Сергей Панченко – Брат во Христе (страница 32)

Когда со стаей было покончено, Рэб остановился, звериными органами чувств ощущая нечеловеческую ярость и приятную силу превосходства. Он разжал ладонь. Предохранительная скоба отпружинила и улетела в сторону. Запал задымил. Рэб открыл пасть и бросил гранату внутрь нее. Постарался проглотить гранату, и в этот момент раздался взрыв. Рэб не успел почувствовать его, оказавшись в своем теле. Он сразу же вскочил и подбежал к краю крыши. Внизу, в груде изувеченных мутантов, лежал элитник с почти оторванной головой. Его тело еще билось в агонии. Рэб почувствовал, как из него выходит весь боевой угар; оставалась лишь одна усталость. Ноги сами собой подогнулись. Он сел на теплую крышу, и слезы непроизвольно потекли из глаз.

Глава 9

Рюкзак был тяжел. Помимо боеприпасов, в нем солидно прибавилось трофеев из безобразных черепушек мутантов. Жалко, что споровая сумка жемчужного элитника пострадала от взрыва гранаты. Драгоценную жемчужину обнаружить не удалось. Рэб еще раз подивился крепости тела мутанта. Плоть вокруг его шеи сорвало взрывом, но мощный позвоночник толщиной в три руки почти не пострадал.

Длинная СВД хлопала прикладом под коленку. Рэб перевесил ее поперек спины, как белорусский партизан. В руках он держал автомат. Для внезапного столкновения он подходил лучше, хотя интуиция подсказывала, что серьезного противника в поселке не осталось.

По дороге Рэб залез в небольшой продуктовый магазин, набрал еще консервов про запас, а для Крофт взял бутылку лимонада и чипсы. За всю дорогу обратно ему встретились три пустыша, обойти которых не составило большого труда. Однажды в другом конце поселка послышалась одиночная стрельба. Это не походило на почерк рейдеров – скорее, местный иммунный отбивался от одичавших родственников.

Рэб постучал в дверь и открыл ее. Дизель осторожно выглянул из-за угла, держа в руках трубку от пылесоса.

– Это я – Рэб.

– Фух, слава Богу! – Дизель откинул палку в сторону. – Мы с дочкой, когда услышали стрельбу, подумали, что ты в засаду попал.

– Ты не поверишь, но так и случилось. Выкарабкался. А ты, я смотрю, вооружился?

– Да, ничего лучше не нашел в доме. Ты ранен? – Дизель разглядел пострадавшее от удара лотерейщика лицо Рэба.

– Пропустил удар. Ничего подозрительного не видели?

– Крофт показалось, что самолет пролетел вдалеке, но я думаю, что померещилось.

– Иногда летают на самом деле беспилотные хреновины. Очень опасны.

– У тебя снайперская винтовка?

– Ага, решил разделить наши мужские обязанности. Ты будешь штурмовиком, а я – снайпером. Служил?

– Служил, в оркестре.

– Вот, блин, подобрались воины света! Ладно, жизнь быстро научит.

Крофт спустилась с лестницы. Она с любопытством разглядывала оружие. Рэб полез в рюкзак и вынул пестрые пачки с чипсами.

– У меня своих детей не было, но мне кажется, что все они любят хрустеть чипсами.

Глаза у Крофт загорелись.

– Спаси-и-ибо, любят.

– Не переживай, – успокоил Рэб её отца, предвосхищая нотации, – В Улье нет побочных эффектов от нездоровой пищи.

Крофт по-хозяйски сняла с полки большой стакан, налила в него лимонада и умело открыла пачку с чипсами. Кухня огласилась хрустом.

– А мы чем хуже? – Рэб достал из рюкзака бутылку виски, прихваченную из магазина. – Денек выдался тяжелым, можно и тяпнуть с устатку. Теплая только, зараза! Будешь?

– А мы не пойдем дальше?

– Сегодня – нет. Сейчас поедим, помоюсь, и до завтрашнего утра – здоровый восстанавливающий сон.

– Наливай!

Рэб предпринял меры безопасности, чтобы случайная тварь с улицы не увидела их. Завесили шторами, а где их не хватало, повесили простыни. Пьянка проходила непривычно тихо. Разговаривали шепотом, по душам. Рэб все выложил о себе, чем немало удивил Дизеля.

– Я бы ни за что не подумал, что ты батюшка. Когда мы увидели тебя в первый раз, моя жена сказала, что ты, скорее всего, одичавший военный пенсионер. До сего момента я тоже считал, что ты имел какое-то отношение к службе.

– К службе? Конечно, имел! Ещё как служил: за упокой, за здравие, богородицу – всё, что хочешь! – Рэб усмехнулся. Как будто не о себе говорил, а о хорошем знакомом, отце Анатолии. – Гарантирую, что через десять дней ты сам себя не узнаешь.

Дизель понял шутку.

– А я – машинист. Не к тому меня жизнь готовила.

– Переучишься, – успокоил его Рэб. – Здесь доходчиво объясняют. Да и железные дороги здесь никто не отменял. Глядишь, устроишься на бронепоезд какой-нибудь, машинистом.

– А нельзя засесть в этом доме на краю поселка и жить себе припеваючи? Хоромы-то неплохие. – Дизель обвел взглядом кухню.

– Я на себе не проверял, но говорят, расклад при перезагрузке кластера, как при менингите: или помрешь, или дураком сделаешься. Поэтому мы и идем.

– В стаб? – Дизель немного освоился с терминами Улья.

– Правильно, в стаб. Был я в одном, но там ясновидящий бомж сказал, что я – зверь, и меня выгнали. Теперь топаю в другой. Стабильности хочется, а не гонок со смертью.

– Если бы не дочь…, ей-то каково смерть видеть; поэтому нам тоже в стаб надо. Готов на любую работу: за еду, за минимальные удобства.

– Ну, валюты у нас пока навалом, чтобы на всё соглашаться.

– Ты про эти шарики?

– Да, про спораны. Авось продержимся, пока мысль не придет, как там задержаться.

– Я по технической части могу – слесарить и прочее. Руками Бог наградил не кривыми.

Рэб задумался: а чем он сам смог бы пригодиться небольшому человеческому сообществу, засевшему на стабе? Неприятно было понимать, что никаким полезным умениям он не обучен. А спокойной жизни все равно хотелось.

– Там видно будет, что за стаб и в чем они нуждаются.

Виски закончился. Дизель начал клевать носом. Рэб поднялся из-за стола.

– Эй, Крофт, ты тут у нас самая трезвомыслящая! Последи по окнам за обстановкой. Я пойду баню проверю, а ты смотри со второго этажа; если опасность увидишь, дай знать.

– Как?

– Скажи «пс-с-с».

– Пс-с-с.

– Вот это и будет сигнал об опасности.

Рэб взял с собой автомат и топор и вышел на улицу. Баня находилась позади дома. К ней вела дорожка, мощенная широкой плиткой. Рэб проверил, как Крофт справляется с функцией часового. Девчонка уже выглядывала в открытое окно комнаты на втором этаже.

– Как обстановка? – негромко спросил Рэб.

Крофт замялась.

– А мы не договаривались об этом. Мне что, говорить «непс-с-с»?

– Нет, я могу не понять. Если никого не видишь, можешь говорить обыкновенно, а вот, когда опасность рядом, тогда делаешь «пс-с-с».

– Поняла, поняла. Никого нет, идите спокойно.

Баня была закрыта на «честный» замок. Щеколда была накинута на петлю, в которую был вставлен деревянный чопик. Лучшая защита от соседских кошек. Рэб зашел в предбанник. У дверей печки была свалена груда наколотых чурбаков. Зашел в саму баню и проверил воду в баке, на печи. Больше половины. Горячая баня – это было что-то дорогое из прошлой жизни. Рэб вопреки маскировке затолкал чурбаки в печку и зажег их.

Выглянул на улицу, чтобы проверить, как сильно дымит труба. От сухих дров дым шел несильный. Крофт не покинула поста, молча следила за округой.

– Потом ты сходишь в баню, а потом отца твоего растолкаем и отправим.

Девочка согласно кивнула.

– А то нас монстры будут за километр чуять, – догадалась Крофт.

Рэбу понравилось ее чувство юмора. Ребенок в таком возрасте мог впасть в истерику от всего увиденного, а дочка Дизеля держалась молодцом.

– Конечно, еще и сами монстрами станем, если не будем мыться.

Баня от дров едва нагрелась. Вода зашумела в баке, но не закипела. Рэб прошелся по двору и нашел несколько старых досок. Забросил их в печь и пошел мыться. Каменка разогрелась быстро. Один ковш воды на нее сильно прибавил жара. Рэб с наслаждением скинул с себя грязную одежду, закинул ее в таз, плеснул шампуня сверху и подставил под горячую воду. Пока она отмокала, Рэб грелся на верхнем полке.

Вышел он из бани через час. Нега расходилась по телу. В одной руке он держал мокрую одежду, а в другой – автомат.