Сергей Мусаниф – Супермен должен умереть (страница 5)

Тот самый Безопасник, который был неофициальным номером один в рейтинге некстменов страны, тот самый, который если и не возглавлял управление Н, то стоял к его руководству так близко, что разница стиралась. Тот самый Безопасник, который считался одним из самых опасных людей планеты, но при этом толком о его способностях широкой публике никто не докладывал.

Он на самом деле служил в ФСБ до того, как получил свои, какие бы они ни были, способности, и после инициации не оставил службу, а принялся за нее с особым рвением. Собственно говоря, управление Н было его детищем, и оно никогда не стало бы таким, каково оно сейчас, без него.

А еще он был одним из тех странных некстменов, которые носят костюмы. Но не супергеройские костюмы, а деловые. То есть, чувак может одеваться вообще как угодно, одевается, как придурок.

Я не люблю костюмы и не люблю тех, кто носит костюмы. Костюм — это спортивная форма участников вечной гонки за баблом. Пусть на старте это костюм от фабрики "большевичка", а ближе к финишу — "бриони", суть от этого не меняется. Костюм делает тебя рядовым этой армии тактических менеджеров и эффективных управленцев. Ну, или у меня, может быть, просто никогда денег на приличный костюм не было.

У Безопасника, видать, денег было до хрена, ибо его одежка явно шилась в индивидуальном порядке и подгонялась под фигуру, учитывая также склонность пациента носить под одеждой оружие. Потому что пока он не расстегнул пиджак, кобуры под мышками были практически незаметны, и ткань в тех местах не топорщилась.

— Ну, здравствуй, — сказал Безопасник.

— Привет, — сказал я.

Руку для пожатия он мне не протянул. Да и не очень-то и хотелось.

Вообще, Безопасник выглядел довольно средне. Не в том смысле, что плохо, а просто средне. Рост, комплекция, возраст — все среднее, прическа обычная, лицо не особо запоминающееся, особых примет, как говорится, нету. Не походил он… ну я только что рассказывал, на кого.

— Удивлен? — спросил он.

— Есть немного, — признал я. — Я думал, стандартная процедура будет чуть более стандартной. Или это нормально, что ты вот так ко всем начинающим некстменам приходишь?

— Не ко всем, — подтвердил он.

— Тогда чем обязан приятностию визита?

— Я объясню, — пообещал он.

— Тогда ладно, — сказал я. — Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — он с несколько отстраненным выражением лица осмотрел кресло, в котором обычно сидел Славик, когда заходил поболтать. Вряд ли кресло Безопаснику очень понравилось, но трона для него я в своем кабинете не держал, так что ему пришлось довольствоваться обычном офисной мебелью. — Итак, ты подал свою заявку вчера.

— Угу, — я не стал отрицать очевидное.

— Меньше чем за сутки до этого ты стал свидетелем драки между двумя некстами, в ходе которой один из них приложил тебя своим скиллом.

— Не, скорее не в ходе, а после нее, но не думаю, что это важно.

— До этого у тебя никаких способностей не было.

— Истинно так.

— А сразу после ты получил именно тот скилл, которым использовали против тебя.

— Он, вроде как, самый распространенный.

— Один из, — подтвердил Безопасник. — Однако, скиллов великое множество, а ты получил телекинез.

— Э… ну, скиллы же так от одних людей к другим не передаются, — сказал я. — Так что это просто совпадение. Или передаются? Я чего-то не знаю?

— Да ты столько всего не знаешь, что мне хочется отправить тебя в Википедию, — сказал он. — Впрочем, Википедия тоже всего не знает.

— Так допиши, — предложил я.

— Слишком многое придется дописывать, — сказал он. — Скажи, как ты намерен поступить после регистрации?

— В смысле, примкну ли я к силам добра или же зла?

Он кивнул. Похоже, он на мои подколки вообще реагировать не собирался. Очень спокойный тип. Хотя супермен его уровня и должен быть хладнокровным. Вот зачем я пытался его подкалывать уже тогда, это вопрос. Наверное, он мне сразу не понравился, на каком-нибудь инстинктивном уровне.

— Говоря по правде, я собираюсь держать нейтралитет и смотреть на этот цирк со стороны, — сказал я.

— Почему?

— Почему цирк?

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, — сказал он. — Почему ты хочешь остаться в стороне?

— Мне нравится моя жизнь.

— Что там может нравится?

— Вау-вау, полегче, — сказал я. — Я, конечно, не футболист и не поп-звезда, но меня устраивает, как я живу. Я инженер…

— Ты — обычный технический консультант в мелкой "купи-продай" конторе, — так же спокойно сказал он. — У тебя съемное жилье, разбитая машина, нет страховки и никаких перспектив. Твой потолок — однушка за МКАДом в ипотеку, по которой ты расплатишься лет через двадцать. Двушка, если ты найдешь какую-нибудь дуру, она выйдет за тебя замуж и вы скинетесь. Работу свою ты возненавидишь лет через пять, но на приличное место тебя уже не возьмут, потому что утратишь квалификацию. Будешь пить пиво по вечерам, открывая бутылки скиллом, и сдохнешь лет в шестьдесят, мало кого при этом огорчив.

— Допустим, это так, — сказал я, уже понимая, зачем он сюда пришел. Но вот почему именно он? Он был пушкой, я — воробьем, однако он зачем-то вел по мне прицельный огонь. — Ну и чего в этом плохого? Исключая открывание бутылок скиллом, так живет куча людей.

— Серая масса, — сказал он.

— Какой-то ты неправильный супермен, — сказал я.

Капитан Харитонов намекал мне, что некстмены относятся к обычным людям как к… не совсем людям. Правда, он тогда всяческих злодеев имел в виду, но, судя по озвученному, легендарный Безопасник ушел от них не слишком далеко.

— Я тебе не нравлюсь, — сказал Безопасник. — Ты мне тоже не нравишься, и это нормально. Но есть кое-что, ради чего я готов преступить через свои симпатии и антипатии. Кое-что, ради чего я работаю. Кое-что…

— Кое что, ради чего ты просыпаешься каждое утро и идешь на эту гребаную работу, хотя ты и стар для всего этого дерьма, но кто-то же должен его разгребать, — закончил я за него. — Меньше пафоса, чувак, мы не на дебатах. Сейчас ты просто должен просветить меня на тему, что же это за "кое-что".

— Интересы страны.

— А, — сказал я. — Спасибо, просветил.

— Ты знаешь, что Китай призывает всех своих некстов на военную службу? — спросил он. — Независимо от скилла, возраста или пола. А если учесть, что нексты появляются у них с такой же периодичностью, как у нас, а населения на порядок больше, там их скоро будет целая дивизия. С кем, как ты думаешь, они собираются воевать? Чьи территории у них там под боком? Болезнь ведь не решила их проблемы перенаселения и нехватки ресурсов, а лишь отодвинула их лет на сто, если не меньше. А китайцы теперь научились смотреть в будущее.

— Это вот сейчас серьезно было? А ничего, что эту их дивизию, как только она перейдет к действиям, одним ядерным ударом накрыть можно? Нексты в геополитических вопросах ничего не решают. Там по-прежнему рулят танковые клинья и ковровые бомбардировки.

— А ты, значит, эксперт в геополитике?

— Тут и экспертом не надо быть.

— Тогда расскажи мне, как такая большая и могучая страна, как США, со всеми ее танками, авианосцами и ядерными бомбами, решила проблему Ветра Джихада.

— Никак, — согласился я. — Но Ветер Джихада — одиночка, на него ядерную бомбу тратить жалко. Да и попутный ущерб будет слишком велик.

— Он уже не одиночка, — сказал Безопасник. — Ветер Джихада удалился в пустыню и к нему со всех сторон стекаются радикальные исламисты. Как некстмены, так и просто фанатики.

— Значит, его проблему решат в ближайшее время.

Он показал мне четыре пальца.

— Столько раз они пытались решить его проблему. Флотский спецназ, зондеркоманда из ЦРУ, группа некстменов и смешанный рейд некстменов и вояк. Это я не считаю попытки достать его при помощи беспилотников. И когда я говорю о группе некстменов, имей в виду, там не бойскауты были. Американцы жаждут не правосудия, но мести, однако пока они ничего не добились.

— Они упорные, я в них верю. А к чему мы вообще это обсуждаем? В свете моих прорезавшихся способностей я должен отправиться в пустыню и прикончить Ветра Джихада при помощи скилла и чувства морального превосходства?

— Нет. Ветер Джихада пока не наша проблема.

— То есть, ты не исключаешь, что он может стать и нашей проблемой?

— Когда речь идет о национальной безопасности, я вообще ничего не исключаю, — сказал он. — Но пока его помыслы сосредоточены на другой войне.

— Тогда какого черта мы вообще о нем говорим?

— Я просто хочу показать тебе, что некстмены бывают разные, — сказал он. — Да, девяносто, если не больше, процентов некстов можно ликвидировать силами одного бойца спецназа, но бывают и исключения. Очень опасные исключения. Такие исключения, ради которых и существует управление Н.

— А Лигу Равновесия, часом, не вы спонсируете?

— Нет.

Надо будет знакомым конспирологам рассказать, это половину их теорий на корню зарежет. Конечно, они, скорее всего, скажут, что Безопасник соврал. И самое обидное в том, что он действительно мог соврать.