Сергей Мусаниф – Имперские войны (страница 54)

Правда, иногда он чувствовал себя подонком из-за того, что не испытывает вины.

– Иногда я думаю, что я проклят, – сообщил Юлий. – Люди вокруг меня мрут как мухи. Карсон, Дэрринджер, Стивенс, все наши партнеры по покеру на Сахаре. Краснов, Виктор, мои родители. Теперь вот Орлов.

– Поэтому ты и не отпускаешь меня от себя, – сказал Клозе. – Надеешься, что я буду следующим.

– Ты мой психоаналитик, – сказал Юлий. – Ты – то место в лесу, где я могу повыть на луну.

– Начал ощущать себя волком?

– Символ императорского дома – лев.

– Львы не воют на луну.

– Воют, если их достать.

Юлий посмотрел на часы.

– Я понял, – сказал Клозе. – Тебя зовут дела государственной важности.

– Что-то вроде того.

– Не буду отвлекать, – сказал Клозе.

– Займи себя чем-нибудь, – попросил Юлий. – Увидимся во время ужина.

– Договорились.

Юлий включил комм, едва Клозе взялся за дверную ручку.

В приемной императора Клозе нашел Пенелопу и присел на край ее стола.

– Он хотя бы спит? – спросил Клозе.

– Иногда.

– А ты?

– Чуть чаще.

– Виталий погиб, – сказал Клозе.

– Знаю.

– Я ничего не мог сделать.

– Знаю. Ты не виноват. Ты видел, как это произошло? Он умер быстро?

– Даже катапультироваться не успел, – соврал Клозе. Его ложь оказалась не слишком далекой от истины – Орлов умер быстро и без физических мучений, во сне. – Он был хорошим пилотом, Пенелопа. Очень хорошим. Настоящим. Я не знаю, что еще положено говорить в таких случаях.

– Не беспокойся за меня. Я свое уже отплакала.

– В такие моменты мне стыдно, что я раз за разом оказываюсь в числе живых.

– Не говори глупостей, Клозе. Ты – второй пилот Империи.

– Черта с два. Твой брат – второй.

– Мой брат теперь первый во всем.

– Это чисто номинально.

– Я донесу на тебя в УИБ за изменнические разговоры.

– Валяй. Я плюну Винсенту в левый глаз, а потом дам ему кулаком в правый. Ты забываешь, что я теперь не просто человек, а символ.

– На этот раз ты погостишь подольше, символ? Юлий даже вызвал твою девушку с Эдема.

– Очень мило с его стороны, если мотив его действий сходится с тем, что он декларирует вслух, – сказал Клозе. – Что же до всего остального, то я подумаю. Планеты угнетающе действуют на космических волков вроде меня.

– Волки – санитары космоса?

– Что-то вроде, – сказал Клозе. – Что-то вроде.

Клозе ждал шаттл Изабеллы на посадочной площадке. Конечно, посторонних туда обычно не пускали, но кто мог остановить живую легенду и символ?

Клозе не нравилось быть символом и живой легендой, поэтому он собирался вести себя таким образом, чтобы с него сняли бремя славы.

Шаттл приземлился, и Клозе почувствовал, что нервничает, как прыщавый юнец на втором свидании. Том самом, после которого обычно бывает секс.

Первым по трапу спустился высокий толстяк лет сорока. Вторым – молодой и стройный парень. Изабелла шла прямо за ним. Все трое носили форму со значками УИБ, и на их фоне полковник Клозе, одетый в гражданскую одежду, почувствовал себя безнадежно штатским.

Клозе встретил Изабеллу у трапа и сразу же заключил в свои объятия. Завистливые взгляды окружающих мужчин сверлили ему затылок.

– На этот раз я тебя чуть не похоронила, – призналась Изабелла.

– Ты потеряла веру в мои способности?

– Прости.

– Прощаю.

Он перехватил легкую сумку, положил руку Изабелле на талию, и они направились к флаеру с пропуском в Букингемский дворец на лобовом стекле.

– Сейчас я увижу знаменитого пилота Клозе в действии? – поинтересовалась Изабелла.

– Я в отпуске, а потому фигур высшего пилотажа не обещаю.

Во флаере был только один джойстик, и Клозе не хватало чего-нибудь для правой руки. Поэтому он положил руку на бедро Изабеллы и вдруг заметил, что оно дрожит.

Изабелла плакала молча. Слезы катились по ее лицу, но она не издавала ни малейшего звука.

Клозе не нравилось, что его женщина плачет.

– Мне не нравится, что ты плачешь, – сказал Клозе. – Поэтому одно из двух: или ты немедленно прекратишь, или я разобью флаер к чертовой матери. И учти, что на этот раз я не шучу.

– Извини.

– Если кто и должен рыдать, так это я, – сказал Клозе. – Я сгораю от стыда. Я потерял твой подарок.

Пакет с чулком Изабеллы он сунул в один из многочисленных карманов летного комбинезона перед самой атакой таргов. Он это точно помнил. Но на крейсере сувенира он уже не обнаружил. Наверное, вывалился из кармана еще в кокпите истребителя.

Клозе по этому поводу очень переживал.

– Ерунда, – сказала Изабелла. – Главное, что ты выбрался. А что до чулка… У меня есть второй, помнишь?!

– И ты до сих пор его не постирала?

– Я неряха, да? Но какой смысл стирать чулок, если он один?

– Верно, смысла никакого, – сказал Клозе. – Знаешь, а я тебя люблю. Я тебе говорил это раньше?

– Нет.

– Ну и дурак же я был.

– У тебя есть еще шанс исправиться. Я тоже тебя люблю, Клозе.

– Вот теперь я точно разобью флаер. От радости.