Сергей Мусаниф – Возвращение чародея (страница 13)
Парень из кожи вон лез, чтобы казаться человеком, но я видела, что это не так. И глупое имя «Рико», больше похожее на собачью кличку, совершенно не подходило его облику. Только когда он по всей форме представился собравшемуся его сожрать дракону, я наконец-то узнала настоящее имя своего возлюбленного.
Ринальдо Финдабаир. Это он. С тех пор я не могла думать о нём иначе, нежели как о Ринальдо. Ну или как о красавчике. Он всегда злился, когда я его так называла, и просил прекратить. Поэтому я и не прекращала.
Королева Карин. Звучит неплохо, но этого никогда не будет. Даже если его мальчишеская страсть ко мне не пройдёт, нам всё равно никто этого не позволит. Я и сама сделаю всё, чтобы этого не случилось.
Лет через сорок я буду выглядеть, как старуха. По сути, я и стану старухой. А он будет всё так же молод и хорош собой. Я ведь даже не знаю, как он выглядит на самом деле, без всех маскирующих заклинаний, которые парень таскает на себе долгие годы. Впрочем, для людей все эльфы если и не на одно лицо, то довольно похожи. Хочешь знать, каков из себя Ринальдо, посмотри на Гарланда.
Вот он. Тоже красавчик. И глядит на тебя, как на болотную тину под дорогим сапогом. Жалко, что мы с ним не подрались. Интересно, смогу ли я прикончить ещё одну Пятнистую Лиану в честном бою, или с его приятелем Лорасом у меня получилось случайно?
Вот уж нет.
На гладиаторских аренах Вольных Городов я встречалась и с эльфами, и не один нашёл свою смерть от моего меча.
Королева Карин Финдабаир. Звучит смешно, но иногда хочется, чтобы это оказалось правдой.
— О чём думаешь? — поинтересовался Ринальдо. Тропа в этом месте сужалась так, что проехать можно было только по двое, и мы двигались бок о бок. Наш отряд только что миновал встречный караван, с которым мы еле разошлись. Солдатам пришлось спешиться и прижаться к отвесной скале, втянув животы, а купцы аккуратно проводили своих навьюченных поклажей лошадей мимо нас.
— О всяких глупостях, — призналась я.
— Нельзя ли поподробнее?
— Нельзя.
— Жаль. Было бы интересно узнать, что именно подобные тебе люди считают глупостями.
— То же самое, что и люди, подобные тебе. Пардон, я забыла, что ты не человек.
— Человек, эльф — какая разница?
— Значительная. Спроси у своего Гарланда, он объяснит.
— Я был бы рад сказать, что Гарланд не мой, но это было бы неправдой, — вздохнул Ринальдо. — Он мой подданный.
— Скоро у тебя будут тысячи подданных.
— К сожалению, это похоже на правду.
— И этим тысячам не понравится, что ты растрачивал королевское семя с какой-то человеческой женщиной.
— Ну во-первых, не с какой-то, — сказал Ринальдо. — А во-вторых, я пока ещё ничего не потратил. О чём жалею.
— Ничего у нас с тобой не получится, — сказала я.
— Посмотрим. И вообще, мне уже надоели эти упаднические настроения. Не хочешь поговорить о чём-нибудь другом, хотя бы ради разнообразия?
— Погода стоит чудесная, — сказала я. У меня не было большого опыта светских бесед на отвлечённые темы.
Я думала, Ринальдо расхохочется от неуклюжести моей попытки, но он остался совершенно серьезен и ответил мне тем же тоном:
— Говорят, к вечеру может пойти дождь.
— Когда мы были в этих местах прошлый раз, подобные тонкости нас не волновали, — заметила я.
— О да. Под землёй не бывает плохой погоды. Впрочем, как и хорошей. По-моему, в языке гномов вообще отсутствует слово «погода». Внизу достаточно своих проблем.
— Автомобили, например.
— Или гоблины, — сказал Ринальдо.
— Не надо о гоблинах, — попросила я. — Они мне не нравятся.
— Бедные гоблины, Карин их не любит, — вздохнул Ринальдо. — Наверное, никто так и не оплакал милашку Штуга и его приятеля Гмыка.
— Ты мне назло это делаешь, красавчик?
— А разве издевательства являются только твоей прерогативой?
— Я не знаю, что означает это слово, но мой ответ положительный, — сказала я.
Он потёрся своей коленкой о мою. Это было несложно мы ведь ехали почти вплотную.
При этом Ринальдо чуть-чуть покраснел.
Застенчивый мальчик. Мы с ним пытались заняться любовью каждую ночь, но у него так ничего и не получалось. Эта стерва Виктория напрочь отбила у него охоту к плотским утехам. Зря он не разрешил мне её убить.
Естественно, наше поведение невозможно было скрыть от наших спутников. Рыцари и Гарланд дипломатично молчали, но среди солдат и чародеев бродили смешки, которые смолкали при нашем с Ринальдо появлении.
Только Ринальдо — эльф. Он все слышал, хотя и делал вид, что это не так. Я тоже слышала и тоже делала вид. Мы оба вели себя, как последние идиоты. Наверное, это все-таки любовь.
Я не могу сказать, что меня сильно волновало чьё-то мнение. По крайней мере, ровно до тех пор, пока мы находились в походе.
В походе и на войне можно совершать любые глупости, лишь бы они не отражались на том, что творится у тебя дома. У меня дома вообще не было, поэтому если я и беспокоилась о чьей-то репутации, это была репутация Ринальдо, а не моя.
И в этом отношении большие неприятности мог доставить ему только Гарланд.
Я отловила эльфийского диверсанта, когда он по своему обыкновению пытался улизнуть на ночевку в лес. Сегодня днём мы оставили Серые горы позади и остановились на том же постоялом дворе, где нас когда-то настиг сэр Ралло и где Ринальдо спровоцировал трактирную драку, придумав финт с золотом.
— Поговорим, красавчик? — спросила я.
Гарланд пожал плечами.
— Если вам будет угодно, леди. — Слово «леди» он произнёс с легкой, едва заметной издевкой. Наверное, я это заслужила.
Мы отошли подальше от постоялого двора, чтобы нашей беседе никто не мог помешать.
— О чем вы хотели бы поговорить, леди? — Гарланд снял с плеча свой устрашающий лук, точную копию того, который я оставила себе в качестве трофея после победы над Лорасом.
— О Ринальдо. Что ты о нём думаешь, красавчик?
— Он — мой король.
— И это всё?
— Этого достаточно.
— А что ты думаешь обо мне?
— Я вас совсем не знаю, леди, — дипломатично ответил Гарланд. Наверное, он хотел сказать: «А кто ты такая, чтобы я вообще о тебе думал?»
— Тебя не возмущает, что мы с Ринальдо… ну, он твой король, и всё такое…
— А почему вы спрашиваете?
— Я не хочу, чтобы у него были из-за меня неприятности, когда он… вернётся на острова. — Можно ли вернуться туда, где ты никогда не был? Впрочем, Ринальдо всё-таки провел там некоторое время, находясь в утробе матери.
— Разве вы не собираетесь отправиться с ним? — удивился Гарланд.
— Я так не думаю.
— Вы кое-чего не понимаете, — сказал Гарланд. — Может быть, вы просто мало знаете об эльфах. Король — это человеческое слово, заимствованное эльфами из общего языка. В нашем древнем языке нет слова «король». Есть
— Боюсь, что я не совсем тебя поняла, красавчик, — сказала я.
— Король может заниматься любовью хоть с козами, и ему слова никто не скажет, — пояснил Гарланд. Ага, значит, теперь он назвал меня козой. Что ж, это лучше, чем грязь под сапогами. — Сейчас некоторые эльфы на Зелёных Островах говорят, что Оберон был слишком жесток, яростен и непредсказуем. Но пока Повелитель Молний подчинялся только ему, Оберона боготворили.
— Повелитель Молний так много для вас значит?
— Это не просто магический артефакт, которому можно найти замену, — сказал Гарланд. — Он был создан первым