Сергей Недоруб – Призраки истины (страница 38)

Он уже чувствовал, что здесь кто-то есть – по сигаретному запаху. Самопал курил другие, но сортами он вроде бы не пренебрегал. Шептун впервые задумался, откуда Самопал доставал себе все это добро. Сталкер плохо разбирался в табачных изделиях, но простые подсчеты говорили, что ренегат потреблял минимум по блоку в неделю, а в месяц это уже составляло приличный запас. Вряд ли его просто угощают встречные незнакомцы.

Значит, «Лезвия»?

Сверху послышался слабый стон, и Шептун прижался к стене. Он стоял так целую минуту, однако звуки не повторились. Вместо этого им на смену пришли другие – шорох, стук по дереву.

Шептун не стал входить в ворота. Предварительно нужно было любым способом разузнать побольше о том, что творилось в ангаре. Добравшись до старой водосточной трубы, сталкер полез вверх, цепляясь за крепления в стене и стараясь не трогать саму трубу. На высоте пяти метров он сорвался, но успел ухватиться за выступ. Лезть дальше не было возможности, да и нужды – рядом с выступом виднелась дыра, пробитая изнутри, похоже, выстрелом из чего-то крупного. Сталкер уставился на нее, пытаясь понять, кто здесь воевал и когда. Затем, убедившись, что не будет заслонять собою солнце, заглянул через дыру внутрь.

Ангар оставался тем же, каким Шептун его всегда видел, – чуть ли не выскобленным изнутри, до такой степени его разворовали. Участвовали в этом и «набатовцы», конечно. Сохранилась лишь лестница на верхний балкон, огибавший ангар по внутреннему периметру. Отодрать ее было бы очень сложно, а ангар как убежище сильно утратил бы в привлекательности.

Сейчас Шептун обращал внимание лишь на появившиеся изменения в облике строения депо. Взгляд зацепился за перевернутую ванну, сдвинутые вместе ящики, разное тряпье. На стене висит чья-то куртка, чуть дальше – чиненый костюм химической защиты. На полу валяется прочее снаряжение… именно валяется. В стену вбито кольцо с отходящей цепью. Второй ее конец закреплен на лодыжке лежащего без чувств человека.

Исхудавшего, бледного, длинноволосого.

Самопала.

У ворот ангара Шептуна никто не встретил.

– Есть тут кто? – крикнул сталкер.

Лестница зашумела – кто-то поспешно спускался. Судя по звукам, один человек. Его сталкер не видел, зато видел второго – упавшего на дальнем балконе прямо на решетку, чтобы скрыться за металлическим щитом. Должен быть и третий, если не больше.

– Ты кто? – испуганно произнес парень в военных сапогах. Помимо сапог, ничего военного на нем больше не было – облезлые джинсы да распущенная клетчатая рубаха.

– Шептун. Клан «Набат».

Парень переглянулся с кем-то, кого сталкер не видел. Значит, точно есть третий.

– Чего ты хочешь? – спросил он.

– Я назвал свое имя. Назови и ты свое.

Облизнув губы, парень подтянул джинсы, хотя они и без того сидели в обтяжку.

– «Набат»? – произнес он. – Зачем пришел?

– Значит, я буду звать тебя Безымянный, – невозмутимо решил Шептун. Прежде чем парень сказал хоть слово, он продолжил: – Я пришел выменять пленника за хабар.

– Чего? – не понял Безымянный.

Шептун стащил с себя мешок и кинул перед ним.

– Здесь аптечка и моток веревки, – сказал он. – Больше у меня нет, но Самопал большего и не стоит. Поверь мне.

Безымянный растерялся.

– Не нужен мне твой мешок, – пробормотал он. – Ты один?

– А ты? Бери мешок и отдай мне Самопала, – сказал Шептун, не отводя взгляда. – В таком случае мы разойдемся друзьями. Потому что врагами мы не разойдемся вообще.

Лестница застучала снова. Безымянный умолк, попятившись в сторону. Очевидно, на сцену выходила более важная шишка.

Перед сталкером возник немолодой мужчина с короткой, хорошо сделанной стрижкой и пышными усами, которые ему совсем не шли. Казалось, усы тоже были ухожены. Однако на франта он не походил. Вероятно, просто привык к единому образу и не хотел его менять. Тем не менее ничего общего с шармом дяди Толи у него не было. Где же он в Зоне нашел такого стилиста?

– Меня звать Асаши, – представился он, кладя на плечо автомат. Кличка звучала по-идиотски, но ее носителю, похоже, многое в мире было по барабану. – Будем знакомы, «набатовец». Хотя ты зря сюда пришел.

Шептун внимательно смотрел ему в глаза. Автомат был ему слишком хорошо знаком.

– Тогда скажи мне, Асаши-сан, – вымолвил Шептун. – Откуда у тебя мое оружие?

– Боевой трофей, – ответил мужик. – Перешел по праву победителя. А ты его раньше носил? По тебе не скажешь.

– Внешность обманчива. Ты слышал мое предложение по поводу обмена?

– Слышал. Еще слышал тон, которым ты его высказал. Ты резок на слова, «набатовец». Даже интересно, насколько ты будешь общителен, если тебя тоже посадить на цепь. А еще мне интересно…

– Смотреть мне в глаза, – спокойно приказал Шептун.

Безымянный попятился еще дальше.

– Да ты борзый, я посмотрю, – изумился Асаши. – Я таких, как ты…

– Самопал! – крикнул Шептун. – Давай!

Если Безымянный при этих словах подскочил на месте, то Асаши всего лишь невольно оглянулся, но Шептуну этого хватило. Метнувшись вперед, он врезал любителю японских имен кулаком в шею, держа ключ между пальцев.

Асаши с выпученными глазами отступил в сторону, согнувшись почти вдвое. Ключ не встретил сопротивления, войдя в шейную мякоть. Шептун выдернул его, сорвал автомат с собирателя боевых трофеев, оттолкнулся ногой и дернул затвором.

Сверху прозвучал выстрел из ружья. Распахнутые и намертво застывшие двери ангара лязгнули, но устояли. Шептун выстрелил одиночным, разбив ящик на втором этаже в щепки.

– Выходить по одному, руки за головой! – заорал он.

Сверху послышались ругательства.

– У меня ваш человек, – предупредил Шептун, быстро наклонившись и отняв у Асаши нож, который тот пытался достать из ножен на голени.

– А у нас твой!

Сидеть в осаде Шептун не планировал – ни по какую сторону. Сталкер почувствовал жгучее желание сломать противникам все планы. У него был неоспоримый козырь: враги верили, что сталкер всеми силами будет стремиться сделать так, чтобы его собрат по клану не пострадал. В действительности же Шептун мог отнестись к смерти Самопала не то что философски, а даже позитивно – зависело от того, будут ли у него шансы вытащить парня, не склеив ласты самому.

– Вас предупредили! – выкрикнул Шептун. – Я захожу!

Пригнувшись, он запрыгнул в ангар, мигом очутившись в тени. Новый выстрел отрикошетил от бетонного бугорка, но сталкер уже спрятался за дрезиной, откуда перебрался в узкое пространство между контейнерами. Уже по количеству лазеек Шептуну стало ясно, что обитатели ангара не имели никакого представления о том, как оборудовать его защиту. С другой стороны, депо именно по той причине и не имело популярности, что спрятаться тут было очень сложно, а оказаться загнанным в ловушку – запросто.

– Выходи! – прозвучал истеричный вопль. – Я убью тебя!

Шептун лишь покачал головой. Именно по таким вот противоречивым фразам обычно и удается отличить самоуспокаивающую браваду от нормальных переговоров. Безымянный даже не сделал попытки как-то договориться. В условиях стресса сложно подобрать слова, которые прозвучат естественно, логично и заставят соперника самому принять выгодное тебе решение.

Третий выстрел. Вероятно, Безымянный совсем ошалел, раз палит впустую, либо верит, что Шептун будет покорно таиться за воротами. Сталкер выглянул из-за контейнера, но никого не увидел.

Проверив боезапас, Шептун пошел вперед, стреляя каждую секунду. Размеренность напугала противников больше, чем шквальный огонь: Безымянный и его приятель кинулись вниз по лестнице у входа. На седьмом выстреле Шептун прекратил тратить патроны и быстро вбежал на средний балкон, где и затаился. Он знал, что в данный момент врагов будет подводить именно слух, так что сосредоточился на том, чтобы не попасться им на глаза. Убедившись, что все убежали, сталкер поднялся на еще один уровень выше и быстро обыскал балкон.

Больше никого не было.

Шептун подскочил к окошку, почти полностью скрытому покоцанной металлической шторкой. Безымянный с товарищем брели вдаль, таща с собой Асаши. Шептун внутренне поблагодарил их за такой поступок, равно и за то, что они приняли единственное мудрое решение в бою – отказались от него. Он знал, что одно лишь ношение ствола не делает людей воинами. И не считал таковым себя.

– Самопал, – быстро проговорил сталкер. – Ты жив?

– Да, – прозвучал ответ. Пленник говорил своим обычным ленивым, бесцветным голосом. Это привело Шептуна почти в бешенство.

– Да сволочь ты убогая! – огрызнулся сталкер. – Можешь хоть раз на эмоции перейти? Или тебе все равно, что с тобою будет?

Самопал откинул волосы с окровавленного лица, но ничего не ответил. Он был бледен как сама смерть.

Шептун подергал кольцо, удерживающее конец цепи. Оно не поддавалось, нечего было и думать вытащить его голыми руками. Сталкер перебрал все звенья, затем замок. Ни единого изъяна.

– Бесполезно, – вяло сообщил Самопал. – Я тоже пытался. Так не выбраться.

Он шепелявил. Ему мешала разбитая губа. Наверняка и зубов не хватало.

– Кто это сделал? – спросил Шептун, снуя по балкону и заглядывая во все щели в поисках инструмента, которым можно было бы выбить кольцо из стены. – Это твои дружки?

– Нет.

– О, прости, я уточню. Бывшие приятели.

– Нет.

– Это были «Лезвия», да? Ты решил кинуть их тоже, поэтому они посадили тебя на цепь.