Сергей Норка – Палач. Нет милости к падшим (страница 8)
— Резонный вопрос, — понимающе кивнул головой Артемьев. — Я человек, волею случая, а точнее, волею каких-то людей оказавшийся в очень сложной ситуации.
— Звучит несколько неопределенно, но, так и быть, выложу карты на стол. Не все, конечно. Мы по своим каналам в Московии просветили фирму «Криптос», в которой вы работали, и представляем, чем вы занимались. Мы не знаем, что произошло между вами и «Криптосом», но понимаем, что положение ваше сложное. Мы готовы оказать вам содействие в обмен на диски из кейса Тауберга. Но нам желательно знать подробнее, что же произошло.
— Ну что ж, — после некоторых раздумий сказал Артемьев, — в Питере я выполнял заказ. Представитель заказчика должен был меня встретить на вокзале, проводить на квартиру и указать объект. Получилось так, что меня перехватили какие-то люди, и я сработал на них.
— Простите, — перебил его Виктор Геннадьевич. — Я слабо представляю тонкости вашей работы. Но почему ваша фирма в тот же день не сообщила вам о том, что вас, так сказать, перехватили. Ведь заказчик должен был проинформировать «Криптос» о вашем отсутствии.
— В том-то и дело, что эти люди сработали очень умно. Их человек вместо меня подошел к месту встречи и разыгрывал роль представителя моей фирмы до самого конца. Исчез в день операции.
— Продолжайте.
— Я выполнил заказ и вернулся в Москву. А там по своим каналам узнал о том, что на меня объявлена охота, и исчез.
— Значит, ваша встреча с Таубергом — чистая случайность, — задумчиво сказал Юрий Петрович.
— То-то и оно, что нет.
— Поясните.
— Когда представитель, точнее, представительница заказчика привезла меня на место операции и вручила билет на поезд, она сказала, что в купе со мной будет ехать ее отец, у которого больное сердце. И попросила присмотреть за ним. Поэтому я и спросил вас о дочери Тауберга.
По тому, как в очередной раз переглянулись друзья Тауберга, Артемьев понял, что, во-первых, они ничего не знали об этой истории, во-вторых, появление «дочери» в схеме их сильно обеспокоило.
— Сергей Петрович, — обратился к нему Виктор Геннадьевич, — должен признаться, что для нас все это несколько неожиданно. А мы очень не любим неожиданности. Мы не настаиваем на том, чтобы вы прямо сейчас отдали нам диски, и берем небольшой тайм-аут. Как долго вы намерены пробыть в Венеции?
— Я собираюсь уехать завтра.
— А не могли бы вы задержаться на несколько дней? Разумеется, мы оплатим все ваши расходы.
— Хорошо.
— И еще одно, — Виктор Геннадьевич достал из кейса книгу. — Пока будете здесь, ознакомьтесь, рекомендую. Не исключено, что это поможет нам в дальнейшем выстроить правильные отношения.
— Постараюсь, — сказал Артемьев, беря книгу, а точнее, толстую брошюру. — Когда вы будете готовы продолжить разговор, оставьте консьержу в гостинице для меня записку с указанием места и времени встречи. До десяти часов утра, если можно. Я буду звонить в гостиницу ежедневно и зайду за запиской сразу же.
Глава VIII
Книга
В тот же день Артемьев выписался из Лиассиди и перебрался на квартиру Сандры, предупредив консьержа, что будет звонить ежедневно, так как для него должны оставить записку. Бездумно проболтавшись весь день по городу, он вернулся вечером на квартиру, зажег бра возле постели и улегся, достав книгу, полученную от новых знакомцев. Он не имел понятия, какую роль она могла сыграть в развитии их отношений. «Почему распалась Россия?». Автор Е. В. Труваров. Фамилия известная, княжеская. Артемьев из исторической литературы знал, что князья Труваровы принадлежали к шестнадцати русским родам, ведущим свое начало от Рюрика, и прав на престол имели гораздо больше, чем худородные Романовы.
«Родившись во Франции в 1970 году, от отца и матери, также родившихся во Франции, я тем не менее, как и все Труваровы, всегда считал себя русским, а русский язык родным, — писал автор во вступлении. — Мой дед, князь Евгений Труваров, сражался с немцами, напавшими на его родину, Россию, в войсках генерала де Голля, а его брат Виктор — в рядах Французского Сопротивления. Двоюродная сестра моего отца, подпольщица Виктория Труварова, была замучена в застенках парижского гестапо. Впервые я посетил родину предков в 1993 году и был свидетелем октябрьских событий в Москве. С 1996-го по 2000 год я работал в Петербурге в качестве представителя одной из французских фирм и более или менее изучил российскую действительность. Последний мой приезд в тогда еще целостную Россию состоялся накануне ее распада в октябре 2014 года. В настоящее время существует масса монографий, анализирующих причины распада СССР, а затем и России, и надо признаться, многие из них весьма убедительны. Однако иностранным аналитикам в силу отсутствия правильного понимания русской психологии не дано правильно оценить произошедшее в России, а отечественные приводят факты, имевшие место, но не являвшиеся главной причиной распада. Сторонники раздела России на ряд независимых (юридически, но не фактически) государств утверждают, что распад был следствием авторитарного правления пост-ельцинской эпохи. Такой вывод мог быть верен для европейских стран, но абсолютно не годится для такой страны, как Россия. Противники раздела впадают в демагогию и конспирологию, возлагая вину на своих политических оппонентов и обвиняя их в предательстве. Однако, как мне представляется, дело обстоит значительно сложнее по причине уникальности населения России. То есть того, что классики русской литературы называли „загадочная русская душа“, „русский характер“, в силу которого „умом Россию не понять“. Не представляя сложности проблемы, можно предположить, что в действительности немаловажную роль в распаде сыграл именно тот факт, что лица, в нем заинтересованные, сумели ее понять и выстроить правильную линию поведения».
Артемьев отложил книгу и задумался. В отличие от распространенного мнения, что киллер может только нажимать на курок, он всегда считал, что его работа требует максимального напряжения ума и интуиции. И не столько для того, чтобы выполнить заказ, сколько для того, чтобы уцелеть. Вычислить заказчика нетрудно. Даже очень легко. Но доказать его причастность можно только при наличии сотрудничающего со следствием исполнителя. Это грозило исполнителю гораздо большей опасностью, чем тюрьма. И хотя в «Криптосе» существовало железное правило — исполнителей «не сдавать», Артемьев знал: однажды он может выполнить такой заказ, что свидетелей оставлять не будут. Поэтому он привык тщательно анализировать все происходящее. Вот и теперь он изо всех сил старался понять, кто эти люди, волею случая появившиеся в его жизни, чего от них следует ожидать и какую линию поведения выбрать. Конечно, после того как стало ясно, что они не являются ниточкой, с помощью которой он мог выйти на тех, кто его использовал в Питере, можно было исчезнуть. Но, слабо представляя, как строить свою дальнейшую жизнь, он отбросил эту мысль. Итак, незнакомцы, судя по всему, ему нужны. Вопрос только, нужен ли им профессиональный киллер. Он опять углубился в книгу.
«В действительности таких лиц не было. А если и были, то ничего не решали, поскольку распад был предопределен русской национальной психологией, поведенческой моделью русского человека со времен Киевской Руси. Считая себя русским, я не мог оставаться равнодушным к проблеме России, — писал далее автор, — и постарался нарисовать объективную картину произошедшего, в надежде, что найдутся люди, которые выступят против Системы и победят ее».
Артемьев усмехнулся. Итак, еще одна монография на извечную тему «Пропала Россия!». «Кстати, — подумал он, — стенания по этому поводу раздавались несколько веков, пока эта самая Россия, наконец, действительно не пропала». Но поскольку незнакомцы, на помощь которых он рассчитывал, хотят, чтобы он ее прочел, придется читать. В конце концов, в сутках двадцать четыре часа. И надо их как-то использовать. По опыту он знал, что на выяснение ситуации им понадобится несколько дней. Включив свет, он поудобнее устроился на кровати и углубился в чтение:
«Часть 1. Экскурс в СССР
В качестве краеугольного камня исследования мы берем тезис о том, что государственное образование территории, населенной русскими, находится в процессе распада несколько столетий. Этот процесс при одних правителях тормозился, при других ускорялся, что трижды приводило к распаду государства, начиная с Киевской Руси.
Распад России было бы неправильно рассматривать в отрыве от распада Российской империи и империи, вошедшей в историю под названием СССР, поскольку и то и другое явления имели общие причины и являлись разными этапами одного и того же процесса. Процесса распада. Революция (название условное) 1991 года изменила политическую и экономическую системы государства, но ни в малейшей степени не устранила причины возобновившегося после смерти Сталина процесса распада. Напомним, что аналитики, посвятившие исследованию этих явлений толстые монографии, в основу клали два фактора: экономику и политику. Причем в экономике властвовал в основном один, лишенный всякого смысла, подход. Это спор между государственниками и рыночниками о том, какая форма собственности более эффективна. Российская практика показала, что экономическое развитие зависит не от формы собственности, а от системы управления ею и экономикой в целом. Такой поверхностный подход исследователей вскрывал некоторые причины, но не первопричину конечного результата. Вкратце мы проанализируем причины коллапса СССР для того, чтобы читатель понял — они идентичны причинам распада Российской Федерации. И только после этого перейдем к первопричине. Разумеется, нельзя не уделить внимание такому важному фактору, как личность и… элита. Марксистские историки говорили о роли личности и общества, однако, если внимательно изучить историю Российской империи, можно заметить, что такой подход не совсем верен. Общество играло решающую роль в формировании исторических событий только в очень краткие периоды стихийных волнений, длящиеся несколько дней или месяцев до момента, когда появлялись личности или группы личностей, способные взять стихию под свой контроль. При этом на первоначальном этапе они провозглашали приоритет общественных интересов, но затем неизменно переходили к реализации собственных. Это показывает, что в действительности общество всегда было лишь инструментом в руках творящей историю личности или группы личностей, именуемой элитой. Итак, мы будем рассматривать роль личности и роль элиты в процессе распада.