Сергей Милушкин – Послание из прошлого (страница 74)

— Колодец?

Кажется, это сработало. Витя услышал топот ног по полу, что-то ухнуло плашмя, затем послышались звуки возни и снова стук подошв. Лишь бы не узнал, лишь бы он меня не узнал, — вертелась в голове одна мысль.

Как только Шкет взял трубку и сказал: «Алло», Витя медленно, сиплым и исковерканным голосом повторил страшные слова, которые репетировал днем ранее.

Он не знал, что будет делать, если Шкет пошлет его куда подальше, но и сил повторять сказанное, а, тем более вслушиваться в ответ одноклассника у него не было.

Витя оторвал пылающую трубку от уха и бросил ее на рычаг телефона-автомата. Все его тело трясло и колотило, грудь словно свело судорогой и некоторое время он стоял, прислонившись спиной к холодному стеклу кабинки и глядя прямо перед собой на большие красные буквы из названия нотариальной конторы «НОТА…»

— Все, Шкет… хоть ты и сволочь, хоть и не друг ты мне совсем, но ты будешь жить. Даже если все это вранье. «Я сделал все что мог», — сказал Витя в полузабытьи, из которого его вывело негромкое постукивание по стеклу.

Он резко дернулся, ударившись локтем о железный корпус будки, неловко повернулся и увидел мужчину в синей спортивной шапочке с надписью «Динамо». На мгновение ему показалось, что это один из тех преследователей и по телу пробежал мощный электрический разряд. Мужчина что-то говорил, но Витя из-за стекла ничего не слышал.

— Молодой человека, вы просто стоите, можно мне позвонить? — услышал он мужской голос, когда протянул руку и открыл дверь.

— Да… конечно… — пролепетал Витя, озираясь, словно впервые видел тысячу раз исхоженный вдоль и поперек двор.

— У вас все хорошо? — спросил мужчина, поправляя шапку. — Может, двушку дать? — И он протянул к Вите раскрытую ладонь, на которой лежало несколько желтоватых монеток.

— Нет, нет… теперь уже все хорошо, — сказал быстро Витя. — Я надеюсь. Спасибо вам! — Он вышел из будки, и на негнущихся ногах, чувствуя на спине недоверчивый взгляд мужчины, пошел в сторону школы.

Сильный, устойчивый запах гари преследовал его до самого школьного забора, но он не смел оглянуться на дом, в котором проживала семья Шкета, — он думал, что если повернется и посмотрит вверх, туда, где находилась квартира на девятом этаже, то увидит языки пламени, вырывающиеся из разбитых окон и немой, полный укора взгляд одноклассника, стоящего за черной тлеющей шторой.

Глава 36

Время летело быстро. Он был уверен, что пропустил общий сбор на «Зарницу» и теперь автобус, заполненный галдящими, возбужденными, рассказывающими наперебой друг другу байки про субботние похождения одноклассниками несется по пустынному воскресному шоссе навстречу солнцу, к заветной воинской части. Но — без него.

— Так и есть, — чуть ли не сквозь слезы просипел Витя, глянув на пустынный школьный двор, в центре которого деловито расхаживали две черные с голубоватым отливом вороны.

«Вот стоило оно того?» — подумал он с нарастающей обидой, все же решив проверить и на крайний случай поздороваться с дворником. Конечно, пока он бегал домой, пока мама искала монетки, пока несся назад и набирал номер, ожидая снятия трубки… все это заняло целую вечность.

Под рябиновым деревом, еще почти зеленым, со свисающими гроздьями красной ягоды он заметил одноклассницу, которую вряд ли можно было с кем-то спутать (по огненно-рыжим волосам) и с некоторым облегчением подумал, что пропустил сборы, видимо, не он один.

Лиза Клюева, девочка-отличница, которая вообще никогда не опаздывала — перетаптывалась с ноги на ногу. Однако, она не выглядела расстроенной и своим поведением несколько его озадачила.

— Привет! — сказал Витя, силясь улыбнуться. — Тоже опоздала? Уехали без нас?

Лиза вздрогнула — она не услышала, как он подошел. Ее вытянувшееся, почти испуганное лицо выражало удивление и замешательство.

— Как это — уехали? — она даже не поздоровалась от неожиданности. — Как это — без нас?

Витя улыбнулся. Видеть Клюеву опоздавшей, да к тому же из-за этого немыслимого факта — ошарашенной, было немножко смешно. Он покровительственно склонил голову.

— Ничего, бывает.

— У кого — бывает? — снова вопросом на вопрос ответила Лиза и Витя понял, что сейчас она намекает на его опоздания к первому уроку в прошлом году. И хотя с сентября текущего года он еще ни разу не пришел после звонка, в прошлом таких случаев было целых три или четыре.

— Ну… э… — Витя повернулся и увидел идущего вразвалочку к школьным воротам Севу Шанцева, коренастого крепыша, стриженного под ежик. Его подвез отец на пыльном Москвиче зеленого цвета и тут же уехал, газанув, — словно это был не «Москвич», а гоночный болид. Под синей спортивной курткой у Севы виднелся неряшливо повязанный пионерский галстук, часть которого съехала набок и трепыхалась на ветру.

Витя покраснел и перевел взгляд на Лизу. Она стояла все там же где он ее и застал — под рябиновым деревом, храня горделивое спокойствие и всем своим видом показывая: ей все нипочем.

Витя сунул руку в карман куртки, затем нащупал штаны, но командирских часов, которые он искал, там не оказалось — в спешке он их забыл.

Еще через пять минут пришел бодрый и сияющий физрук Альберт Николаевич. За ним со стороны трамвайной остановки показалась и классная руководительница Галина Самуиловна, которая, разумеется, ехала вместе с ребятами — она же помогала рисовать стенгазету и даже отвела часть урока по русском изучению азбуки Морзе, что в конечном итоге вылилось в бесконечное перестукивание между партами.

Витя никогда не думал о том, сколько ей лет — в очках и в юбке, с большим куском мела в руках, она казалась человеком без возраста и пола. Но тут он увидел ее в красном спортивном костюме, который облегал стройную фигуру, пышные волосы, обычно стянутые в пучок, были распущены, а очки и вовсе отсутствовали — и открыл рот от изумления.

Альберт Николаевич, кажется, был поражен не меньше учеников. Он неловко суетился, громко смеялся, вспоминая какой-то вчерашний фильм, а когда классная подошла, вдруг смолк и густо покраснел.

— Здравствуйте, Альберт Николаевич! — сказала она мелодичным голосом. — Как думаете, возьмем мы сегодня первое место?

Физрук пошатнулся, поднял на нее глаза и снова покраснел. Пожалуй, в таком вызывающем, даже можно сказать, шокирующем костюме, он тоже видел ее впервые.

— Без вариантов… — медленно произнес он. — Здравствуйте, Галина Самуиловна.

Она засмеялась и кивнула, соглашаясь с ним.

— Ну как, все в сборе?

Витя с трудом отвел от нее взгляд.

В «Зарнице» участвовали все три шестых класса. Разумеется, «А» класс считался наиболее сильным и вечно конкурировал с «Б», ну а «В» звезд с неба не хватал — он был серым и бесцветным.

Витя следил за воротами, чтобы не пропустить появление Лены. За оградой уже припарковались и урчали два рейсовых «Икаруса», которые должны были доставить ребят к месту проведения соревнований.

Стендгазета на первом этаже школьного холла сообщала, что в этом году «Зарница» пройдет на базе воинской части № 22653, расположенной за городом. В ходе игры школьников проведут в казармы, покажут настоящее оружие, радиостанции, обучат пользоваться средствами индивидуальной защиты, сводят в тир, где они постреляют из мелкокалиберных винтовок. Потом состоится соревнование по спортивному ориентированию на реальной полосе препятствий и в довершение всего их покормят настоящей солдатской кашей.

Любопытство и восторг предстоящим событием, кажется, не оставил равнодушным даже дворника, который вышел поглазеть на уже довольно солидную группу школьников.

Витя смотрел на ворота, почти не отрываясь и в какой-то момент вдруг поймал себя на мысли, что ждет вовсе не Лену. Точнее, конечно, ждал он именно ее, и довольно трепетно, но все же не она вызывала в нем то волнение, которое теснило грудь и не давало вздохнуть с полной силой.

За двумя пыльными «Икарусами» дорога выходила на улицу, ведущую к дому Шкета. Когда очередной школьник возникал из-за угла девятиэтажки, Витя вздрагивал, поднимал взгляд и с ужасом смотрел на лицо опаздывающего.

Он чуть заметно крутил головой, как бы говоря — «нет, не он» и на мгновение успокаивался, пока не показывалась очередная фигура.

Прислушиваясь к разговору физрука и классной руководительницы, который с трудом был слышен из-за разноголосого гомона толпы, он пытался уловить — когда же последует команда занимать места.

И вот наконец, Альберт Николаевич зычным голосом спугнул двух ворон, которые с негодованием взгромоздились на ветви рябины:

— Ребята, по автобусам! Девочек пропускаем! Кравцов, остынь, успеешь! Пропусти Кислицыну! Марченко! Ты что, меня не слышишь? Я же сказал — девочек! Или ты — девочка⁈

Все три шестых класса звонко заржали и толстый, но наглый сын директора овощебазы нехотя отодвинулся от распахнувшейся двери автобуса. На его щеках заалел румянец нежнейшего розового цвета.

Витя увидел Леню Архангельского, который кивнул ему сверху вниз и тут же отвернулся, выискивая кого-то глазами.

«Понятно, кого ты ищешь, — подумал Витя с досадой. — Но мы еще посмотрим!»

Он стоял в самом конце очереди, змейкой, ползущей в двери первого автобуса, на лобовом стекле которого Витя успел заметить таинственную табличку «Заказной».

Естественно, передние сиденья тут же были заняты, и счастливые их обладательницы надменно взирали на копошащихся внизу товарищей.