Сергей Мусаниф – Цвет мира — серый (страница 39)

— Тхай-Кай — это другое государство, другие люди, другой уклад. Вряд ли ты сможешь построить здесь второй Тхай-Кай.

— Мне не нужен второй Тхай-Кай, — сказал Гаррис. — Фанги многое сделали неправильно, хотя в целом они мыслили в нужном направлении. Я тщательно проанализировал историю их правления и не собираюсь повторять чужих ошибок. Но как бы там ни было, будущее — не за маленькими королевствами, а за единой империей. И это понял не я один. Посмотри на Брекчию — они делают то же самое, что и я: они подминают всех под себя и выстраивают единое государство с единым законом.

— Они начали раньше, чем ты.

— Но преуспели меньше, — сказал Гаррис. — Кроме того, мне не нравятся методы, которые они используют. Эти люди совершенно не ценят человеческие жизни.

— А ты ценишь?

— Ценю. И твой сарказм сейчас неуместен. Никакую империю нельзя построить, не пролив крови, но вариант кардиналов неприятен мне тем, что и управлять уже завоеванным без крови они не могут.

— Ты считаешь, что без Империи вообще никак не обойтись?

— Может быть, когда-нибудь позже, — сказал Гаррис. — Но на этом этапе развития я других вариантов не вижу.

— Не может быть, чтобы не было других вариантов.

— Мне они в любом случае неизвестны, — сказал Гаррис. — Кроме того, нельзя забывать про Тхай-Кай. Старый, единый, могучий Тхай-Кай, которому очень скоро перестанет хватать жизненного пространства. Как ты думаешь, куда они могут прийти в его поисках?

— Нас разделяет океан.

— Да, так было тысячу лет, тысячу лет океан мешал нам вцепиться друг другу в глотки, — согласился Гаррис. — Но океан не может разделять нас вечно. У Тхай-Кая есть флот, и он быстро растет. У Брекчии есть флот. Прогресс не стоит на месте, корабли становятся все больше и быстрее. И нет никаких гарантий, что завтра кто-то не изобретет способ обойтись вообще без кораблей. Сто лет назад мы воевали без катапульт, а теперь сложно представить себе штурм города без этих махин. Сегодня изобрели порох. Завтра кто-нибудь совместит порох и катапульту и придумает нечто, что сможет перебрасывать снаряды и за океан, и мы сможем вдоволь повеселиться, перекидывая смерть с берега на берег.

— Я не могу себе такого представить.

— А я могу.

ГЛАВА 14

Продвигались мы очень медленно, и я стал опасаться, что к тому времени, когда мы попадем в Брекчию, там уже вовсю будет хозяйничать Гаррис.

Но двигаться быстрее у нас никак не получалось. На дорогах было слишком опасно для бродяг, поэтому приходилось продираться через чащу.

Еду добывал Ланс при помощи арбалета, потом мы свежевали тушки кроликов и жарили их на костре, который тоже разводил Ланс.

Ночи стояли холодные, костер помогал согреться после дневного перехода, однако ночью он уже не спасал. Мы спали, нацепив на себя всю одежду, которую Ланс прихватил с поля боя.

Ланс взял на себя большую часть ответственности за наш поход. Толку от меня было немного, и я подумал, что ситуация все больше и больше начинает напоминать одну из старых сказок, в которых герой никогда не остается один.

Как только сказочный герой попадает в неприятности и ему требуется совершить невозможное — сразить дракона, свергнуть тирана, освободить возлюбленную (нужное подчеркнуть), у него почти сразу же появляются помощники. Или могучий волшебник, готовый поддержать советом и заклинанием, или прекрасная амазонка, готовая подставить плечо в трудную минуту, или какое-нибудь доброе мифическое создание вроде единорога. А иногда и все вместе.

Верные спутники помогают герою преодолевать трудности, а некоторые трудности даже преодолевают за героя, сберегая его для финального испытания.

Они учат, советуют, помогают решать бытовые проблемы, к которым, как правило, главные герои сказок совершенно не приспособлены.

Ланс стал для меня именно таким помощником, с небольшой поправкой на то, что дело происходило в реальности, а не в сказке.

То ли мне снова нечеловечески повезло, то ли Гаррис чертовски верно угадал сюжет, по которому развивалась наша история.

Вторая мысль меня пугала.

Несколько неприятно иметь дело с человеком, который способен видеть будущее. Потому что я совершенно не способен представить, как такого человека можно переиграть, и можно ли его переиграть в принципе.

Если бы не Ланс и его невероятная история…

Стоп, Джейме.

Если бы не Ланс, ты бы сейчас был мертв. Дважды или трижды. Он очень вовремя попался на твоем пути, подозрительно быстро понял, что ты не просто бродяга, он помог тебе выжить в нескольких сложных ситуациях, довольно легко выудил из тебя информацию, которой ты до этого ни с кем не делился. Ты рассказал ему всю свою историю, ничего не утаивая, и он совсем не выглядел удивленным.

Более того, он предложил тебе отправиться в Тхай-Кай. Обещал свою помощь на этом пути и в общем-то оказывает эту помощь каждый день.

Еще он чародей, хотя неоднократно отрицал свою связь с магией. Но у него есть магический меч, который он при необходимости достает из воздуха.

А еще он рассказал какую-то невероятную историю про то, как он обзавелся этим мечом в другом мире.

Это все очень подозрительно.

Я уставился в широкую спину Ланса, шедшего впереди.

А что, если Гаррис не угадывает будущее, а создает его? При помощи Ланса, например. Если Ланс работает на Гарриса?

Гаррис убивает чародеев, но, может быть, он убивает не всех чародеев. Может быть, некоторых чародеев он использует в своих целях.

И…

Нет, глупо. Лансу нет никакого смысла вести меня в ловушку — он может расправиться со мной в любой момент, но до сих пор не сделал этого.

Снова глупо. У Гарриса тоже был момент, когда он легко мог со мной расправиться. И он тоже этого не сделал.

Возможно, Гаррис хочет, чтобы я совершил какое-то определенное деяние, и прислал ко мне Ланса, чтобы он подсказал мне, какое именно. Ланс подсказал мне идти в Тхай-Кай. Тхай-Кай — враг Гарриса. Будущий враг. Самый опасный из ныне существующих.

Какой Гаррису толк от того, что я попаду к его врагам? Какой Гаррису вообще может быть от меня толк?

Но ведь Ланс оказался в той камере, где мы познакомились, до меня. Если Гаррис может видеть будущее, он вполне мог…

Стоп.

Не стоит демонизировать врага. Рассуждая таким образом, опираясь лишь на догадки и домыслы, не имея на руках никакой информации, можно додуматься вообще до чего угодно.

Но достоверной информации о Гаррисе у меня нет, и взять ее негде. А уж о намерениях Гарриса вообще может знать только сам Гаррис.

И что же мне следует со всем этим делать?

Неправильно рассуждаешь, Джейме. Подумай лучше о том, что ты можешь сделать.

Ты можешь отказаться от помощи Ланса, например. Тогда тебе придется идти в Брекчию одному и самому искать способы переправиться через океан.

Один ты зашел довольно далеко, но смог бы ты дожить вот до этого момента, если бы был один? Не факт.

Вдвоем все-таки легче.

Как там Ланс говорил? Проблемы надо решать по мере их возникновения. Так что сначала надо попасть в Тхай-Кай, а потом уже думать, что делать дальше. То есть думать-то можно начинать уже прямо сейчас, а вот действовать пока не стоит.

Когда мы попали в Брекчию, Черного Урагана там еще не было.

Нам снова удалось обогнать армию Гарриса. Впрочем, это оказалось делом совсем несложным, ибо, как рассказали нам на первом же постоялом дворе, армия Гарриса последнюю неделю полностью прекратила свое продвижение к границам Брекчии.

Специалисты по военной стратегии, которые обнаруживаются в любом питейном заведении уже после второй кружки эля, объяснили нам, что Гаррис наращивает силы перед вторжением, потому что понимает, что война будет нелегкой.

Это звучало логично.

Официальная позиция Церкви Шести, с которой нас ознакомил священник, произносивший пламенную проповедь на площади небольшого городка, где мы оказались на третий день после пересечения границы Брекчии, гласила, что безбожник Гаррис и его солдаты таки убоялись силы Шести и собираются с мужеством, проводя свои языческие ритуалы и принося в жертву невинных людей, пытаясь призвать себе на помощь демонов из преисподней.

Это звучало нелогично.

Но люди верили и тому и другому.

Брекчия была в панике. Брекчия готовилась к войне.

Несмотря на то что имперская форма на нас истрепалась до полной неузнаваемости, Ланс предпочел сменить облачение, и мы совершили ночной налет на лавку, торговавшую готовой одеждой.

Сняв на ночлег номер в небольшой гостинице, мы с бывшим командиром наемников по очереди приняли ванну и переоделись, после чего стали похожи не на бродяг, только что вылезших из леса, а на вполне респектабельных, хотя и не очень обеспеченных граждан.

— Поскольку славный пример Каринтии до сих пор стоит у меня перед глазами, я думаю, что очень скоро церковники начнут насильно загонять людей в армию, — сказал Ланс. — Бродяг они станут хватать в первую очередь, но потом доберутся и до других слоев населения. Как всегда, первыми пострадают крестьяне и ремесленники, а после дойдет очередь и до других сословий. Что это означает применительно к нашей ситуации?

— Что?

— Применительно к нашей ситуации это означает, что дороги для нас станут небезопасны.