Сергей Панченко – Пекло. Книга 2. Генезис (страница 2)

– Сколько их?

– Шесть.

– Блин, жить с ними, как на пороховой бочке. – Валерий не мог объяснить даже самому себе, почему баллоны вызвали в нём такой негатив.

– И много у тебя их взорвалось за время работы? – Захар подкатил один к краю, спрыгнул, закинул на спину и понёс к платформе.

– У меня не было, но мужики рассказывали.

– И у меня не было, а только рассказывали, что один мужик знает другого мужика, у которого семиюродный брат сестры мужа взорвался вместе с кислородным баллоном. – Захар осторожно снял со спины груз и поставил на платформу. – Возьми себе один для дела. Ворота срежь свои нищебродские.

– Это камуфляж от ненужного взгляда. Пусть висят, мне спокойнее.

– Как хочешь.

Валерий согласился и тоже принялся таскать тяжеленные баллоны. Вскоре разгрузка была окончена. Спины у обоих сделались мокрыми от пота. Захар тяжело опёрся о борт.

– Спасибо тебе, Валер, выручил, – искренне поблагодарил он.

– Это сделка, Захар. И ещё не ясно, чем всё закончится.

– Тебя в любом случае не коснётся никак, – пообещал Захар. – Не разбазарь только.

– Обижаешь, у меня как в сейфе, сколько сдал, столько и заберёшь.

– Ладно, бывай, поеду, – протянул руку Захар.

Валерий пожал её.

– Удачи, – напутствовал он в спину товарища.

Захар отмахнулся. Сел в машину и, высунувшись в открытое окно, спросил:

– По радио сказали, что в нашем районе были толчки? Правда?

– А ты не почувствовал?

– Нет.

– Как раз перед твоим приездом. Жутковато.

– Херня какая-то. – Захар исчез в кабине.

Машина завелась, выпустила в гараж облако дыма и медленно выехала на улицу. Хозяин облегчённо закрыл за ней ворота.

– У него и солярка ворованная, что ли? – произнёс Валера, вдыхая необычный запах, оставшийся, как он подумал, после машины Захара.

Чтобы не придумывать супруге долгого объяснения по поводу столь раннего приезда, Валера решил остаться на даче ещё на несколько часов. Он вернулся в «бункер». Посмотрел на кислородные баллоны, стоявшие у стены, и решил уложить их на пол, а между ними проложить по мешку, чтобы не соприкасались. Подумал, что если случится ещё одно землетрясение, то они уже не упадут и не столкнутся. Хотя в повторение его он не верил.

В подземный дом можно было попасть и иным путём, по ступенькам через распахивающийся люк, находящийся в кухонной части дачного домика. Ольга, если ей не приспичит лезть в помещение, где было мало чего интересного, могла вообще не узнать про аферу мужа.

Валера закрыл дверь и прошёл в жилую часть подземного дома. Всё отличие его от нормального состояло в том, что в нём не было окон. Их заменяли репродукции картин, основным сюжетом которых был вид из окна. Агата любила комментировать выдуманные на основе сюжета картины ситуации. У неё под окнами бегали собачки, а кошечки делились с ними кормом. Крестьянка ходила по полю с полным ведром молока, чтобы напоить мужа, который косил хлеб.

Дом состоял из двух спален, гостиной, совмещённой с кухней, и санузла с душевой. Чтобы воздух не застаивался, Сергей сделал вытяжки с вентиляторами в двух местах. Одна находилась в кухне над плитой. Она была встроена в вытяжку дачного домика, чтобы не выдать себя запахом готовящейся еды в неположенном месте. Вторая труба находилась в противоположной стороне подземного дома. Снаружи её замаскировали под трубу, внутри которой проходил электрический кабель для погружного насоса. Для него она была слишком широка, но кто станет заморачиваться этим для дачи. Для обывателя или бомжа всё выглядело обыкновенно, как у всех.

На стене в гостиной висел большой телевизор. За сотовую связь отвечал усилитель сигнала. Его сферическая антенна под потолком позволяла не чувствовать себя отрезанным от мира. Валера свободно звонил и пользовался интернетом через модем. Тайная жизнь под землёй создавала не только у Валеры, но и у Ольги ощущение некоторой дополнительной защищённости от разных обстоятельств. Сомнений в том, что материалы были закопаны напрасно, не возникло ни разу.

В доме летом наблюдался эффект погреба. После дневного зноя приятно было окунуться в его прохладу, но задержавшись надолго, становилось зябко. Валера вынул плед, лёг на диван в гостиной и укрылся им. Он решил компенсировать недосып. Будильник на телефоне поставил на час дня. Вернувшись домой с помятым после сна лицом, можно было запросто сойти за человека с похмелья. Валера сладко потянулся, после чего свернулся в позе зародыша.

Сон не пришлось долго ждать. Он мгновенно затуманил разум сладкой истомой. Мешал ему только странный запах, который никак не хотел выветриться. Валера про себя пожелал машине Захара скорее встать на капремонт, прежде чем уснул.

Как правило, сон не в своё время, отягощённый тяжёлой физической усталостью, бывает слишком крепок. Валера никак не мог проснуться, хотя подсознание тормошило его чувством крайней опасности. И только когда его стряхнуло с дивана на пол, он вскочил.

В доме было абсолютно темно. Спросонья никак не получалось прийти в себя, чтобы предпринять хоть что-нибудь. Валера на ощупь сел на диван. Растёр лицо и уши ладонями, чтобы кровь притекла к голове.

– Тряхнуло что ли опять? – спросил он сам себя.

Отсутствие электричества напугало. Он зашарил впотьмах в поисках телефона. На столике рядом с диваном его не было. Телефон лежал на полу. Экран его осветился от прикосновения. Иконка связи показывала пустые столбики. Валера включил фонарь и направился к выходу. Ему хотелось скорее позвонить Ольге, узнать, не застало ли их землетрясение врасплох.

Он выбрался в дачный домик, закрыл за собой люк и накрыл его ковриком. Посуда выпала из шкафов. Один шкафчик, в котором хранились припасы, сорвало с петель. Они остались висеть на стене вместе с шурупами. Окна в рамах потрескались, но не выпали. Повреждения говорили о серьёзном землетрясении. Страх за семью усилился ещё больше. Валера выскочил на улицу, к машине.

Солнце уже было высоко. По улице пронеслись две машины со скоростью, явно не рассчитанной на узкие улочки. Иконки связи продолжали показывать её отсутствие. Валера чертыхнулся и открыл ворота. Мимо открытых створок, чуть не соприкоснувшись, пролетела чёрная иномарка. На дачах царила паника.

Выезжать пришлось с крайней осторожностью, чтобы не получить удар от перепуганного водителя. Ворота закрывать не стал, понимая, что мародёров и прочие проблемы нельзя сравнить с желанием скорее узнать судьбу жены и дочки. Валера и сам надавил на газ, разогнавшись быстрее обычного.

Дачники, как правило, пенсионерского возраста, выстроились вдоль улиц в колонны, направляясь к автобусной остановке. На что они надеялись, Валера не мог понять. Вряд ли, кто из водителей автобусов выехал бы на маршрут, променяв его на свою семью. Он остановился рядом со старушкой, несущей два ведра.

– Бабка, садись скорее! Я в город! – предложил он ей через открытое окно.

– А меня возьмёте?

– А мне тоже в город надо!

– Я с вами!

Тут же набралась толпа желающих, которая чуть не оттолкнула беспомощную старушку в сторону. Валера пожалел о своём поступке. Ему пришлось выскочить из машины и, грубо оттолкнув людей, усадить бабку на переднее сиденье. Вёдра он поставил ей под ноги. Бабка пребывала в лёгком шоке от бесцеремонного обращения.

– Ты, ты и ты, – Валера указал пальцем на двух пожилых женщин и одного старика, – на заднее сиденье. Живее, через пять секунд отправляюсь, иначе на крышу полезут.

Он снова тронул изрядно потяжелевшую машину.

– А что было-то? – спросил он у своих попутчиков.

Бабка посмотрела на него, как на сумасшедшего.

– Спал я после тяжёлой ночи. Проснулся на полу, – пояснил он.

– Землетрясение было. Страшное, – произнесла женщина с заднего дивана.

– А в городе? – спросил Валера. – У моего оператора нет связи.

– Скорее всего, – дребезжащим голосом произнёс старик. – Тут же рядом.

– Ну да, – вздохнув, согласился Валера.

– Связи нет ни у кого, – сообщила женщина сзади.

Валера решил, что состояние высоток на окраине скажет ему о том, какие последствия землетрясение нанесло городу. Дом, в котором он жил, был одной из типовых монолитных построек. Будучи прорабом, он возводил такие объекты. Совесть немного кольнула его за мысли о том, что прочности в них могло быть и больше, если бы не такие прорабы, как он или Захар.

На выезде из дачного посёлка собралась пробка. Кажется, впереди дорогу заткнули лихачи, устроившие аварию. Над колонной машин стоял нескончаемый вой клаксонов.

– Что они там устроили? – в сердцах стукнул ладонями руль Валера. – Какие сейчас могут быть разборки?

Он открыл окно и, высунув голову, посмотрел вперёд. Видно было ровно столько же, сколько и через лобовое стекло. Воздух по-прежнему источал запах калёного железа. Теперь его никак не получалось связать с неисправной машиной Захара. Запах явно имел связь с землетрясением.

За забором, возле которого застряла их машина, на цепи сходила с ума дворняга. Она металась, скулила и пронзительно высоко лаяла, словно предчувствуя что-то нехорошее. Валере стало жалко собаку. Он уже собирался выскочить, чтобы отцепить её, но тут пробка сдвинулась с места. Кажется, люди, устроившие аварию, набрались здравомыслия и двинулись дальше.

Колонна машин приближалась к дороге на город тягуче медленно. Валера через каждую минуту проверял состояние связи. Он знал, что Ольга сейчас делает то же самое, и потому ему хотелось скорее добраться до неё, чтобы успокоить. Женщины за спиной причитали, добавляя нервозности.