Сергей Панченко – Мир Тараумара. Книга 2. Другой мир Тараумара (страница 2)

Если бы это была игра и сказали угадать, какой стране принадлежит простирающийся за окнами пейзаж, то Денис скорее всего назвал бы Грецию, Испанию или южную Италию. Много солнца. Небо синее-синее, без единого облачка. Вокруг зелень, пробивающаяся через невысокие белесые скальные выступы. В Питере такой природы не бывало отродясь. Возможно, он просто не знал об этом.

– Что это за станция? – спросила пожилая женщина.

– Сочи, – ответила ей соседка. – Я отдыхала лет тридцать назад в санатории, очень похоже.

– Хватит сочинять, дамы, – попросил мужчина, пугающий терактом. – Сейчас объяснят, куда нас занесло. – В его голосе прозвучало волнение.

Хотел напугать других, но напугался сам.

Двери открываться не спешили, а спасатели так и не появились. Люди из соседнего вагона самостоятельно открыли створки и высыпали на улицу. Денис по их удивленным лицам понял, что вопросов после этого меньше не стало. Они испуганно озирались и не спешили отходить от поезда.

– Ну, что там? – нетерпеливо поинтересовался толстяк в открытую форточку.

– Выходите, сами увидите.

– Открывайте двери! – громогласно попросил толстяк. – Дышать уже нечем. У кого там ручка рядом, поверните ее.

Мужчина, оказавшийся рядом с аварийной ручкой, переставил ее в другое положение. Группа парней у средней двери растянула створки в стороны. Толпа как будто этого и ждала, ринулась к выходу. Дениса понесли вперед против его воли. Он выскочил на улицу и сразу ощутил не по-питерски знойный воздух и запах нагревшейся зелени. На родине он знал этот запах горячей листвы, когда на улице температура поднималась до плюс сорока и даже сорока двух.

Народ покидал вагон, отходил шагов на десять и дальше идти не решался, застывал в недоумении и даже в тихой панике. Зрелище, представшее перед глазами, вызывало сложные чувства. Нельзя было поверить в то, что видишь, и потому сознание искало рациональные объяснения.

Место, в которое занесло пассажиров электрички, больше всего напоминало тупую вершину старой скалы, поросшую растительностью, но при этом никакого основания скалы не было видно. Они как будто парили в небе на огромном ее куске. И что самое замечательное, солнца на небе тоже не было, однако недостатка в свете не ощущалось.

Люди постепенно покидали электричку на всем ее протяжении, но никто не решался отходить далеко. Все были поражены увиденным, не понимали, как оказались в этом месте, и чувствовали опасность, напоминая поведением зверей, которым открыли двери клетки, где они провели всю жизнь. Денис направился вдоль поезда к голове узнать, что находилось дальше. Надо было выяснить, пути ведут вперед или электричка остановилась в тупике.

Люди вполголоса общались между собой.

– Связи никакой нет.

– Как так, сейчас связь везде есть.

– Значит, не везде. Странное местечко. Что-то мне не по себе.

– У кого-нибудь валидол есть? Тут женщине с сердцем плохо.

Отвлечение на привычную тему помогло растерянным людям. Многие кинулись предлагать свои лекарства, на время позабыв о странной ситуации. А ситуация была слишком нестандартной, чтобы сформулировать самому себе, что происходит. Денис пытался объяснить, насколько правдоподобно то, что он видит, и какие ответы могли бы удовлетворить его. Пока таковые не возникали. Самое лучшее, что сгенерировал его мозг, – это смерть в результате какого-то чрезвычайного происшествия, но принимать такой ответ он не хотел. Во-первых, ничего не поменялось в ощущениях. Ударенный утром палец на правой ноге продолжал болеть. Во-вторых, новый телефон лежал в кармане, а он знал, что на тот свет с собой ничего материального не заберешь. Как в пословице: на том свете карманов не бывает.

У головного вагона собрались мужчины среднего возраста. Они заглядывали в кабину машиниста, словно чего-то ждали. Денис обошел их, чтобы посмотреть продолжение путей. Их не оказалось. Электричка уперлась в пружинный буфер и даже слегка деформировалась от удара.

– Депо! Депо, вашу мать, почему не отвечаете? – кричал в тангетку связи машинист. – Депо?

– Да, бесполезно. Нет связи, – решил один из собравшихся мужчин. – Ты вообще не знал про этот маршрут?

– Какой маршрут? – нервно переспросил машинист. – Я по красной ветке восемь лет езжу. Нет на ней никаких маршрутов, кроме главного.

– Вы что, не видите, это никакой не Питер? – Один из мужчин в хлопчатобумажных брюках и рубашке обвел рукой окружающий пейзаж. – Нас куда-то занесло. Мы попали в пространственно-временную аномалию.

– Что ты несешь, интеллигент? – окоротил его машинист. – Я тебе такую картинку найду хоть в Питере, хоть в Чебоксарах, хоть в Мухосранске. – Он снова схватился за танкетку. – Депо, мать вашу, ответьте! Состав поврежден и находится в тупике, про который я не в курсе.

– Ну и жарища. – Мужчина в толстовке снял ее и вытер вспотевшее лицо. – Нет, это точно не Питер. На улице градусов сорок.

– Надо радио на телефоне поймать, – радостно предложил парень в майке с черепом. – Мы же сразу поймем, где находимся, по языку ведущих.

– Хватит с ума сходить, народ. Мы в России, и точка. Не начинайте панику поднимать раньше времени. Всему есть свое рациональное объяснение, – потребовал мужчина, похожий на военного.

– А ну-ка объясни, – потребовал другой, с большой блестящей лысиной.

– Пока не могу, нужно осмотреться, отойти от поезда.

– Отойдешь, а он ку-гук и уедет.

– Не уедет, – уверенно заявил машинист. – Передняя колесная пара повреждена.

– Возвращаться надо по путям, – вмешался в беседу Денис. – Как приехали, тем маршрутом и выйдем.

Мужчины обернулись на него, и никто из них не смог возразить. Даже решительный машинист бросил танкетку и спрыгнул с подножки на землю.

– Пешком до площади Восстания не больше получаса ходьбы, – произнес он. – Выбора нет, поезд не на ходу, придется идти.

Мужчина в хлопчатобумажной рубашке скептически скривил губы, глядя вверх. Покрутил головой и пошел в сторону от состава. Никто не пошел за ним, посчитав его поведение странным и легкомысленным. Вернуться по путям назад казалось самым логичным выходом из сложившейся ситуации.

Машинист обошел толпу, жавшуюся к поезду. Увидев человека в форме, люди решили, что он знает, что делает. Многие присоединились к компании мужчин молчком, некоторые задавали вопросы.

– А вы куда?

– Мы опять возвращаемся на площадь Восстания?

– Да. – Машинист не собирался отчитываться перед пассажирами.

Денис шел в числе первых и тоже ни с кем не разговаривал. Его раздражали люди, поглупевшие от того, что попали в нестандартную ситуацию. Они вели себя, как стадо баранов, метались за каждым, как за вожаком, кто казался им разбирающимся в происходящем. Даже выражения лиц у тех же самых людей, кто заходил на станцию метро, и кто оказался здесь, кардинально отличались. Из них как будто вынули магнитный стержень, вокруг которого держались мысли. Без него они просто разбежались, превратив их обладателей в бессистемно мыслящих идиотов.

– Идите по левой стороне, подальше от контактного рельса! – выкрикнул машинист, спрыгнув с перрона.

Денис спрыгнул следом. Он ожидал, что из темного тоннеля на него дохнет креозотной прохладой, но ошибся. Здесь было так же жарко. Машинист на полном ходу ударился в пустоту. Денис наскочил на него и второй раз приложил мужчину непонятно обо что, а затем и сам ударился. Прямо перед ним находилась иллюзия уходящего в темную даль тоннеля, на самом деле оказавшаяся стеной. Ощущалась она как уплотняющееся магнитное поле глубиной в несколько сантиметров, что в свете некоторых знаний в современных технологиях выглядело фантастически.

Толпа напирала сзади, а те, кто уже успел наткнуться на непроходимую иллюзию, обескуражено замерли.

– Стоять! – выкрикнул машинист. – Здесь нет прохода!

– Как нет, а это что? – удивился высокий мужчина в бейсболке, указывая в сторону иллюзии тоннеля.

– Да хрен его знает, что это. Попробуй пройди, может, у тебя получится, – предложил машинист.

Толпа расступилась, позволив высокому мужчине попытать удачи. Он и не думал сбавлять темп, посчитав, что его разыгрывают. Ткнулся в иллюзию, отскочил и сел на задницу.

– Что это за херня? – Он ухватился за нос. – Метро решило снять какую-то программу-розыгрыш?

Вопрос адресовался машинисту.

– Никаких программ никто не снимал. Я бы знал. – Мужчина на всякий случай повертел головой, чтобы увидеть скрытые камеры.

– Очень похоже на розыгрыш, – поддержала высокого женщина. – Как в фильме ужасов, когда людей свозят на необитаемый остров.

– Заткнись, – одернул ее пожилой мужчина. – Смотреть надо нормальные фильмы, а не говно всякое.

– Ты, что ли, определяешь, что нормальное, а что говно? – возмутилась женщина. – Давай твой номер телефона, я буду звонить каждый раз и советоваться, что мне смотреть?

Высокий мужчина поднялся на ноги и ощупал иллюзию руками сверху донизу и от стенки до стенки. Обследование вызвало у него легкий ступор.

– Кабелей нет на стенах. Такого быть не может, – произнес машинист, словно только сейчас заметил эту особенность.

– И что это значит? – спросила женщина, любительница фильмов ужасов.

– Не знаю, – задумчиво ответил машинист. – Понятно, почему пропало электричество, но непонятно, каким образом закрылся проход.

Толпа тем временем, не понимая причин заминки, начала роптать. Денис почувствовал нарастающее раздражение людей, которое могло вылиться во что-нибудь более серьезное, и решил выбираться из узкого пространства. Он живо представил панику, возникшую между двух стен, и понял, что оставаться здесь нельзя.