Сергей Москвин – Разрешение на штурм (страница 8)

Абу Умар молча снял с подлокотника своего кресла ониксовые четки и несколько раз щелкнул нанизанными на нитку камушками, лишь после этого поднял взгляд на застывшего перед ним в ожидании Шаха и произнес:

– Хорошо. Хамад тебя проводит. Пароль доступа ты знаешь.

Спустившись в подземный бункер, где накануне проходила его встреча с хозяином усадьбы, Шах отпустил секретаря Абу Умара и уселся за компьютер, связанный с сервером главной компьютерной базы данных «Аль-Кайды». Введя персональный пароль и дав возможность подключенной к компьютеру видеокамере просканировать радужную оболочку своего глаза, он получил доступ к святая святых организации, которым обладали лишь несколько высших руководителей «Аль-Кайды». База данных содержала сведения обо всей разветвленной сети «Аль-Кайды» и других связанных с нею радикальных исламских организаций, а также о спецслужбах ведущих мировых держав. Шах вошел в раздел «Спецслужбы Российской федерации» и, запустив программу контекстного поиска, ввел фамилию Егоров. Несколько минут ничего не происходило, лишь на системном блоке интенсивно пульсировал световой индикатор обращения к жесткому диску. Но затем на мониторе высветилось диалоговое окно, и Шах жадно впился глазами в выведенный на экран текст.

«Егоров Андрей Геннадьевич, предположительно, 1962 года рождения. В 1985 году лейтенантом в составе отряда особого назначения КГБ СССР прибыл в Афганистан. Назначен на должность командира разведвзвода. Принимал участие в боевых операциях советских оккупационных сил в окрестностях Кандагара, Газни и Урузгана. Участник штурма укрепрайона Тора-Бора. В период с 1985 по 1989 год подразделение Егорова совершило более десятка диверсионно-разведывательных рейдов в районы сосредоточения отрядов моджахедов. При этом спецназовцами КГБ было уничтожено несколько десятков моджахедов, включая трех полевых командиров, взорваны шесть замаскированных складов с оружием, полностью уничтожены два высокогорных лагеря подготовки бойцов-моджахедов. В 1986 году Егорову досрочно присвоено звание старшего лейтенанта. В 1987 г. он назначен на должность заместителя командира разведроты. В 1988 переведен в оперативный отдел отряда особого назначения КГБ СССР. Награжден двумя орденами Красной звезды, а также орденом прокремлевского правительства ДРА.

В 1988 г. военным меджлисом моджахедов старший лейтенант КГБ Егоров объявлен врагом воинов Аллаха и всех правоверных мусульман и приговорен к смерти. В результате тщательно спланированной операции, внедренному в Царандой тайному агенту, осуществляющему связь с командованием отряда особого назначения КГБ СССР, удалось в марте 1989 года направить разведгруппу Егорова в заранее подготовленную засаду. Однако подразделение Егорова вырвалось из засады с минимальными потерями. Организовав круговую оборону, Егоров под перекрестным огнем эвакуировал всех своих людей, включая убитых и раненых, на вызванном им по рации десантно-штурмовом вертолете».

Дочитав последний абзац до конца, Шах вздрогнул всем телом. Перед глазами, как кадры старой кинохроники, проносились картинки из его прошлой жизни. Той жизни, где он еще не был Шахом, а носил имя Салаутдин Агджа и служил офицером в службе безопасности Демократической Республики Афганистан, отвечающим за координацию действий Царандоя с отрядом особого назначения КГБ СССР. Во время четырехлетнего обучения в Высшей школе КГБ в самой Москве Агджа, помимо освоенного им русского языка, получил первоклассную оперативную и боевую подготовку. Командование размещенных в Афганистане советских войск и подразделений госбезопасности полностью доверяло ему. Никто из русских, направивших его на учебу в Советский Союз, даже не задумался, что молодой, смышленый сотрудник Царандоя в действительности – афганский моджахед. Благодаря его тайной деятельности планы множества операций советских войск стали известны моджахедам, а сотни, если не тысячи, презренных гяуров нашли в Афганистане свою смерть. Он не запоминал имен тех русских, которые угодили в организованные по его наводке засады и остались лежать холодными трупами на горных тропах и перевалах или оказались пленниками моджахедов, чтобы затем превратиться в такие же освежеванные или обезглавленные трупы. Но одно имя он все-таки запомнил – Андрей Егоров. Русский старлей прилетел на вертушке на базу с перебинтованной головой и двумя трупами своих людей. Не дожидаясь, когда его бойцы, среди которых, кстати, не было ни одного, кто бы не получил ранения, выгрузятся из вертолета, Егоров спрыгнул на бетонку и бросился разыскивать его. И нашел. Но на его счастье и к несчастью старлея, кроме самого Агджи, в штабной комнате находились еще несколько человек. Они и повисли на руках Егорова, когда он вытащил пистолет, собираясь его пристрелить. Тогда русский старлей стал орать, что Агджа предатель. Он еще упомянул имя своего погибшего друга – Павла Кислякова! Да, точно. Но в тот момент ему никто не поверил. Все сочли, что после ранения в голову и контузии старлей повредился рассудком. Зато, когда на следующий день Егоров все-таки доказал свою правоту, штабным офицерам оставалось только кусать себе локти, потому что Агджа еще ночью покинул расположение советской военной базы, перебравшись в один из отрядов Абу Умара. В том же году русские убрались из Афганистана. Вместе со всеми вернулся в Союз и Егоров. Превратившийся в Шаха Салаутдин Агджа постепенно забыл о русском офицере, едва не пристрелившем его на советской военной базе под Кандагаром в далеком 89-м году. Когда позвонивший из Москвы журналист назвал Шаху фамилию Егорова, его память осталась глуха. Но, прочитав с экрана компьютера информационную справку о российском офицере, он вспомнил и его горящие ненавистью глаза, и ствол направленного в лицо пистолета в его руке. Как же он жалел в тот момент, что угодивший в голову Егорова осколок гранаты не вышиб ему мозги. Скрывшись с военной базы русских, он решил, что их схватка закончилась. И, как оказалось, ошибся. Она лишь отложилась на пятнадцать лет.

Шах вновь обернулся к экрану компьютера: «Что ж, полковник Егоров. Тебе надо было стрелять тогда, в 89-м, когда у тебя была эта возможность. А теперь моя очередь».

9. Управление по борьбе с терроризмом ФСБ России, Москва

7 мая – четверг 18.30

Надев очки, начальник управления по борьбе с терроризмом, генерал Локтионов внимательно читал полученный от Егорова лист с заключением патологоанатомической экспертизы.

Управление по борьбе с терроризмом ФСБ РФ

Полковнику Егорову

Патологоанатомическая экспертиза тел академика Корчагина и членов его семьи завершена сегодня 7 мая 2004 года в 14.00. По интересующим вас вопросам установлено следующее:

1) Полученные академиком Корчагиным травмы: переломы двух ребер грудной клетки, правой ключицы и правой берцовой кости, вероятнее всего, произошли в результате автомобильной аварии. На теле имеются и другие следы, характерные для автокатастрофы: мелкие порезы и микроскопические осколки стекла, застрявшие в мягких тканях, подтверждающие данный вывод. Однако все вышеперечисленные травмы не могли вызвать летального исхода.

2) Смерть академика Корчагина наступила в результате остановки сердца, возникшей вследствие стремительно развившегося у него инфаркта миокарда.

3) На внутреннем локтевом сгибе левой руки Корчагина имеется отчетливая гематома, возникшая в результате сделанной ему незадолго до смерти внутривенной инъекции. Судя по наличию гематомы, инъекция сделана лицом, не имеющим достаточного опыта внутривенных уколов.

4) Некоторые косвенные признаки: расширенные зрачки и лопнувшие кровеносные сосуды из числа глазных капилляров указывают, что перед смертью академик Корчагин находился под действием фармакологического препарата, резко повысившего у него артериальное давление, что в сочетании с жарой могло вызвать у него инфаркт и привести к последующей остановке сердца.

5) Дочь Корчагина погибла в результате крученого разрыва шейных позвонков. Характер данной травмы не соответствует автомобильной аварии. Других повреждений, способных вызвать летальный исход на теле нет.

6) Смерть жены Корчагина и его десятилетнего внука наступила в результате однотипных переломов основания черепа, полученных при ударе тупым тяжелым предметом либо о данный предмет.

Старший эксперт-патологоанатом Вострецов Е.Г.

Эксперт-патологоанатом Садовников Н.И.

Дочитав документ до конца, Локтионов положил его на стол и поверх очков вопросительно взглянул на Егорова:

– Значит, автомобильная авария – инсценировка?

– Вне всякого сомнения, – твердо заявил генералу Егоров. – К тому же, я поинтересовался у экспертов: повышение артериального давления, как раз вызывают препараты, подавляющие волю, те самые «сыворотки правды»! Какая-то исламская разведка пыталась «выпотрошить» Корчагина, а когда он умер, не выдержав применения наркотика, похитители убили всю его семью и инсценировали автомобильную аварию, чтобы скрыть следы!

– Полагаешь, действовала спецслужба? – скептически спросил Локтионов.

– А кто?! – в запале воскликнул Егоров. – Во всех действиях похитителей ощущается профессиональный опыт! И вообще, организовать похищение семьи из четырех человек, а затем инсценировать автомобильную аварию под силу только государственной спецслужбе!