Сергей Мясищев – Наместник Лемирта (страница 91)
— Нет, Алекс, ты не дебил. Ты живешь, как умеешь, ошибаешься и пытаешься исправить свои ошибки, — возразил кот. — Так дай же право ошибаться другим. Они тоже первый раз живут, и далеко не всё знают.
— Умеешь же! — я встал. — Идем, знаток. По крайней мере, проясню кто, что и кому должен.
— Нам туда, — кивнул Первый вправо…
Эльфийская принцесса сидела в пустом имении, на диване в своей комнате, поджав ноги, и задумчиво смотрела в окно. Щенок лежал тут же, положив свою голову девушке на колени, прикрыв глаза от удовольствия. Анариэль гладила щенка, почесывая ему за ушами, и смотрела-смотрела на распускающиеся листья на ближайшем дереве.
После размолвки с любимым мужчиной эльфийка много чего передумала. Вначале она злилась на Алекса, потом пыталась выгородить себя в выгодном свете, обвинив именно его в том, что произошло. А теперь она осознала, что сама, собственными поступками, навсегда убила их любовь. И от этого осознания на душе стало холодно и гаденько.
«Возможно, Мать-Природа простит меня за такие мысли и намерения, а я? Я сама смогу простить? Может быть, со временем, — мысли ходили по кругу, оборачиваясь в новые формулировки. — А что я скажу своему сыну, когда он спросит, где его папа? Совру что-нибудь нейтральное? Пройдет время и сын узнает правду и обвинит меня во лжи… И будет прав. Тысячу раз прав. Одна ложь рождает другую… И ничего нельзя исправить. Как смерть, которую не исправишь ни словами, и никакими ритуалами. Ничем».
Проклятый лес всё наступал, поглощая каждый день метры Светлого леса. Это выражалось и в усыхании деревьев, и в появлении неведомых ранее растений, и, главное, все больше измененных животных считали эту территорию своей. Они строили гнезда, рыли норы. Обживались и надолго.
Вот уже и рейнджерскую заставу перенесли на несколько верст вглубь Светлого леса. Фактически Листопадное было глубоко внутри Проклятого леса и если бы не защита ИскИна Ирдена, то тут давно бы хозяйничали измененные твари.
Анариэль прибыла в имение тайно от отца, понимая, что если Морохир узнает, то будет очень большой скандал. Но принцессе вновь и вновь хотелось быть тут. Здесь она была счастлива, здесь всё напоминало о тех днях, когда всё было хорошо и казалось, что так будет всегда…
— Как же так? — пробормотала девушка, осознав, что всё еще гладит нелепого щенка, который никак не хотел поправляться. — Ведь я ничего не сделала. Просто хотела чаще быть с ним…
Рекс посмотрел девушке в глаза и утробно несколько раз заскулил.
— Вот и я не знаю. Казалось, что делаю всё правильно. Глупая, самонадеянная дура!
Неожиданно щенок поднял голову и настороженно прислушался. Тявкнул.
— Да, Рекс. Только от этого никому не легче, — грустно проговорила эльфийка, пытаясь погладить Рекса. Но щенок высвободился и, соскочив с дивана, подбежал к дверям. Оглянулся, тявкнул. Уши, торчащие вверх и в сторону, упорно пытались что-то услышать.
— Тяв-тяв! — собачка призывно смотрела на хозяйку.
— Что случилось? Хочешь гулять? Сейчас выпущу, — Анариэль встала с дивана и босиком зашлепала к дверям.
— Госпожа, господин Алекс приближается к имению, — раздался писк от телефона висевшего на шнурке на шее девушки.
— Что? Что ты сказал? — переспросила эльфийка, замерев.
— Алекс будет в имении менее чем через минуту, — подтвердил ИскИн.
— Ты уверен? Может, это рейнджеры с обходом? — сердце принцессы «начало набирать обороты».
— Ошибки быть не может, — возразил телефонный голос Ирдена. — Он и его арвенд под именем Первый подходят к воротам.
— Да-да, — у Анариэль перехватило горло, в глазах защипало. — Да, конечно. Нужно идти, — засуетилась девушка, пытаясь найти глазами какую-нибудь обувь. Потом, бросив поиски, стремглав побежала вниз, шлепая ногами по лестнице.
Рекс уже пытался открыть входную дверь, царапая её и тявкая. Остановившись, Анариэль сделала несколько глубоких вдохов, и, открыв дверь, вышла на крыльцо внешне спокойная, с каменным лицом.
На улице было пасмурно, вечерело. Главные ворота медленно открывались и, на фоне темного леса, появилась фигура статного мужчины и арвенда, идущего рядом с ним.
Мужчина шел не торопясь, по-хозяйски, посматривая то налево, то направо, давая какие-то комментарии своему спутнику. Слов Анариэль не разбирала, сколько не вслушивалась. Только интонацию, и она была твердой и немного насмешливой.
Рекс, весело взвизгнув, кинулся навстречу гостям большими скачками. Анариэль даже не удивилась, когда её любимец с каждым прыжком изменялся в размерах.
— Рекс?! — в крике Алекса было безмерное удивление. А потом радость. И непонятно было, кто больше визжал от радости — щенок, превратившийся в стремительного, опасного добермана, или Алекс, бросившийся навстречу собаке. — Рекс, сучий потрох, живой!
До имения, действительно, было недалеко, и чем ближе мы подходили, тем тревожней у меня становилось на сердце. Что я скажу Анютке? Вот не думал, что меня это так напряжет.
«Ирден, хозяйка дома?» — поинтересовался я заблаговременно, а то переживаю тут, а её, может, и дома-то нет.
«Да, господин Алекс, дома. Медитирует», — тут же отозвался ИскИн.
— Анютка дома, Ирден говорит, что занята медитацией, — озвучил я для Первого.
— Может, просто переживает? — предположил кот, — или думает, как с тобой помирится?
— Да сдался я ей! Просто блажь избалованной девицы, — хмыкнул я, — напридумывала себе там что-то, а теперь удивляется, что всё не так. Проходили, знаем.
— Никакая не блажь, — не согласился кот, — у неё с тобой связь толщиной с мой хвост.
— У тебя нет хвоста.
— Спасибо, что напомнил, — обиженно отозвался Первый.
— Извини, — мне стало неловко. — И вообще, может она думает, как отомстить мне, и извести весь мой род до седьмого колена?
— Ты же согласился, что она садисткой никогда не была.
— Ага, не была, — передразнил я, — поэтому гонялась за мной по всему материку.
Ворота имения медленно стали открываться.
— А я-то думаю, чего она к тебе в кровать прыгнула? Оказывается, для того, чтобы убить уж наверняка? — насмехался кот.
— Некуда она не прыгала, — стал защищать я свою женщину. — Так получилось.
— Видимо, ты хорош в постели, — не унимался арвенд, — если эльфийская женщина сменила гнев на милость, лишь единожды побывав с тобой…
— Что ты пристал? — рыкнул я на Первого, посматривая по сторонам, и отмечая изменения, произошедшие в обстановке. — Может, и хорош. Что тут такого?
— Просто заметки по ходу дела, — примирительно отозвался кот и уже насторожено, — это еще что за диво?
Наконец, я увидел Анариэль. Она стояла на крыльце дома, не зная куда деть руки, всматриваясь в нас. И что ты пытаешься увидеть? С чем я пришел? Так я и сам не знаю.
Навстречу нам, тявкая, бежал несуразный щенок. Женщина, оставшись одна, всегда заводит себе щенка или кота. Принцесса не исключение.
Но… Щенок крупными прыжками мчался к нам, с каждым прыжком увеличиваясь в размерах. И вот уже навстречу мне летел стремительный доберман. Быстрый, как стрела, опасный, как дикий зверь. Я точно знаю, такой породы в этом мире не существует.
— Алекс, к бою!
— Первый, это же Рекс! — сердце у меня зашлось от осознания своей правоты и радости.
— Не торопись с выводами… — где-то сзади предостерег арвенд. А я, сорвавшись с места, кинулся навстречу своему другу.
— Рекс, сучий потрох, живой! — вскрикнул я, когда мы столкнулись с ним. Собака прыгала вокруг меня, норовя лизнуть в лицо и игриво стукая передними лапами в грудь. Рыча и гавкая. — Как ты нашел меня, Рексик?! Ну-ка, сидеть! Сидеть, я сказал!
Рекс послушно сел, поедая меня преданным взглядом.
— Собак ты мой! — я трепал кобеля за холку, обнимал и дергал за уши. Собака-робот всё это мужественно терпела, лишь повизгивая, и все время пытаясь лизнуть меня в лицо. — Рекс! Живой, гад такой. Живой! — в глазах предательски щипало. — Я же похоронил тебя! На могилке твоей стоял, а ты вот выкарабкался…
— Откуда ты знаешь его имя? — как подошла Анариэль я не видел, поглощенный обнимашками с собакой.
Повернувшись к ней, сказал:
— Я жив только благодаря ему. Где ты его нашла?
— Он сам пришел, — девушка сидела около нас на коленях. — Только был он совсем другой. Побитый и жалкий.
— Маскировался, собак ты мой! — я опять потрепал Рекса, взяв его морду в ладони. — Хороший мой, хороший, — гладил я его шелковистую, короткую шерсть.
— Саша, просто выслушай меня, — Анариэль чуть ли не в первый раз назвала меня по настоящему имени. — Я не буду оправдываться… я знаю, это не поможет. Только хуже будет… Хвала Матери-Природе, я ничего не сделала, только хотела… но ты прав этого достаточно, чтобы презирать меня до конца дней. Я много думала и, знаешь, поняла. Не эти жены, так другие… Можно убить всех женщин на свете, только ты все равно не будешь со мной, если сам этого не захочешь…
Эльфийка встала. Из её глаз катились крупные слёзы. Она долго посмотрела мне в глаза, не отводя взгляда. Сглотнула.
— Хочу запомнить тебя таким. Счастливым, — прошептала она. Я тоже встал, пытаясь рассмотреть и почувствовать все её тайные мысли и чувства. Но кроме горечи потери, бездонной, необъятной как сам мир, ничего не видел и не чувствовал. Всё её существо вибрировала на краю бездны безысходности, страшась свалиться туда и не желая оставаться здесь.