Сергей Охотников – Большая книга ужасов — 64 (страница 34)

Я стоял в сторонке и ждал. Боялся, что меня отправят куда-нибудь в темный подвал, где водятся черви и чумные крысы. Мои опасения оказались беспочвенными. Специально для таких ни к чему не приспособленных нашлось простое занятие – таскать дрова и воду ведрами. В доме имелся газовый котел, но со слов Октябрины – обычная печка в сто раз лучше. А еще мне выпало работать с Олесей, чему я обрадовался. Мы сразу же разговорились:

– Почему ты не пошла на кухню чистить картошку с другими девочками?

– У них там классные чайные ложки. Меня нельзя к ним подпускать.

Два часа на свежем воздухе пролетели незаметно. Олеся постоянно рассказывала о своих приключениях. О том, как убегала от охранников в супермаркете и сидела в полиции вместе с каким-то бомжом. Мне приходилось постоянно спрашивать:

– И тебе было не страшно?

– Еще как! Но это же так классно, когда тебе угрожает настоящая опасность! Я к доктору Степанову пошла только из-за мамы, она очень волнуется. Ну, и когда вырасту, хочу стать доктором – хирургом.

– С клептоманией хирургом нельзя, – проговорил я.

– Именно! В операционной столько классных железных инструментов!

В общем, мне было весело таскать дрова в сарай, а потом из сарая в дом. Вернувшись в свою комнату, я завалился на кровать и блаженно улыбнулся. Про шахматы я вспомнил только перед самым ужином. Посмотрел на доску – кто-то снова походил за белых! Неизвестный противник вывел своего коня из-под удара и теперь угрожал моей пешке. Ход был сильным! Я даже не успел на него ответить – Октябрина позвала всех на ужин. За едой мои мысли бродили по шахматной доске. В промежутках между обдумыванием ходов я успевал сравнивать вкус здешней еды с бабушкиной готовкой. Он был как минимум не хуже! Что соответствует пяти звездам в любой ресторанной классификации. Что же все-таки делать с этой пешкой? Конечно, потеря одного пехотинца значила не много. Но только не в игре с таким сильным противником! В этой партии любое незначительное преимущество могло стать решающим. Я очнулся только возле корзинки со сдобными булочками. Мой мозг придумал достойный ответ и вернул меня в реальность. Олеся как раз прятала выпечку под свитер. Поймав мой взгляд, девочка показала мне язык:

– Хотела с тобой поделиться перед отбоем, но ты какой-то отмороженный.

– Просто обдумывал шахматный ход.

– Но ты ведь сам с собой играешь? – удивилась Кудряшка. – Неужели все так запущено?

– В том-то и дело, что не сам с собой! Кто-то заходит в мою комнату и двигает фигуры на доске. Играет он, кстати, отлично.

– Почему именно «он»?! – фыркнула Олеся. – Думаешь, девушки слишком глупы, чтобы играть в эти ваши фигурки?

– Нет, конечно! – воскликнул я. – Так это ты мой противник? Признавайся.

– Нет, – серьезно ответила Кудряшка. – Это точно не я. У меня твердая тройка с минусом по алгебре и антианалитический склад ума!

– Тогда кто?

Этот вопрос должен был обеспокоить меня раньше. Кто-то незаметно заходит в мою комнату. А вдруг он опасен? Мою опрометчивость могло оправдать только успешное лечение.

– Не знаю, – пожала плечами Олеся. – Может, человек с манией тайных шахматных партий?

– Очень смешно.

– Спасибо! Если снова захочешь поднять настроение, обращайся! – Кудряшка широко улыбнулась, и мне сразу расхотелось думать о плохом.

– Послушай, я вот что подумал – у Николая Федоровича был жуткий амулет в виде серебряного черепа. Он сказал, что взял его поносить у одного из пациентов на спор. Что, если этот самый пациент – любитель черепов – среди нас?

Олеся рассмеялась, сделала загадочное лицо и вытащила из кармана зловещий серебряный амулет.

– Этот, что ли? – спросила девочка и невинно захлопала ресницами.

Мне оставалось только кивнуть.

– Я его сперла в одном готическом магазине! А потом дала поносить доктору. Глупая безделушка, не более того.

– Ладно, – согласился я. – Как говорит Николай Федорович – иногда наши страхи абсолютно беспочвенны.

– Именно! – воскликнула Кудряшка.

– Булочку перед отбоем принесешь? – спросил я.

– Посмотрим на твое поведение. – Олеся подмигнула мне и вернулась на свое место.

У меня было отличное настроение. Не терпелось поскорее сделать ход. Допив чай, я поспешил к себе в комнату. На лестнице меня догнал Владик. Парень схватил меня за локоть:

– Слышь, мелкий, оставь Олесю в покое!

Я тогда вообще не понял, о чем речь. Раньше девочки не обращали на меня внимания и таких ситуаций не возникало.

– В покое? – переспросил я.

– Не строй из себя дурачка! – закричал Владик.

Его слова не содержали ничего, что помогло бы мне понять суть проблемы. Мой взгляд начал блуждать по сторонам. Вдруг я увидел нечто ужасное – кровь на ступеньках и чью-то разбитую голову. Видение было мимолетным, но я жутко испугался. Прямо как раньше, до лечения.

– Осторожно! Тут очень крутые ступеньки! – воскликнул я. – Можно упасть и разбить голову!

– Ты издеваешься, да? – Лицо Владика сделалось пунцовым.

Наверное, это был приступ агрессии, но я не мог оторвать взгляда от ступенек, где секунду назад была кровь. Нас услышали, внизу начали собираться ребята. Никто не успел вмешаться. Владик обернулся – резко и как-то неловко. Его нога соскочила со ступеньки. Парень покатился вниз по лестнице, руки и ноги бились о твердое дерево.

«Все, конец», – промелькнула у меня мысль.

Бедняга замер на нижних ступеньках. Кто-то из девочек громко охнул. Спустя одно долгое мгновение Владик приподнял голову, кряхтя встал и проговорил:

– Делай что хочешь, мелкий, только держись от меня подальше.

Все облегченно вздохнули. Кто-то рассмеялся. Я поспешил укрыться в своей комнате, еще раз посмотрел на доску и сделал заранее просчитанный ход:

– Не видать тебе моей пешки как своих ушей.

Мне не терпелось продолжить партию, но теперь я не собирался ходить за моего противника. Еще нужно было приготовиться к ночи – проверить батарейки в фонарике, запомнить все лампы и выключатели в комнате. Ночуя в незнакомых местах, я всегда рисовал схему всего электричества и вешал над кроватью. День на свежем воздухе дал о себе знать, и глаза у меня начали слипаться уже в десять часов.

Глава 5. Размен слонов

Я прилег на кровать. Минуты через две в дверь постучали, она тут же открылась. Из-за нее выглянула половинка сдобной булочки.

– Съешь меня, – сказала она измененным голосом Олеси.

– Спасибо! – Я взял булочку, пожелал Кудряшке спокойной ночи, съел угощение и лег в кровать.

В комнате горела настольная лампа. Под подушкой у меня был спрятан фонарик. На полу возле кровати лежал телефон – только руку опустить. Все это на самом деле было не слишком надежной защитой. За окнами стоял черный лес, никаких огоньков и горящих окон. Единственный наружный фонарь висел возле крыльца. Из моей комнаты он не был виден, но его свет ложился теплым желтым покрывалом на кусты в парке. Это отраженное свечение кое-как добиралось до моих окон. Конечно же, в усадьбе не было резервного электрического генератора, а подмосковные электрические сети никогда не славились надежностью. В общем, меня пугала сегодняшняя ночь – пришлось повторить дыхательные упражнения целых три раза.

После йоги я быстро уснул. Разбудил меня самый ужасный звук на земле – тихий щелчок выключателя. Тьма заполнила комнату и надавила на мои веки. Я приоткрыл глаза. Тусклый отраженный свет уличного фонаря превращал комнату в нагромождение вязкого полумрака. Возле письменного стола чернота как будто шевелилась. Я опустил руку за телефоном и почувствовал боль – кто-то укусил меня за палец. Весь пол кишел черными копошащимися червями. Я вскрикнул, вскочил на кровати и только тут вспомнил про фонарик. Тьма по всей комнате шевелилась. Мне даже показалось, что я вижу в ней человеческую фигуру. Схватив фонарик, я нажал на кнопку. Ничего. Он не работал! Мои руки задрожали. Спина покрылась потом. Темень-черви уже ползли по ножкам кровати, цеплялись за простыни.

«Я же проверял батарейки и лампочку! – пришла в голову обиженная мысль, и тут же появилась догадка: – Плохо закрутил!»

Я с силой повернул переднюю часть фонарика – мне в глаза ударил яркий белый луч. Он на мгновение ослепил меня. Я принялся размахивать фонариком как световым мечом, разгоняя черную нечисть. Когда зрение вернулось ко мне, в комнате никого не было. Никаких следов присутствия мирового зла не обнаруживалось. Хотя стоп! Я поспешил к письменному столу и взглянул на шахматную доску – неизвестный соперник сделал ход. Он решил поменяться фигурами и убил моего слона[21]. Я был слишком взбудоражен, чтобы долго думать, и съел вражеского слона своим черным конем.

– Ешь, лошадка. Расти большая! – Мы на тренировках часто говорим такие глупости, чтобы досадить противнику.

Немного успокоившись, я попробовал включить свет. У меня получилось – лампа работала. Просто кто-то вырубил ее! Кто это сделал? И куда он делся? Конечно, я мог не заметить человека в темноте, но точно услышал бы его шаги. Дверь в комнату была заперта. Она противно скрипела и громко хлопала – такую бесшумно не закроешь.

«А что, если он до сих пор здесь?» – мысль ударила меня как молния.

Я огляделся, никого не увидел, но как будто ощутил чье-то враждебное присутствие. Мне казалось, злодей в любой момент может материализоваться в воздухе или выпрыгнуть из шкафа. Дрожа от страха, я надел штаны, схватил подушку, одеяло, выскочил из комнаты, побежал по коридору, а потом вниз по лестнице. Звук скрипучих половиц так и кричал мне в ухо: я бегу за тобой! Я настигну тебя!