Сергей Панченко – Я стираю свою тень 7 (страница 7)

Через несколько секунд молчания раздался короткий смешок.

— Это всё? — Спросила Ольга, поняв, что я ее разыграл.

— Разве не помогло? Никасу всегда помогало. Это мощное заклинание от боли. — Я тоже посмеялся.

— Ого, кажется, помогло. Боль утихает. — Ольга прислушалась к своим ощущениям. — Мне кажется, ты проявил заботу, и мой организм с благодарностью отозвался на нее. Я же во всем привыкла полагаться только на себя, либо на технику, которая подлечит, подлатает, впрыснет гормонов.

— Я же говорю, заклинание рабочее.

Мы проехали узкий мосток с деревянным настилом. Доски подозрительно грохотали под колесами машины, словно никак не держались на трубчатой конструкции моста. Сразу за ним имелся съезд к речке. Вернее, реки там уже давно не было, только обильно заросшее ивняком и рогозом русло. Кусты скрыли машину от ненужного взгляда со стороны дороги.

— Вот это самое уединенное место. Пока ждем корабль, расскажи подробнее о том, что мне надо сыграть. — Попросил я, заглушив двигатель.

— У меня уже все готово, досье на тебя, чем занимаешься, когда были контакты с нашей службой и прочее…

— Ты уже давно придумала, что обратишься ко мне? — Догадался я.

— Там не только ты. Я творчески подошла к вопросу, наделала из всех знакомых мужчин преступников, только не запускала в общую сеть. Так вот, ты будешь изображать представителя от группировки, занимающейся вживлением силовых модификаций, и если надо, покажешь их работу вживую. Ты ведь не лишился их?

— Нет, они при мне. Мое самосознание уже неотделимо от них.

— Класс. Ты продемонстрируешь свою силу и реакцию и предложишь им помочь в поставке клиентов. Сам понимаешь, области гравитационной аномалии малопосещаемые места и нуждаются в привлечении клиентов с большой земли.

— Какие качества мне надо демонстрировать? — Поинтересовался я, как актер, готовящийся к роли. — Умение держаться независимо, злость, немотивированную агрессию.

— О, нет, с психом они точно не захотят иметь дело. Покажи свою заинтересованность в них. Усыпи их совесть рассказами о том, что помогаешь жертвам насилия со стороны властей, чтобы такого больше ни с кем никогда не случилось. Вырази свое уважение трудом пограничников, им это очень льстит.

— А что мне им предложить, чтобы ты получила доказательства их вины? — Поинтересовался я.

— Взяткой, разумеется.

— Это деньги?

— Процент от прибыли за поставку клиентов и крышевание. Так спокойнее.

— Значит, я адекватный преступник, похожий на продавца бытовой техники? — именно таким мне нарисовался образ преступника, занимающегося незаконной модификацией людей.

— Примерно. Я повидала много преступников, они были разными, некоторые даже казались застенчивыми и неуверенными в себе, но у них у всех был одинаковый взгляд, когда на них не смотришь. Холодные глаза, словно их душа замерзла.

— Я примерно догадываюсь, о чем ты говоришь. Видел людей с таким взглядом. Они все были неприятными типами. Нам с Айрис посчастливилось поработать детективами и побывать в осином гнезде городской мафии. — Я посмотрел на Ольгу замершим взглядом, как мне казалось.

— Ну, примерно так, но надо потренироваться перед зеркалом.

— Ладно, потренируюсь. — Пообещал я.

Откинул спинку сиденья и закрыл глаза, думая вздремнуть перед отлетом. Какой сон, мысли вертелись вокруг предстоящего шоу.

— Ты не спишь? — Спросил я у спутницы.

— Нет. — Ответила она бодрым голосом. — Спала уже сегодня.

— Как выглядит гравитационная аномалия? — Поинтересовался я.

— Выглядит обыкновенно, как и весь космос, тьма, звезды и планеты.

— А что в ней аномального?

— Это как раз и скрыто от глаз. Аномалии, как правило, вызваны черными дырами, которых образовалось в этой части космоса больше нужного. Они коробят пространство, вызывая нарушение гравитационных сил. Соответственно все звезды и планеты в этой аномалии ведут себя иначе, чем принято в нормальном космосе. Допустим, такая планета, как Земля, может иметь силу притяжения в несколько раз больше. Уже не побегаешь, не поскачешь. Космические корабли обходят такие зоны десятой дорогой. Нагрузка на узлы при выходе из подпространства будет такой огромной, что корабль ее не выдержит.

— А как же пограничники и преступники?

— Пограничники в аномалию не суются без нужды. Если требуется проверка, идут на досветовой скорости. А преступники вообще используют внутри аномалии только старые корабли, медленные, но надежные. Перемещаются строго по разведанным маршрутам. К тому же их не отследить по всплескам входа и выхода из подпространства. В аномалиях часто происходят взрывы звезд, коих там образуется больше обычного. Из-за высокой плотности материи, звездой может стать объект типа большой планеты. Процессы старения звезд ускорены, и потому там не редко случаются вспышки сверхновых. Это красиво, но электроника страдает. Иногда может выгореть, если жахнуло близко.

— Это что, случается настолько часто?

— На моей памяти, на расстоянии одного светового года случились больше двадцати вспышек. Из-за двух нам пришлось менять часть оборудования, зондирующего пространство.

— А как же преступники?

— Они, как правило, живут на планетах с атмосферой, да еще и строят свои хозяйства под землей. Не гарантия тоже, но лучше, чем в открытом космосе. У них есть система оповещения, состоящая из датчиков вокруг потенциально взрывоопасных звезд. Они могут знать о скором взрыве за месяц до него.

— А аномалии подвижны? То есть, сегодня тут гравитационный всплеск, завтра там. Я как-то так себе представляю. — Мне на самом деле хотелось в разговорах сократить время ожидания и побороться со сном, начавшем одолевать.

— Бывает, если неподалеку пролетит блуждающая черная дыра. Она может создать гравитационные возмущения, вплоть до сжатия планет. Это, конечно, бывает редко, но капец, как жутко. Я видела демонстрацию подобного явления в школе пограничников. Обычная обитаемая планета в течение нескольких минут превратилась в огненный шар. Тогда погибли около сотни тысяч человек, населяющих ее и солнечную систему. В гравитационной аномалии меняется же не только планета, но и все вещество на атомарном уровне. Электроны переходят на орбиты поближе к ядру. Ты был метр восемьдесят, бац и уже полметра. — Ольга засмеялась. — Шучу, конечно. Человек не может линейно уменьшится в гравитационной аномалии. Ты превратишься в плотную и тяжелую кашу.

— Давай, не я, а кто-нибудь другой, кто этого больше заслуживает. — Меня передернуло от отвращения к себе, сжатому аномалий в кашу.

— Давай. В той части космоса в год пропадают тысячи людей, не рассчитавших риска. Некоторых отправляют туда в качестве наказания или казни различные криминальные боссы. Трупы там точно никто искать не станет.

— Отличное место для устранения улик.

— Так и есть. — Ольга кивнула головой. — Я бы вашего городского насильника отправила туда без всякого сожаления. — Она посмотрела на рану на своем боку. — Сластолюбец.

— Я тебе потом фотку вышлю, когда мы с Айрис и нашими друзьями придумаем, как его наказать. — Пообещал я.

— Боюсь, как бы он до твоего возвращения не загнулся. Я ему что-то сломала. Передо мной свою вину он отработал.

— А нам тут жить. Не хочу превращаться в Робин Гуда, но и отсиживаться, зная, что некоторые не видят берегов, не имею права. К тому же это весело и прекрасно разбавляет однообразные будни.

— Не заиграйся. Помнишь, кто победит дракона, сам станет драконом?

— Помню. Потому и выбрал тихую семейную жизнь.

Я посмотрел на экран телефона. До прибытия судна остались считанные минуты. Накатило волнение, как обычно бывало перед тем моментом, который станет точкой невозврата. В такие минуты начинали одолевать сомнения в правильности принятого решения. Обычно я вспоминал слова Айрис, которая в подобной ситуации говорила, что нет правильного и неправильного решения, есть только наше отношение к нему. После спасения Земли от артефакта древней цивилизации Ценерис во мне появилась уверенность, что из всех жителей планеты, реально спасти ее могли только мы: я, Трой, Михаил и Амели. Нескромно, но это лишний раз убедило, что если от меня требуется помощь, значит, никому другому это задание не выполнить. Равно, как и сейчас.

— Пора выходить. — Сообщила Ольга.

Она хлопнула дверцей. Я тоже выбрался и закрыл машину на сигнализацию.

— Надеюсь, никому не захочется забраться в кусты в мое отсутствие.

— Купишь новую. — Ольга не посчитала мой транспорт чем-то существенным.

— Прикипел душой. — Я заботливо погладил фару. — Мы, мужики, тяжело расстаемся с игрушками.

Ольга рассмеялась, а потом схватилась за больной бок.

— Только представь, если бы не армированные ткани, была бы сейчас трупом.

— Так эта самоуверенность в собственной неуязвимости и является причиной твоего безрассудного поведения. — Заметил я. — Была бы ты обычной, вела бы себя осторожнее.

— Быть обычной уже не смогу, скучно и страшно, или страшно скучно.

— Тогда терпи. Недолго осталось. — Последнюю часть фразы я произнес так, что у нее появился фатальный окрас. — До медицинского модуля. — Поправился я, увидев реакцию Ольги.

По телу прошелся электрический разряд ожившего нейроинтерфейса. Давно я не ощущал его работы. Перед глазами возникло место, где необходимо было оказаться, чтобы попасть внутрь корабля через односторонний портал. Мы с Ольгой направились туда синхронно. Через мгновение, прямо в воздухе открылся проход, и мы вошли в него. Привычный запах космического корабля ударил в нос. Обычно так пахли начинающиеся приключения.