Сергей Панченко – Второе пришествие (страница 75)

— А на ночь вы их с цепи снимаете?

— Нет. Им ещё полмесяца на привязи сидеть.

— Спасибо. Не нравятся они мне.

Нрав–Мираж понял, что не успокоится, пока не узнает от этих людей, что они о нем знают. Вечером он оставил Ласку в машине, сказав ей, что пошёл за ужином, а сам отправился к вагончику–бытовке, в котором ночевали подозрительные типы. Народ сидел на простецких лавках, наслаждаясь перед сном вечерней прохладой. Оба террориста сидели возле железной «привязи», прикованные к ней на короткую цепь.

Нрав спрятался в кустах и выпустил фантома двойника бригадира. Призрак делал вид, что прохаживается по делу, внимательно рассматривая рабочую инфраструктуру.

— Бригадир. — Окликнул его крепкий террорист. — Можно вас на пару слов.

Призрак удостоил его мимолётным взглядом и продолжил осмотр.

— Бригадир, за голову этого человека дадут столько споранов и жемчуга, что вам до скончания века хватит. Мы поделимся с вами, только отпустите.

Нрав подтвердил свою догадку, что люди являются ищейками, разыскивающими Миража. В их власти было способствовать его аресту. Для стаба он был опасностью, от которой следовало немедленно избавиться.

— Слушай, это никакой не Нрав, это Мираж, может, слышал?

Призрак бригадира отрицательно помахал головой и ушел. Все, что надо Мираж услышал. Оставаться в «Гнезде кукушки» было опасно. Любой мало–мальски смыслящий сенс мог на допросе показать, что Нрав и Мираж одно и то же лицо, а среди гостей бара наверняка было полно людей наслышанных о подвигах банд, прикрывающихся именем Миража.

Нрав вернулся в машину через бар, прихватив ужин. Ласка в этот раз не уснула, голод был сильнее сна. Она сразу заметила обеспокоенность на лице Нрава.

— Что, подрался? — Решила она.

— Если бы. Уезжать нам надо отсюда.

— Зачем? Разве нам хватит этих ваших шариков чтобы заправиться и выкупить твой пистолет.

— Слушай, я давно здесь и знаю, что говорю. Здесь нет судов, и твои знания в юриспруденции нам вряд ли помогут.

— Тебя за что–то разыскивают? Ты преступник? — Вопрос больше звучал как утверждение.

— Нет. За то, что меня разыскивают, совершал не я. Моим именем прикрывались, чтобы творить беззаконие.

— Мы переночуем здесь?

— Да. Ночами по Улью гонять себе дороже. К тому же эти двое пристёгнуты и до завтрашнего утра ничего предпринять не смогут.

— Если бы знала, я бы помидоры с огурцами сперла.

— Ага, додумайся, тебя мигом пристёгнут к трубе за воровство.

— Но мы ничего не заработали. У нас ни еды, ни оружия, ни бензина.

— Ты ложись спать, утро, как говорится, вечера мудрёнее. Я что–нибудь придумаю.

— Сам пойдёшь воровать?

— Воровать? — Нрав задумался. — Да, воровать, другого варианта у нас нет.

— С кем я связалась? Подружка преступника.

— Прости, что не святой на дороге тебе попался.

— Напротив, меня это даже возбуждает. — Ласка произнесла это с томным придыханием. Хотя в её словах и проскользнула некоторая ирония, Нрав почувствовал, как в кровь выбросился тестостерон. Определённо в его жизни существовал большой пробел отношений с противоположным полом.

— Жди. — Нрав прикрыл дверь автомобиля и растворился в темноте.

Нет худа без добра, решил он. Ласка как будто компенсировала его неудачи. Все попытки создать справедливое общество на самом деле проистекали из ценностей его однобокого жизненного опыта. Только сейчас ему открылось самое главное заблуждение, свое место и цель жизни, представлялись ему однополярным магнитом. Все, что происходило по его воле, должно было тянуться к единственному полюсу, ему самому. Нрав никогда не задумывался о балансе, пока не почувствовал, как Ласка внесла его. У него появился ещё один центр притяжения, не принадлежащий ему.

Он поднялся в бар, заказал водки и занял свободное место, чтобы оценить ситуацию. Его интересовали только хорошо подвыпившие компании. Они здесь имелись. Внимание у пьяных расфокусированное, что для задуманного дела было весьма кстати. Нрав присмотрел у кого самые тугие рюкзаки и кто без счета сорит споранами. Таких кандидатур было несколько. Оставалось дождаться, когда кто–нибудь из них допьётся до такой степени, что захочет спать.

Спустя час, одна из подходящих кандидатур встала и, попятившись назад, чуть не разнесла соседний стол. Возмущённые посетители небрежно оттолкнули перебравшего от себя и посоветовали уйти сейчас же, чтобы на завтра не жалеть о случившемся. На ровном месте чуть не возникла драка между столами. Откуда ни возьмись, нарисовались два кваза и задушили конфликт в зародыше.

Нрав поднялся и вышел на лестницу. Через секунду вернулся и занял место за столиком. Пьяный посетитель прошёл мимо него, толкнув стол.

— Звини. — Промычал он. Он хотел посмотреть на Нрава, но его взгляд был ему неподвластен.

Нрав только покачал головой. Пьяный скрылся в темном лестничном пролёте. Через минуту в бар забежал человек и громко крикнул.

— Полундра, мужики, тут Бате вломили и рюкзак подрезали!

Поднялся шум. Оба кваза вскочили и побежали на лестницу. Бармен объявил по громкой о случае воровства и предупредил о сокрытии информации. Нрав встал и прошёл сквозь гомонящую толпу. На темной лестнице его фигура просто растворилась в темноте. Алиби было заработано. Настоящий Нрав вышел из туалета, и как ни в чем не бывало, занял место за своим столиком. Посидел немного, встал и купил в баре разной еды.

— Часто такое бывает? — Поинтересовался он у бармена.

— Редко. Вычислить вора ничего не стоит, только идиоты или новенькие на такое способны.

— Ага, точно.

Подбежал кваз из охраны.

— Приметы, средний рост, усики тонкие и фуражка. Сидел на том месте, вышел как раз перед тем, как этому Бате спуститься.

— Ясно. — Бармен объявил приметы преступника по громкой связи, чтобы было слышно на каждом этаже и в каждом корпусе посёлка. Затем набрал по проводному телефону Главврача и попросил дать номер палаты, в которой поселился человек с похожими приметами.

Нрав посидел ещё немного, подождал, когда успокоится, поднялся и вышел из бара. Он ни у кого не вызвал подозрения, потому что находился там все время. Батя сидел на ступеньках с разбитой головой, держался за неё и тяжко мычал. Нрав прошёл мимо, сделав вид, как он сочувственно относится к пострадавшему.

Ласка не спала, взволнованная сообщениями по громкой связи, беспокойно прохаживалась рядом с машиной. Мираж–Нрав появился из темноты внезапно.

— Как ты меня напугал. — Ласка бросилась ему на грудь. — Я подумала, что это ты устроил, пока приметы не назвали. Мне стало страшно, что я останусь одна.

— Идём в машину. Все хорошо. — Мираж собрался с духом и похлопал девушку по упругой попе.

Сделал это он немного неуклюже, но Ласка в ответ обняла его за шею и поцеловала. Нрав понял, что этой ночью одними поцелуями не отделается. Они забрались в машину и на всякий случай закрылись.

— Сунь руку. — Попросил Нрав, предлагая забраться в брезентовую сумку через плечо, с которой он ходил «на дело».

Ласка неправильно его поняла. В темноте она не видела, куда ей предложили совать руку.

— Ой, я верю, что у тебя там все в порядке. Тебе ещё рано жаловаться на плохую эрекцию.

— Что? — Нрав рассмеялся. — В сумку руку засунь.

Ласка ничуть не смутилась, напротив, её оплошность рассмешила её. Они просмеялись не меньше минуты, после чего Ласка всё–таки проверила сумку.

— Ого! Это те самые шарики? Их тут много.

— Те самые. Здесь тратить не будем. Верну пистолет, заправлюсь, и поедем с утра пораньше.

— На нас не подумают?

— Я вроде сделал все так, чтобы не подумали.

— Ты мой сумрачный гений. — Ласка снова полезла к Нраву с поцелуями.

Нрав «расплавился» от искреннего восхищения своей персоной. Он и не знал, что подобная благодарность одного человека может стоить больше, чем многолетний труд ради какой–то мифической идеи. На некоторое время весь мир ужался до абсолютно черного пространства салона автомобиля. Он существовал на кончиках пальцев, языках и прочих частях тела способных чувствовать. Нрав лишился силы тяжести и невесомо вращался в ощущениях.

Очнулся он утром, когда совсем рассвело. Ласка лежала на заднем сиденье. Её офисная блузка расстегнулась, демонстрируя крепкие груди. Мираж–Нрав лежал на полу. Ему было больно, потому что по полу раскатились спораны, за ночь надавившие неподвижное тело. Он сел. Посёлок уже проснулся. К их машине приближался бригадир. Надо было остановить его прежде, чем он увидит россыпь споранов.

Нрав открыл дверцу и выскочил наружу.

— Ха! А я думаю, почему мои работники не спешат на работу? Ясно, мало гоняю. Сегодня норму увеличу вдвое. Магазин закрой, воробышек вылетел. — Бригадир кивнул на ширинку Нрава.

Тот спохватился, застегнул её, чуть не прищемив впопыхах свое «добро».

— Да, мы решили дальше ехать. Ласка угробилась на ваших овощах. — Нрав отвёл глаза.