родственники. — Я появился неожиданно для них.

— Тьфу, черт! — Отец сплюнул под ноги. — Никак не привыкну.

— Игорёк. — Мать тяжело разогнулась и направилась ко мне. — Один?

— Да. — Я обнял ее. — Ты же не жалуешь моих друзей.

— Зажигалки привез? — Отец влез в наши «обнимашки». — Есть спрос на них. Пятеро уже аванс дали.

Я протянул отцу пакет, в котором было несколько десятков таких зажигалок.

— Ого, тут же… нам на телек новый хватит. — Обрадовался отец.

— Бизнесменом на старость лет заделался. — Произнесла мать с укором

— Пап, а что ты им врешь про зажигалки? — Мне стало интересно, как отец выкручивается, предлагая товар с явно неземными технологиями.

— Я им говорю, что это из Северной Кореи родственник контрабандой возит.

— Верят?

— Как будто.

— А мне ты привез, что обещал? — Мать посмотрела на тяжелую ношу, которую я как рюкзак повесил себе за спину.

— Конечно. Сейчас примерим.

Я снял со спины упаковку с корсетом, открыл ее, посмотрел на инструкцию, написанную на непонятном языке и решил, что и сам соображу, как им пользоваться. Корсет являлся легким экзоскелетом с неизвестным мне источником энергии. Обещали, что его хватает на все время использования устройства. Корсет держал спину, облегчая сгибания в пояснице, а так же при помощи искусственных мышц, похожих на широкие ремни, поддерживал коленные и локтевые суставы.

— Соседи решат, что я после аварии. — Мать осмотрела себя, когда мы нарядили ее в необычный корсет.

— Не шевелись, надо откалибровать. — Попросил я мать.

Она послушно замерла. Я открыл на грудной части защищенную колпаком кнопку и подержал ее несколько секунд. Корсет ожил. Искусственные мышцы пришли в движение, настраиваясь под размеры тела. Руки и ноги у матери непроизвольно задвигались под ее испуганные возгласы.

— Игорь, а это точно корсет, а не устройство для пыток? — Спросил взволнованно отец. — Что-то я не доверяю чужим технологиям.

— Не должно. Там все в таких ходят.

Мать согнуло пополам и повернуло влево и вправо.

— Игорь, сними с меня эту дрянь! — Выкрикнула она.

— Потерпи немного, мам, сейчас все закончится.

И правда, через несколько секунд цветовая индикация на груди поменяла цвет, а самостоятельные движения корсета прекратились. Мать стояла в растерянности, боясь пошевелиться.

— Что делать-то? — Спросила она.

— Сделай шаг. — Предложил я.

Она сделала.

— Подними руку.

Мать подняла руку.

— Ничего не чувствую. — Призналась она. — Как было.

— Иди набери полное ведро воды из летника и подними его на вытянутой руке. — Предложил я.

— Сынок, не надо. Заклинит спину, потом месяц будет лежать, стонать. — Испугался отец.

— Не бойтесь вы. Для чего тогда его носить? Чтобы делать то же, что делали без него? Давай, ма, не бойся.

Мать взяла пустое ведро, подошла к крану и наполнила его. Мы с отцом с интересом наблюдали за ней. Она взяла ведро за дужку, но руку с ним вверх не подняла.

— Ну же, смелее. — Подбодрил я ее.

Мать начала поднимать ведро. Корсет синхронно менял положение ее тела, отклоняя назад и помогал руке. У отца и матери вылезли глаза на лоб, когда ведро с пятнадцатью литрами воды преспокойно висело на вытянутой руке, а мать при этом не показывала никакого напряжения.

— Сынок, она как будто пустое. — Призналась мать. — Я совсем не чувствую веса.

Она сделала шаг вперед. Корсет плавно синхронизировал все движения, чтобы не разлить воду.

— Аль, мне тоже такой нужен, чтобы домкрат с собой не возить. — Позавидовал отец.

— Зачем тебе домкрат, пап, у тебя машина вечная.