Сергей Панченко – Пекло (страница 70)

— Там нечем дышать. Там кислорода нет.

Они оба, несмотря на то, что не бежали, дышали глубоко, как после пробежки.

— Ничем ведь не воняет? — Засомневался Гордей.

— Это может быть углекислый газ, он тяжелый. Я задержу дыхание и попробую его поднять.

— Стой, стой, стой, барин, может я. Ты слишком умный, чтобы рисковать. Без тебя Зарянка развалится.

— Нет, я старше всех, и я занимался дайвингом, так что задерживать дыхание умею.

— Тогда барин, давай прикрепим к тебе трос, которым меня доставали тогда.

Гордей, не дожидаясь ответа обернул вокруг пояса автомобильный капроновый трос, сделав петлю. Александр часто задышал, насыщая легкие кислородом. Замер, показал Гордею поднятый большой палец и побежал вниз. В мгновение ока он оказался рядом с Гурьяном, подхватил его, пытаясь перекинуть через плечо. Беспомощный тяжелый Гурьян, превратился в безвольную плеть и никак не желал ложиться на плечо. Александр сделал непроизвольный выдох.

Гордей замер, понимая, что справится с двумя будет намного сложнее. «Барин» рывком все же перекинул Гордея через плечо и засеменил с тяжелой ношей на подъем. Гордей хотел было облегченно выдохнуть, но заметил, что Александра повело. Он сделал несколько шагов в сторону от дороги, совсем немного не дойдя до безопасного уровня, поскользнулся и упал.

— Ах ты ж, барин. — Гордей поволочил его к себе по земле, чувствуя и сам, что начинает задыхаться от каждого усилия.

Перед глазами забегали радужные круги, в горле заклокотало. Он испугался, что не успеет вытащить Александра, развернулся и пошел в сторону от ложбины, не выпуская троса из рук. Споткнулся, упал, нашел в себе силы подняться и протащить еще десяток шагов. Александр забормотал и сел.

— Хватит, я в порядке. Гурьяна надо. — Он тер уши и хлопал себя по щекам, чтобы скорее придти в себя. — Гурьяна давай.

Гордей снял трос с талии Александра и пристегнул себя.

— Давай, ваше благородие, теперь твоя очередь.

Александр крепился, таращил убегающие глаза, как у перебравшего с алкоголем человека, пытаясь усилием воли скорее придти в себя.

— Я быстро.

Гордей уже понял, что времени у товарища осталось совсем мало, а у него самого нет права на ошибку. Он задержал дыхание и направился вниз. Подбежал к Гурьяну, но не стал взваливать его на себя, ухватил его за обе лодыжки и потащил его вверх. Александр слабо тянул его к себе, да это сейчас и не требовалось. Легкие рвало от желания сделать вдох. Сознание мутилось, пропало ощущение присутствия, мир поплыл из-под ног.

Гордей держался, дав себе мысленный приказ на вдох, только после потери сознания. И ему это удалось. Он не услышал, как Александр крикнул ему, что можно дышать. Сделал несколько шагов и упал на землю, после чего громко, со свистом выдохнул и так же шумно вдохнул, отчего его начал мучить кашель.

Александр сразу бросился к Гурьяну и принялся делать ему непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Первые несколько чередующихся приемов не помогли. Гурьян сделался холодным, как покойник. Правда, выглядел он немного иначе. На лице и шее выступили красные пятна, а лоб покрылся бисером пота. Александр, не жалея ребер товарища, сделал ему более жесткий массаж и вдохнул ему воздух с такой силой, что у самого закружилась голова.

Неожиданно Гурьян закашлялся и его начало тошнить. Александр ухватил его за волосы и перевернул на бок. Тело Гурьяна заходило в конвульсиях. Оно сотрясалось даже после того, как отошла вся желчь и желудочный сок. Гордей прекратил кашлять и подошел.

— Спасли?

— Ага, спасли. — Удовлетворенно ответил Александр.

— Один-один. — Непонятно к чему произнес Гордей.

— Что? — Не понял Александр.

— Да так. — Ответил Гордей уклончиво.

Гурьян лежал целый час на земле, свернувшись калачиком, временами тяжко подстанывая. Он просил что-нибудь от головной боли, но с собой не было никаких лекарств. Ему давали сладкий отвар, после которого Гурьян ненадолго затихал.

Начало темнеть. Оставаться вблизи отравленного места не хотелось. Любой ветер мог понять ядовитый воздух вверх и тогда они могли просто задохнуться во сне. Пришлось брать Гурьяна на руки и подниматься с ним на безопасное расстояние.

— Вот, и это только первые сутки. — Произнес Гордей. — Чего дальше ждать?

— Тяжело в учении, легко в бою. — Ответил ему Александр. — В следующий раз будем знать, куда соваться не стоит.

Несмотря на страх попасть под облако ядовитого воздуха, спали все равно крепко. Организму требовались силы на восстановление, которые он черпал из скудной пищи, экономя каждую калорию через отдых.

Наутро состояние все равно напоминало похмельный синдром. Гурьян вообще опух, будто у него отказали почки. Он часто вздыхал и кряхтел и всячески старался отсрочить продолжение экспедиции.

— Сил нет подняться. Голова кружится, тошнит. Я бы еще сутки отлежался.

— Здесь лежать не стоит, надо отойти подальше от этого Прыща, иначе он подкинет нам еще каких-нибудь сюрпризов. — Александр был настойчив.

— Надеяться на выживших в деревне, я думаю, не стоит?

— Даже если они и были, то уже давно отравились.

Александр сделал пометку на своей карте, отметив подножие вулкана как потенциально опасную зону.

— Самое опасное, что этот газ ничем не пахнет. Это точно не сероводород. Мое предположение, что это или угарный газ, или углекислый.

— Нам какая разница, как он называется. Главное, научится его определять заранее. Как-то раньше канареек для этого использовали. — Гордей вспомнил какие-то факты из истории.

— С канарейками беда. Надо просто подозрительнее относиться к низинам рядом с вулканами или любыми извержениями из-под земли. Это была плохая идея спускаться вниз возле этого Прыща. — Александр посмотрел на вершину вулкана. — Он точно заслуживает такого названия.

С горем пополам, Гурьян нашел в себе силы, чтобы продолжить путь. Пока поднимались вверх, к насыпи, несколько раз отдыхал. От слабости тело покрывалось холодным потом. Он жаловался, что мерзнет. Руки его и на самом деле были ледяными, как у мертвеца.

По насыпи идти было проще и не спеша они отошли от вулкана так далеко, что его вершина скрылась за горизонтом. Рядом с большой лужей, в центре которой пузырился горячий источник, Александр объявил привал. Никому ничего не объяснив, он взял лопату и принялся копать рядом с лужей яму. Мягкая земля поддавалась легко.

— Ваше благородие, Сергеич, если кто из нас вам в тягость, просто скажите, чтобы ушел. — Гордей сострил, зная, что у ямы другое предназначение.

— А я же, Гордей, из твоего опыта сделал вывод.

— Какой?

— А помнишь, ты рассказывал, как у тебя лодыжки распухли, а ты их в минеральном источнике погрел и все прошло.

— Ну? Помню.

— Вот, мы и Гурьяна сейчас в теплую ванну с минералкой посадим, пусть его отеки вытянет.

— Верно! — Гордей хлопнул себя по лбу. — Это я должен был предложить.

— Спасибо, Александр Сергеич. — Поблагодарил Александра тронутый заботой Гурьян. — Я у вас обоих теперь в неоплатном долгу. Обещаю своих детей с Феклой назвать в вашу честь.

— Да, брось. Еще неизвестно, кого и сколько раз придется спасать.

Александр обрубил ровнее края ямы, выбросил лишнюю землю, после чего сломал стенку, перегораживающую лужу. Теплая вода устремилась в яму, мгновенно наполнив ее. Александр снял с ноги лапоть, чтобы проверить температуру.

— Нормально, полезай.

Гурьян сбросил с себя одежду и забрался в лужу. Под голову положил свои лапти и блаженно вытянулся в длину.

— Это то, что мне сейчас нужно.

Его бледное лицо спустя несколько минут приобрело здоровый розовый оттенок.

— Не поверите, мужики, но это работает как надо. У меня и шум в ушах прошел и тошнота. Надо профильтровать эту воду, да попивать в дороге. Кстати, у меня появился аппетит.

Спустя полчаса, Гурьян выбрался из воды, чтобы перекусить. Его отеки исчезли совсем и теперь он не выглядел, как смертельно уставший человек. Глядя на потрясающий восстановительный эффект от простой лужи, Александр и Гордей тоже по очереди приняли водные процедуры. На них они тоже произвели эффект, не такой ошеломляющий, как на Гурьяна, но все равно достаточно сильный, чтобы избавиться от остаточных симптомов отравления и набраться сил для дальнейшей дороги.

— Сергеич, запиши у себя в талмуде, что регулярные водные процедуры в источниках просто обязательны для любого похода.

Александр удовлетворил просьбу Гордея, записав на краю карты напоминание о том, чтобы всякий человек во время похода помнил о целебных свойствах грязевых источников.

У Гурьяна открылся невероятный аппетит. Неудивительно, в его желудке не осталось ничего со вчерашнего дня. Съев свою норму за вчера и сегодня, он остался голоден. Он зачем-то набрал воды из лужи, профильтровал ее через ткань и выпил залпом.

— Для усиления лечебного эффекта. — Прокомментировал он свой поступок.

— Смотри, может получиться передоз и совсем обратный эффект.

Ничего такого с Гурьяном не случилось, наоборот, он был полон сил и желания продолжить путь. Глядя на него, Гордей тоже нацедил кружку мутной минеральной воды и выпил ее. Александр, поддавшись стадному чувству, поступил точно так же.

После такого привала они шли до самой темноты, остановившись на ночевку, только тогда, когда уже совсем было не видно, куда ставить ногу. Самочувствие всех троих, несмотря на такой длинный переход, оставалось намного лучше вчерашнего.