Сергей Миллер – Порог выживания (страница 13)

– Держись за жилет двумя руками и не вздумай отпускать! Я поворачиваюсь – ты поворачиваешься! Играла в игру Я червяк, червяк, червяк?

– Чего?!

– Даже если упадешь – держись!

Она кивнула головой.

Я потянул дверь на себя и выскочил вместе с «хвостом» под холодные струи дождя.

Я ушел левее. Мертвяки на площадке даже не повернулись в нашу сторону. Нужно было бы их прикончить, но стрелять не хотелось, а протыкать им башки ножом – вдвойне.

Небесная канцелярия явно не жалела сегодня воды. Дождь заливал лицо, я сплевывал, тряс головой. На мне – хорошая непромокаемая куртка, а вот девушка – в коротеньком кожаном недоразумении. Я резко обернулся.

– Уи-и-и! – тихо взвизгнула Ася, и я почувствовал, как ее маленькие руки еще крепче вцепились в разгрузку.

Мимо античных колонн, через забитую машинами стоянку, к очередному зигзагообразному спуску. Я подошел к краю и глянул вниз. Все забито мертвяками. Они толпились на лестничном марше, не зная, что делать. А вот и стройплощадка, огороженная синим забором. Нужно только спуститься, пересечь улицу, и все. Кто же стрелял? Я попытался рассмотреть улицу. Несколько брошенных машин, пара мертвяков, никакой движухи.

Нужно шевелиться. Я присел на корточки, повернулся к девушке.

– Если останавливаемся – всегда смотри назад. Если что – кричи. Поняла?

Она кивнула. Я снова привстал. Сколько их тут? Двенадцать. Ладно, была не была. Я поднялся в полный рост, поймал в прицел голову ближайшего и нажал на спуск. Череп раскрылся, как капот, выбрасывая наружу кровавое месиво. А дальше – как в тире. Один за другим. Только один дернулся, но пуля догнала его у мусорных контейнеров.

Вперед! Я начал спускаться. Проход был завален телами. Я понимал, что все получили пулю в голову, но страх был почти осязаем. Казалось, стоит только поставить ногу, как один из них оживет и вцепится в икру.

– Я не пойду! Не пойду! – замотала головой Ася.

– Прыгай! – приказал я, приседая.

– Чего?

– На спину, говорю, прыгай!

Она с размаху запрыгнула, обвив меня ногами.

– Да не души ты меня так! За лямки держись! – выдохнул я, когда хватка ослабла.

Веса я почти не почувствовал. Шагнул вперед. Обливаясь потом, я пробирался сквозь трупы. Удивительно, но никто не бросился. Тот, у мусорных баков, был еще жив и пялился на нас своими бельмами. Я добрался до угла. Длинный, метров сорок, проход, и снова спуск. Вроде чисто.

– Хвост, слезай.

Девушка спрыгнула и снова пристроилась сзади. Мы повернули на последний пролет, ведущий на улицу, и я встал как вкопанный…

Метрах в двадцати стоял черный «Гелендваген». Двигатель работал, все двери настежь, левое колесо пробито. Вокруг него копошилось не меньше полусотни мертвяков, освещенных голубоватым ксеноном, отбрасывающим жуткие тени. При нашем появлении голов двадцать резко повернулись в нашу сторону. Несмотря на ливень, они нас почувствовали. Очко любого в такой момент превращается в игольное ушко.

– Назад! – я развернулся, схватил девушку за шкирку и, толкая ее впереди себя, побежал.

Арш-шшш-шшш… – забились в экстазе мертвожопые.

Ну почему, сука, так не везет! Я подскочил к углу. Никого. Задвинул Асю за него и развернулся.

Мертвяки падали, врезаясь в стену перед резким поворотом. Большинство вываливались в нужном направлении, подскакивали и, видя меня, бросались вперед. Я вложился в карабин и снова начал долбить. Грохот стоял дикий, гильзы рикошетили от стены.

Проход стремительно заваливало трупами. Я посмотрел за ограждение. Трое. Три выстрела. Влез на ограждение, зацепился ногой, отклонился влево.

Шшш-шшш… Дождевые капли зашипели на раскаленном стволе. Внизу копошилась толпа. Я открыл огонь, просто в массу. Оглянулся: у «Гелика» пятеро жрут два тела. Эх, сейчас бы гранату… Я снова посмотрел вниз. Штук двадцать еще боеспособных. Я начал выщелкивать их одного за другим. Те, кто замечал меня, кидались на стену, чем только упрощали задачу.

Чик-чик-чик… Щелчок. Кончились патроны. Я даже не заметил, как выпустил 75 пуль. Заменил магазин. Вся лестница и площадка были завалены телами.

– Иди сюда, – я махнул девушке. – Спустимся здесь.

Я осмотрел место приземления и отбросил эту идею – внизу шевелилось несколько недобитых.

– Давай, ползи вперед.

Мы спустились. Пятью выстрелами я испортил мертвякам застолье. Пасмурно, дождь. Откуда на окраине столько тварей? Я осторожно обошел джип. Резины на пробитом колесе не было – просто диск. Московский номер. Что-то блеснуло на асфальте. Пистолет! Я поднял с мокрого, залитого кровью асфальта СПС «Вектор». На затворе – надпись арабской вязью: «Алихан». Магазин пуст. Рядом – еще один. Гости с Кавказа, значит? Я собрал магазины, сунул в разгрузку. Заглушил двигатель, забрал ключ. У одного из обглоданных тел нашел метку и кобуру с подсумками. Срезал все ножом. Ася наблюдала с явным отвращением. Да и ладно. Привыкнет. У меня уже созрел план.

– Всё, пошли дальше.

Мы пересекли улицу. Вот и синий забор. Я достал навигатор. Завернули за угол – и вот она, машина Ильи, воткнувшаяся в ворота. Нагружена под завязку, на крыше – гора тюков метра в два. По двору бродил всего один мертвяк. Я спокойно прицелился. Выстрел. Еще один. В точку. В окне вагончика я увидел лицо Ильи.

– Зашибись! – я улыбнулся и пошел к бытовке.

Дверь открылась, вышел Илья. Грузный мужик с добродушным лицом, сейчас – искаженным переживаниями.

– Да все нормально, братан! Я же сказал, приеду.

Мы обнялись. Я был искренне рад. Вошли в полумрак вагончика. На скамье сидела жена Ильи, Света, обняв сына и механически гладя его по голове.

– Света, Игорь, это дядя Сергей, – неуклюже представил меня Илья. – А это…

– Это Ася, – ответил я за девушку. Ее колотило от холода и страха. – Есть сухая одежда?

– Есть, там, на машине.

Мы вышли, срезали один из тюков. Тяжелый, зараза. Еле втащили внутрь.

– Свет, поможешь девушке? – Света молча подошла.

– Илья, пойдем, выйдем.

На улице я повернулся к другу.

– Слушай, скажешь, что Ася – твоя племянница.

Илья округлил глаза:

– А она вообще кто?

– Она издалека, ей некуда идти. Племянница! Идет? А то Ольга меня убьет.

– Идет, – Илья пожал протянутую руку. – А у тебя с ней это… – он постучал указательными пальцами друг о друга.

– Илья! Ты что? Я с ней пару часов знаком! Скажи лучше, что у тебя в тюках?

– Да одежда в основном, техника всякая… пылесос…

– Что?! Илья, ты чё? У тебя машина пузом гребет, а ты пылесос с собой тащишь? Думаешь, у меня пылесоса нет?!

– Ну вот так, – он виновато развел руками.

– Продукты есть?

– Да, в салоне и в багажнике. Консервы, колбаса, хлеб.

– Это хорошо, – кивнул я. – План такой: мы с тобой идем к «Гелику», меняем колесо, подгоняем сюда, забираем минимум вещей – особенно продукты – и валим.

– Согласен!

– Девушки! – я постучал в дверь. – Можно?

– Да, – послышался голос Аси.

Я вошел. Ася сидела, закутавшись в две куртки Ильи.

– Значит так! Мы сейчас с Ильей за машиной. Вы сидите тихо, не высовываетесь, что бы ни случилось. Ясно?

Все закивали.