Сергей Наумов – Свободные Земли (страница 19)
– А меня можешь звать бабушка Мельпомена. Я тут каждому такому, как ты, двери открываю. Каждого встречаю! Вот только после зазнаются некоторые. Начинают думать, что это они сами себе все двери открыли, даже здороваться перестают!.. А у меня, вон, – старушка указала на книги, – все их роли: и сыгранные, и будущие – все тут! Ну давай, рассказывай…
Старушка целых два часа выведывала у Романа все о его жизни. Наконец она встала со стула.
– Пора тебе, милок, сейчас он актёров отпустит… Думаю, очень своевременно прислали тебя опыт набирать. Ступай, ступай!
Старушка похлопала Романа по плечу.
Поднявшись по широкой лестнице, устланной мягкими коврами, ведущей на третий этаж, Роман подошел к двери директора театра. Двери раскрылись, и ему навстречу вышло не меньше двадцати актеров в различных сценических костюмах. Громко обсуждая что-то, они прошли мимо Романа, не обратив на него внимание.
***
Шумно захлопав крыльями, большая серая сова села на ветку дерева. Мелкие птахи ринулись в разные стороны и замолкли притаившись. Больше желтые глаза совы, не мигая, смотрели вниз.
Вокруг круглой цветочной клумбы бегала девочка с сачком. Она громко смеялась, и ее смех колокольчиком звенел по двору. Она была маленькой рыжеволосой, чуть больше куклы, с пухлыми щечками и веснушками по всему лицу, девчонкой. Вот она поймала в сачок бабочку, долго разглядывала ее и отпустила. Тут же заметив другую, она понеслась на своих пухленьких ножках, разливая повсюду свой смех.
Люсия сидела в тени дерева и вязала маленький чулочек. Владлен Петрович у открытого окна вырезал из палки то ли куклу, то ли солдата. Еще часом ранее Роден уехал в город снова покупать лошадь, теперь уже пони.
Сова нахохлилась и закрыла глаза.
***
Виттория Висконти готовилась к выходу в театр. Вместе с Одри она пришла к своему личному модельеру и теперь выбирала себе платье. Личный модельер Виттории был самым счастливым из всех кутюрье. Виттория никогда не надевала на выход одно платье дважды. В театр, на бал, к Императору – все новое. После ее платье продавалось по баснословной цене, и все дамы высшего общества заказывали себе нечто подобное. Все портные платили модельеру Виттории проценты от продаж – так установил Барнабо. А модельер отдавал половину прибыли Виттории.
По всей мастерской стояли манекены, одетые в платья всех цветов и оттенков. Очень трудно было выбрать, когда выбирать приходилось из трех десятков! Виттории понравились черное и фиолетовое платья, но, подумав, она выбрала темно-зеленое, с глубоким декольте и изумрудами.
***
Выйдя из лавки Толстого Брю через тайный ход, Зея снова встретилась с Молчаливым Госом. Передав ему все, о чем она говорила, и что приказал сделать Максимус, Зея снова вернулась в город. В одном из питейных заведений у нее была назначена встреча с верным человеком, некогда служившим в войсках Максимуса, – капралом Мурави Окаянным. Мурави был старый и опытный солдат, потерявший левую кисть руки в битве под Поросом. Сидя за столом и склонившись друг к другу, Зея объяснила Мурави, что завтра после полудня он и его сотня воинов пройдут подземельем из лавки Брю в дом Молчаливого Госа. Как только начнутся ожидаемые события, Мурави со своими людьми должен ворваться в дом Висконти, перебить там всех и не дать никому добраться до золота семьи Висконти.
Уже на исходе дня Зея нашла Салливана Картавого. Передав ему приказ Максимуса, она отправилась к восточному берегу Спокойного озера, где в лесу уже целые сутки ждали ее приказа о начале действий восемь сотен тяжеловооруженных всадников.
День шел к завершению, но события только начинали разворачиваться.
Глава 16
Спектакль
Роман бегло осмотрел себя, оправил пояс с кинжалом, стряхнул с рукавов несуществующую пыль и громко постучал в двери. Войдя в уютный кабинет, он набрал в легкие воздух и замер. За столом, обитым зеленым сукном сидел…
– Что?! Гном?! Ха-ха! Если бы вы знали, молодой человек, как часто мне приходилось такую реакцию! Проходите! Присаживайтесь и поведайте, что привело вас в эти стены?!
– Добрый вечер, господин… г-г-гном!
– Меня зовут Коромбус Сатириус! Рассказывайте, я весь во внимании!
– Добрый вечер, господин Коромбус Сатириус! Я приехал из Золотого Города по поручению… Вот.
Роман положил на стол бумаги.
– Так-так! ну-ка, ну-ка!
Гном нацепил монокль и стал читать.
– Бааатюшка, мой театральный дворик! Да вы актер?! Свет небесный опустил вас для отпущения моей головной боли! А мы так нуждались!.. Я уже хотел, было, сам… Да, знаете ли, у нас беда! Пропал один из актеров, самая трагическая роль, граф Фердинанд Дейс. Это он написал пьесу, которую мы ставим сегодня, такой выдающийся драматург!.. За последний год он напечатал четыре пьесы, все при полном аншлаге! А какие авиации!.. И вот, исчез – нигде не могут найти. А сегодня у него должен был быть дебют! Вам, молодой человек, э-э-э… Роман…
Тут гном отложил бумаги.
– Придется вам, Роман, играть вместо него!
– Как? Вот так сразу играть?!
Роман аж подпрыгнул на стуле.
– А вы уже где-нибудь играли раньше?
Гном уперся взглядом в Романа.
– Да, веселого трубадура в «Вечерних песнях», потом…
– Ну и прекрасно!.. Пр-р-рекрасно! Вот ваш текст!
Гном положил перед Романом клочок бумаги.
– Это что? Вся роль?! «Прощайте, братья деревья, я умираю!»
– Это не просто вся роль. Это, можно сказать, самый трагический момент всей пьесы! Граф писал эту роль специально для себя, чтобы уже в своем дебюте всех поразить! Вы представьте себе! Весь! Весь спектакль вы на сцене! Никому до вас из новичков не выпадало такое счастье! Первая роль, и весь спектакль вы можете лицезреть зал!
– Но я даже представления не имею, что это за пьеса!..
– Прочитать вы не успеете – это факт. Но не беспокойтесь, я вам сейчас все сам расскажу! Значит так. Растет дерево – вы будете играть дерево. И оно своей кроной закрывает обзор с балкона одной богатой вдовы. А напротив, через улицу, балкон одной молодой красивой девушки. И вот, каждый вечер, под балкон девушки приходит юноша и поет ей песни. Девушка на юношу не обращает никакого внимания, так как она бедна, и он беден. А вот богатая вдова влюбилась в голос этого юноши, но не видит его из-за кроны дерева. Тогда эта вдова платит дровосеку, чтобы он срубил это дерево! Вот тут-то, когда дровосек начинает рубить дерево, вы и кричите: «Прощайте, братья мои, деревья, я умираю!» Понимаете? Это надо сказать так, чтобы весь зал зарыдал! Вам нужно самому пережить эту боль!
– Да эта пьеса какая-то…
– Гениальная, гениальная пьеса!
– И мне все время торчать на сцене?!
– У вас будет сценический костюм – дерево из папье-маше. Но там есть отверстие для лица, а рост у вас подходящий. Там еще будет куст… У нас одному актеру придется весь спектакль на животе лежать, чтобы крикнуть, когда дерево упадет: «Здравствуй, солнце!» А потом, когда вы упадете, вдова увидит, что юноша совсем некрасивый и горбатый, и она выйдет замуж за дровосека. И все! Принимайте свои овации!
Дальнейшие события совсем выбили Романа из колеи. Гном отвел его по сумрачным коридорам театра в костюмерную, где два молодых расторопных портных раздели Романа и вручили ему трико. Обтянутый этим трико, не очень широко шагая, чтобы не лопнули швы, Роман очутился в гримерке. Какая-то женщина шлепнула ему на лоб зеленой краски, растерла по щекам коричневую, и через минуту Роман уже стоял на сцене в «дереве». Прямо пред ним был занавес, за которым слышался приглушенный шум. Публика заполняла зал…
***
Мария Д’Пальма спешила из Восточного леса в свой дом. Сегодня в лесу она увидела много вооруженных всадников. Собирая целебные травы и коренья, Мария углубилась в лес и очень испугалась, когда за кустами увидела много палаток, коней и дым от костров. Казалось, всадники прятались или ждали чего-то. Затем она увидела красивую молодую девушку, облаченную в доспехи воинствующей гарпии. На девушке была кольчуга, латы с изображением головы гарпии, короткая юбка и очень высокие сапоги. Узкий длинный меч и диадема на голове.
Мария незаметно скрылась и пошла домой, решив ни с кем не говорить об увиденном. Дома она стала приготавливать целебный отвар и мази. Мария уже давно имела дела с Витторией Висконти и часто собирала для нее различные снадобья. Она знала, кто такая Виттория и чем промышляет, но девушке нужны были деньги. В душе же Мария была легкой и доброй. Вот и теперь она готовила лекарства для Толстого Брю, которого едва живого подобрала на улице. Брю все время бредил какими-то камнями, Императором и просил золотой за сутки в день. Мария напоила его лекарством и укрыла в одеяло. День медленно угасал…
***
Вся западная часть города от Средней стены до подножия Имперского холма в этот вечер кишела народом. Все кабаки, винные лавки, постоялые дворы и гостиницы были забиты. Множество крепких молодых воинов слонялось по улицам. Кто-то пустил слух, что Золотой Город якобы вновь набирает армию, и якобы все эти люди ждали подтверждения этому, чтобы пуститься в поход на город.
Салливан Картавый и еще несколько воинов стояли в начале на одной из улиц, и негромко беседовали. При этом Картавый изучал все подступы к Западным воротам крепости. Чуть постояв, воины неспешным шагом пошли на ближайший постоялый двор.