Сергей Мусаниф – Больше, чем физрук (страница 9)

– Мне нужен номер, – сказал он и достал из кармана кредитку.

– Боюсь, мы временно не принимаем банковские карты, – сказал портье.

– У меня с наличностью не очень хорошо.

– Я не уверен, что мы принимаем и наличность, – сказал портье.

– И что же делать?

– Давайте так, – сказал портье, скосив глаза на пистолеты, торчавшие из-под футболку Гарри. – Я пущу вас в свободный номер, а вы, если вдруг что случится, нам поможете.

– Вам – это кому? – уточнил Гарри.

– Персоналу отеля.

– А вы не думали о том. чтобы бросить тут все и пойти домой? – спросил Гарри.

– Все, кому было куда идти, уже ушли, – сказал портье.

– Надеюсь, работодатель оценит вашу лояльность, – сказал Гарри, взял ключ и пошел на улицу.

– А как же номер, мистер? – окликнул его портье.

– Я вернусь к вечеру.

– Может, и не вернетесь, – равнодушно сказал тот.

Гарри пожал плечами.

Как он и ожидал, аэропорт (ехать до него было всего ничего) осаждала толпа, состоящая как из туристов, желающих вернуться домой, так и из местных жителей, желающих убраться куда подальше. Внутрь их не пускала армия. До открытых столкновений дело пока не дошло, но обстановка выглядела весьма нервной.

Гарри объехал аэропорт по периметру, наметил точки проникновения и вернулся в отель. Лезть на аэродром днем было чистейшим безумием. По роду службы Гарри довольно часто совершал безумные поступки, но сейчас оно того явно не стоило.

Если портье и удивился его возвращению, то вида не поднял. Сверившись с биркой на ключе, Гарри поднялся в свой номер, разделся и пошел в душ, подозревая, что это может быть его последнее цивилизованное мытье за очень долгое время.

Потом он хлопнул бутылочку виски из минибара и завалился спать. Не то, чтобы ему очень хотелось, но для задуманного ночью нужно было быть максимально свежим и отдохнувшим.

Еще один чудесный план, которому не суждено было осуществиться.

Вечером в его дверь начали тарабанить. На пороге обнаружился еще более испуганный и уставший портье, который сообщил, что пришла пора отрабатывать проживание и выдал ему автомат. .

Плата оказалась достаточно высока. Уже через два часа после пробуждения Система предложила Гарри выбрать новый класс.

Жнец.

Гарри с негодованием отверг очередное предложение и заменил опустевший магазин.

Глава 4

— А что, если эта задача в принципе нерешаема? – спросил я, закидывая ноги на подоконник.

Виталик сидел в кресле, руки его порхали над невидимой миру клавиатурой, взгляд был затуманен, а на столике перед ним покоился его мега-дробовик, который прямо сейчас приобретал новые свойства.

Или не приобретал.

– В смысле, сука, нерешаема? — рассеянно спросил Виталик.

– Ну, вообще, — сказал я. — Допустим, проходим мы весь этот подземный километр, падаем до первого уровня, что печально, особенно для Соломона, а на выходе нас ждет не старая добрая рогатая жаба десятого уровня и даже не элитный боевой хомяк двенадцатого, а какой-нибудь внекатегорийный монстр. Или просто в небеса раскачанный. Или какой-нибудь тяжелый имперский шагоход с уровнем под девять тысяч. Твоим дробовиком ему только краску царапать.

— Этого не может быть, – сказал Виталик. — Потому что этого не может быть, сука, никогда.

– Еще не встречал более оптимистичного зомби, чем ты.

— Ты не понимаешь, Чапай, – сказал Виталик. — Все тут подчинено игровой логике, за соблюдением которой следят машины, а не люди. А машины всегда соблюдают алгоритмы, а не делают то, что их левая нога захочет. И если это, сука, данж, то он должен быть проходим. И если там есть, сука, босс, то он должен быть убиваем к хренам. Пусть и с минимальными шансами на успех, которые я тут сейчас и пытаюсь увеличить. По-другому это не работает.

– Но не слишком ли это рискованно с их стороны?

— Что именно?

– Оставлять дверь в свой родной мир в глубине данжа, который должен быть проходим.

— И в чем тут, сука, риск? – спросил Виталик. -- Прикинем наихудший для Архитекторов расклад. В данж входят, сука, шестеро. У всех у них железная воля и стальные эти самые, и они проходят до конца этого коридора, где благополучно и обнуляются. Допустим, на рогатой лягушке они теряют половину группы, что довольно оптимистично, но пусть будет, к хренам. Итак, у анс есть трое игроков первого уровня с ополовиненным здоровьем, которые находят дверь в мир Архитекторов, открывают ее, шагают за порог и тут же дохнут от ран, потому что регенерация на первом, сука, уровне, еще ни хрена толком не работает. Но допустим, что кто-нибудь все-таки не сдох и проник в мир Архитекторов. Поскольку он на первом уровне, и никаких системных примочек на нем больше нет, это, скорее всего, будет обычный среднестатистический человек с хреновой физикой и без каких-либо полевых навыков вообще. В течение пары секунд местная секьюрити возьмет его под белы рученьки и сопроводит, куда надо. Или придаст ему ускорение волшебным пенделем и выдворит обратно в игровые миры. Смекаешь?

– И на что мы тогда вообще рассчитываем? – поинтересовался я.

– Вот на эту самую пару, сука, секунд, – сказал Виталик. – Активировать маяк и молиться, чтобы хватило времени на пеленг.

– Зыбкий план, – сказал я.

– А что в этом мире не зыбкое? – философски спросил Виталик. – Мы исходим из того, что Архитекторам неизвестно о существовании супероружия, которое может стереть их планету с лица галактики к хренам. Что им неизвестно о системе наведения, которую мы собираемся использовать. Что они в принципе не ожидают такого подвоха из игровых миров. Потому что если они такого подвоха ожидают, то, скорее всего, испепелят любого, прошедшего через дверь и не имеющего отметки системы распознавания "свой-чужой" из боевых лазеров к хренам.

– Фиговый все-таки у нас план, – сказал я.

– Но лучший из того, что есть.

– Потому что ничего другого и нет.

– Вот именно, сука, – сказал Виталик. – А теперь умолкни, отрок, ты меня отвлекаешь.

Я умолк и принялся смотреть в окно.

А то и правда, отвлечется, какую-нибудь переменную не туда воткнет, и получит вместо дробовика ядерную бомбу, причем уже активированную.

Город? Какой город? Тут раньше какой-то город был?

Соломон отвалил куда-то по своим делам сразу после того, как мы наметили план действий. Мы с Виталиком вернулись в гостиницу, где он засел за работу, и где мне делать было совершенно нечего. Но идти качаться было уже не с руки, вторая половина дня, до вечера на скелетах и уровня не поднять, а вечером мы собирались свалить из города. План вообще предусматривал наше постоянное перемещение, чтобы врагам было труднее нас найти.

Я задумался, что обиднее, если меня убьют пришедшие за Виталиком модераторы или его прикончат явившиеся за мной эльфы. Было бы здорово, если бы оба отряда убийц прибыли за нами одновременно и поубивали бы друг друга, но о таком везении можно было только мечтать. В таком случае они скорее объединят свои усилия, чем направят оружие друг на друга.

В целом, все складывалось как-то невесело. Количество врагов не уменьшалось, а только росло, а союзников было всего двое, и оба мутные и себе на уме.

Одному четыреста с лишним лет, а другой вообще искин.

Каково вообще четыреста лет по данжам-то бегать? Удивительно, как у него крыша не едет. Я б на его месте уже триста пятьдесят лет бы сидел на лавочке у дома, ругал молодежь, забивал козла и троллил пенсионный фонд самим фактом своего существования.

Перспектива прожить следующие четыреста лет так, как я прожил последние два месяца, меня не прельщала абсолютно. Геройствовать можно один раз в жизни. Ну, два. Ну, три, если припрет. Но все равно надо делать какие-то перерывы, иначе в какой-то момент ты просто перестанешь понимать, чего ради ты вообще все это делаешь, и Система определит тебя в зомби и выдаст дробовик.

Все это время я бессмысленно пялился в окно, и тут вдруг за окном произошло такое, что я стал пялиться туда осмысленно.

По улице шел эльф.

– По улице идет эльф, – сообщил я Виталику.

– Насколько красны его ветви?

– Отсюда не видно.

Эльф шел спокойно и неторопливо, можно даже сказать, расслабленно. Словно ему было невдомек, что его тут не любят.

А его не любили.

Конечно, в него пока еще не швыряли комьями навоза, гнилой картошкой или камнями, и, к сожалению, не собирались линчевать, но взгляды на него бросали весьма неприязненные, а кое-кто из прохожих на другую сторону улицы переходил.

– Ушел? – поинтересовался Виталик.

– Нет.

Эльф остановился напротив гостиницы, на противоположной стороне улицы, и небрежно привалился спиной к стене небольшого семейного кафе. Похоже, что это не случайный эльф.