Сергей Панченко – Пекло (страница 36)

Алена подняла винтовку, протянула ее Денису, а когда тот рефлекторно взял ее в руки, бросилась на помощь Игорю. Мужчина кряхтел, держась обеими руками за живот.

Шурик резко дернулся пару раз и замер.

— Ты что наделал?

Рядом с Денисом появился Тагир, с вытаращенными от страха глазами. Нож выпал из его руки в воду и стукнулся о дно. Над ним мелькнула тень, и тяжелая бита опустилась ему на голову. Тагир упал, как подкошенный. Из тумана появился Евгений. Его била трясучка, а в глазах отражалась вся гамма переживаемых чувств.

— Нашел биту в машине. — Дрожащим голосом произнес он.

Глава 10

Примерно три дня понадобилось космическому холоду на то, чтобы начать остужать раскаленную атмосферу планеты. Первоначально охлажденные потоки воздуха, опускающиеся вниз, к поверхности, не достигали и трети пути, нагреваясь встречными потоками. Постепенно, лишенный подпитки горячий воздух начал сдаваться. Атмосфера с каждым часом густела все сильнее, конденсируя растворенную в ней влагу. Области нисходящих и восходящих потоков постепенно пришли в устойчивое состояние, выбрав курс на стабильное охлаждение.

На четвертый день громыхнули первые грозы и на раскаленную землю полетели первые капли дождя. Они долгое время не долетали до поверхности, превращаясь в пар в дрожащих жаром приземных слоях. Свет над планетой темнел. Влага интенсивно конденсировалась вокруг частиц пепла, что привело к быстрому накоплению критической массы воды.

В ночь, на пятый день после катастрофы, небеса разверзлись, пролившись на поверхность планеты ливнем, которого не знали люди с библейских времен. Горячие потоки хлынули сверху. Небо рвали непрекращающиеся вспышки молний. Раскаты грома сотрясали переполненные влагой тучи.

Земля шипела и сопротивлялась дождю, но все же сдалась. Высохшие русла рек, озер и многочисленных расщелин заполнились кипящими бурлящими потоками, однако остывающими довольно быстро. Температура воздуха в течение суток упала на порядок, пройдя критическую отметку, ниже которой человек уже мог существовать. Мир на время превратился в настоящую парилку, влажную и душную.

В свою смену Александр неоднократно выходил на лестницу, чтобы убедиться в том, что гром, слышимый им не плод его воображения, обострившегося после легкого сотрясения. Сквозь щели в кирпичной кладке пробивались короткие отсветы молний, спустя несколько секунд после которых доносился гром.

Надежда на то, что мир возвращается к своему первоначальному состоянию, захлестнула его воображение. Александру хватило сообразительности, чтобы понять, что дождь непременно принесет с собой охлаждение воздуха. Кроме жара в дверные щели уже тянуло и оптимизмом. Раскаты грома представлялись ему литаврами, возвещающими о начале нового мира.

Свою смену он уступил Гордею, улегшись спать полным самых светлых ожиданий. Ему снилось, что он парит над облаками, натянутыми как кожа на барабан, а по ним лупит палкой кто-то невидимый. Александр знал, что это забавляется Господь, вытрясая из облаков влагу на очищенную от его прежней попытки создать мир, землю.

— Барин. — Александра потряс за плечо Гордей. — Барин.

— Ты чего? После тебя Харитон? — Спросонья Александр решил, что Гордей попутал смены.

— Нет, барин, уже давно утро. Слышите?

Погреб сотрясали непрекращающиеся раскаты грома.

— Гроза? Дождь?

— Вот именно, дождь. Час назад начался. Жутко было, когда все шипеть начало, а потом застучало, как раньше. И вот уже час стучит каплями и все чаще. Я выглянул на улицу, а там ничерта не видно. Жуть. Такое ощущение, что тучи легли прямо на землю.

— Я думаю, что с тем количеством влаги в атмосфере такое вполне возможно. — Александр сел и растер ладонями лицо.

Раскаты грома перекатывались над головой. В слабом отсвете свечи влажная плесень, прижившаяся под потолком погреба, вздрагивала под каждым раскатом.

— Думаете, такое сейчас везде? — Спросила Аглая.

— Думаю, да. То, что произошло, это по всей планете, скорее всего.

— Почему?

— Ну, во-первых, сейсмика, нетипичная для нашей зоны. Помните ли вы вообще, что у нас были землетрясения?

Народ единогласно сошелся во мнении, что землетрясений не случалось не то, что давно, их не было никогда.

— Во-вторых, при локальном выбросе горячего воздуха, его бы разнесло ветром в считанные минуты, даже в безветренную погоду. Он бы просто поднялся вверх и всего делов. А мы сидим тут почти неделю, а как жарило, так и жарит. А в-третьих, это гроза, которая вызвана освобождением атмосферы от лишней влаги. Я ведь говорил, что так будет. Сколько всей воды испарилось и висело в воздухе? Даже страшно представить себе миллионы кубических километров или того больше.

Александр замолчал, дав людям поразмышлять над его выводами.

— А что, будет новый потоп? — Сделал свой вывод Гурьян.

— Я не знаю. Если влага распространилась в атмосфере равномерно, и будет выпадать тоже равномерно, то может быть. А с другой стороны, может и не быть. Земля-то еще не остыла. Испарения будут возвращать большой процент влаги назад.

— А я тоже подумал, что дождичек там кипяточком льет. На лестнице не просто парилка, душегубка. На вдохе в горле спазм, как от вдыхания дыма. — Сообщил Харитон.

— А в погреб не пойдет? — Заволновалась Фекла.

— Нет. Мы же холме. Все потоки будут идти вниз. Спасибо, Александру Сергееичу, вы не просто поселение древних русичей создали, вы построили ковчег. Скажите, вам были голоса? — В ироничном тоне спросил Гурьян.

— Скажешь тоже, ковчег. — Усмехнулся Александр. — Таких погребов в каждом дворе в деревне.

— Ну, ведь, у вас было непреодолимое желание его построить, никак не мотивированное разумными доводами? — Лукерья поддержала Гурьяна.

— Да что вы меня в библейских персонажей записываете? Да, Зарянку хотелось построить, но это в противовес тому, чем я занимался. Суета и шум, против спокойствия и тишины.

— Так и запишем в хрониках нового потопа, Ной был неправильный, бога не слушал, и спасся сам и людей спас, не благодаря, а вопреки. — Не унимался Гурьян.

— У нас села батарейка на телефоне. — Прервала библейские разговоры Аглая.

Она подняла телефон, демонстрируя темный экран. — Как теперь меняться сменами?

— Надо подвесить под потолок нитку с гайкой на конце и отпустить. Пока болтается, смена идет. — Откуда-то из темного угла донесся голос Вторуши.

— Ты как, оклемался? — Спросил его Александр. — Как температура?

— СпАла, кажется. Нормально себя чувствую, но спина болит, кожу тянет.

— Заживет теперь, раз оклемался. — Заверил его Харитон. — У нас тут обстановка здоровая, как в больничной палате. Кто сразу не помер, те выживут.

— Есть хочу. — Вторуша подобрался ближе к свету.

В неверном пламени свечи его лицо показалось совсем изможденным. Скулы обострились, глаза глубоко впали.

— Ой, сейчас. — Подскочила Лукерья. — Что-то мы припозднились с завтраком.

Пока она с Аглаей совещалась насчет того, из чего его можно приготовить, Александр решил выйти на лестницу, послушать, какие еще сюрпризы готовит природа. После вчерашней вылазки кожа на шее болезненно отреагировала на изменение температуры. Хотя в помещении температура и упала, но из-за повышенной влажности она ощущалась так, будто наоборот поднялась.

Раскаты грома сотрясали стены. Дождь привычно барабанил в дверь, подспудно создавая иллюзию привычности и безопасности. Александр по влажным и скользким от стекающей на них отсыревшей глины ступеням, поднялся наверх. В щели сверкнул свет вспышки молнии, резанув по глазам. Мощный раскат грома без задержки сотряс стены. Показалось, что даже дверь звякнула щеколдой, будто ее толкнуло взрывной волной.

Барабанная дробь припустила сильнее. Еще громче зашумели ручьи, огибающие вход в погреб. Александр потянулся к дверной ручке и наткнулся на горячий металл и отдернул руку. Любопытство удовлетворять еще было рано.

— Что нового, барин? Зонтик забыли? — Хохотнул Гордей.

Народ уже собрался вокруг импровизированного стола и ждал завтрака.

— Как удивительно быстро изменился климат. Еще неделю назад нас беспокоили скачки температуры в десяток градусов, дожди или засухи, а тут, Венера, блин, дождь кипятком хлещет.

— Зато чайник можно не кипятить. Выставил его наружу, набрал воды и пей. — Предложил Гурьян.

— Да там вода какая-то невкусная. — С сомнением произнесла Аглая.

— Вот скоро кончится своя, тогда придется пить какая есть. Минерализованная она. При большом давлении и температуре вода становится хорошим растворителем. Если мы имеем дело с паром, выбившимся из-под земли в результате нагревания, то это как раз такой случай. Такую воду надо дистиллировать и добавлять в дистиллят в необходимом количестве. — Александр совершенно случайно незадолго до катастрофы читал материалы на эту тему.

— Да? Со словом дистиллят у меня совсем другие ассоциации. — Произнес Гордей. — В бане у меня самогонный аппарат остался. На нем можно было бы гнать любой дистиллят.

— Это хорошо, пригодится однозначно.

— Так, готово. — Лукерья подала на деревянной крышке, используемой вместо подноса, плашки с разными соленьями. — Расставляйте.

Несмотря на ситуацию, которая могла вогнать в депрессию, народ в погребе чувствовал себя достаточно хорошо, и в моральном и в физическом плане. Не в последнюю очередь это было из-за отсутствия недостатка еды. Прежде, из этого погреба кормились десятки туристов в день, так что запас имелся.