Сергей Миллер – Каменное сердце. Сердце Великой Руси (страница 9)

Олег включил правый поворот и остановился у бордюра.

– Ну и куда теперь? Тебе надо к врачу! – он развернулся к ней лицом.

Девушка открыла глаза.

– Во двор прямо. Код 251.Ключ под ковриком у тебя под ногами, – голос был настолько слаб, что Олег еле расслышал сказанное. – Врача не вызывай.

– Конечно, не буду! Сейчас мы придем к подпольному доктору, который живёт на подпольной квартире и латает мафиози за деньги, – пытался съиронизировать Олег, поднимая автомобильный коврик, а затем и ключ. Он заглушил двигатель и буквально за ноги вытащил её с заднего сиденья, залитого кровью. Но она, коснувшись ногами земли, немного отстранилась и попыталась идти сама. Олег подхватил её за талию и они, похожие на парочку, только что сошедшую с экранов какого-нибудь боевика, шатаясь, плелись по тротуару. Редкие люди, шедшие навстречу, делали безразличные лица или отводили глаза в сторону. На лифте поднялись на четвертый этаж. Олег просунул ключ в замочную скважину двери, которую указала ему эта непростая девушка. Заперев дверь изнутри, они оказались в полумраке прихожей. Олег повел её дальше, в открытую дверь справа он прошёл в комнату. Там напротив огромного телевизора стоял полосатый диван. Он уложил на него девушку, повернув на бок.

– Нужно, наверное, врача, – oн засомневался в том, что она выживет после оказанной им первой помощи. Все-таки огнестрельные ранения. Что делать – он не представлял.

– Возьми в шкафу на кухне аптечку… – Было видно, что ей становится хуже. Красивое лицо превратилось в меловую маску.

– Какая на фиг аптечка, – голос сорвался на крик. – Где телефон?

– Я тебя прошу! Пожалуйста! – изумруды глаз сверкнули яркой вспышкой.

– Тьфу ты! – в сердцах плюнул Олег. – Ты же умрёшь.

Он ринулся на кухню. В верхнем шкафу он нашёл аптечку и принёс в комнату. Девушка полу лежала на диване и пыталась снять с себя футболку. Окровавленная спортивная куртка уже валялась на полу.

Олег осторожно помог ей. Под футболкой не было ничего, кроме маленькой острой груди. С правой стороны под ключицей он увидел довольно большую рану, оставленную пулей, которая пробилa тело со спины насквозь. На правом боку также имелось сквозное ранение. Кровь при каждом движении тоненькими струйками вытекала из ран. Олег потрогал ключицу – вроде бы цела. «Что там ему известно про огнестрельные раны?»

Вытащил марлевую салфетку, промыл вокруг раны перекисью водорода, потом закрыл входное и выходное отверстие и туго перевязал бинтом. Рана на боку была поверхностной, Олегу пришлось после обработки раны наложить четыре шва. Хирургическая игла и нитки также находились в этой аптечке.

– Дай мне тубу из-под аспирина, – Олег протянул ей упаковку из под «Аспирина-Упса». Она наклонила тубу прямо в рот и вытряхнула содержимое на язык.

– Сделай укол. Найди оранжевый футляр, -простонала она.

Олег порылся в аптечке и выудил оттуда пластмассовый футляр оранжевого цвета. На нём не было никакой маркировки. Он открыл его и увидел три шприца и три маленьких ампулы. Каждая ампула была раскрашена своим цветом: белая, синяя, зелёная.

– Тут три ампулы! – Олег заметил, что она теряет сознание.

– Все по очереди… белая, ссии – голос притих. – В вену, – он еле расслышал, и она отключилась.

Олег вытащил первый шприц, закачал прозрачную жидкость из белой ампулы.

– Чёёёрт! Где тут у тебя вены, твою мать! – взвыл Олег, осматривая тоненькую ручку.

Он отложил шприц, перетянул руку жгутом повыше локтя и стал сгибать и разгибать её руку, потом потёр на сгибе локтя, постучал и распрямил. Вена была еле видна, Олег неумело, но настойчиво ввёл иглу, не попал. – Да нееууумею яяя!!! Скрипнул зубами от напряжения. В конце концов, он ввёл острую иглу в вену, жидкость внутри шприца окрасилась красным. Девушка перестала стонать, задышала ровно и спокойно. Олег вытер пот со лба и убрал пустые ампулы и шприц.

– Кто она? – голова раскалывалась от боли, заставляя Олег щурить глаза. Обработав все раны на туловище, он стащил с неё спортивные брюки. Девушка не пошевелилась. Рана на бедре выглядела не очень страшной. Олег наложил повязку, придерживая рукой безупречно стройную ножку.

Потом встал и распрямился, весь с ног до головы перепачканный в своей и чужой крови. Он напоминал графа Дракулу или какого-нибудь потрошителя, только что совершившего свое грязное дело с прекрасной девушкой. Она лежала почти обнаженная, если считать тоненькие ниточки и маленький кусочек чёрной ткани на бедрах- этим почти. Тело было гибкое, изящное, но при своей тонкости ни одна косточка не проступала под упругой кожей.

Олег вспомнил кого она ему напоминает. Лицом и телосложением она напоминала ему отечественную певицу которая выступала под псевдонимом «Глюкоза». Правда, эту самую «Глюкозу» он не имел чести лицезреть в столь пикантном виде, но в общем, похожа.

– Хватит глазеть! – сказал себе Олег и направился в ванную, по пути кряхтя, скидывая куртку прямо на пол.

Там он разбавил в пластмассовом тазу теплую воду, набрал полотенец и вернулся в комнату. Намочив одно из и них, он осторожно принялся вытирать с ровной бархатистой кожи уже свернувшуюся кровь. Через несколько минут пришлось прекратить процедуру, так как ему вдруг стало неловко и…

– Вот почти н-нормально, – сглотнул слюну Олег и отвёл взгляд. Он вытащил из комода мягкий плед и накрыл им девушку. Потом подложил под голову маленькую подушку.

Пора было заняться собой. Кровь запеклась, Олег, мыча сквозь зубы, снимал свитер и футболку. В зеркало он увидел длинную, глубокую царапину, пересекавшую правую половину спины. Как перевязать и обработать рану у себя на спине без посторонней помощи он не представлял. Обычно в американских боевиках нашпигованные пулями герои идут в душ. Но Олег решительно отмёл всплывшие из недр мозга воспоминания. А рана так- царапина.

Ограничился умыванием лица и окровавленных рук в прямом смысле. Настроив температуру воды, Олег перевел рычаг смесителя и смотрел как тёплая вода красноватым водоворотом кружила вокруг сточного отверстия.

Через пять минут Олег вышел из ванной комнаты. Девушка явно спала, подложив руки под голову. Он подошёл к лежащей на полу раскрытой аптечке. Наклонился и стал перебирать содержимое. На удивление он обнаружил упаковку цитрамона и подозрительно вскрыл одну таблетку. На вид обыкновенный цитрамон. Голова раскалывалась от боли.

– А-а, ладно! – мысленно махнул рукой Олег и, вытащив из бумажного плена еще одну такую же таблетку, направился на кухню, захватив с собой аптечку целиком. Бросив её на стол, он налил себе кружку воды из-под крана и отправил в рот две таблетки, после чего необильно запил отфильтрованной, но неприятной на вкус городской водой. Взгляд его привлек пластмассовый контейнер из-под аспирина. Он открыл его и наклонил вниз, на ладонь упала таблетка – по форме точная копия растворимого аспирина, если не считать, что эта таблетка была серебристого цвета. Понюхал. Лизнул. Металл металлом. На всякий случай завернув необычную таблетку в салфетку, положил её в карман.

– Если выживет девушка, можно будет как-нибудь испытать на себе, – улыбаясь и поражаясь своему цинизму подумал Олег. – К тому же времена вроде бы наступают нескучные.

Оранжевого футляра с ампулами он в аптечке не обнаружил. Видимо те, что он использовал, были последними.

Хотя на улице был день, Олег захотел принять горизонтальное положение. Слева по коридору обнаружилась небольшая уютная спальня. Он со вздохом завалился на кровать спиной вверх. Видимо нагрузка на мозг в это «чудесное» утро была столь велика, что Олег почти моментально отключился, провалившись в неспокойную черноту сна.

Очнулся когда за окнами было темно. Олег поднес к глазам светящийся циферблат «Ориента». Часы показывали половину третьего ночи. Он медленно поднялся с кровати, голова казалась тяжелее ведра камней, но боль отсутствовала, и это не могло не радовать. Включив светильник на стене в комнате, где лежала раненая девушка, Олег подошёл к диванчику. Она лежала в той же позе, держа руки под головой. Его бросило в жар, он дотронулся до её шеи, кожа была горячей, под пальцами билась артерия.

– Фу. Живая! – Олег смахнул со лба выступившие крупные капли пота.

Он прошёл на кухню, порыскал по полкам и холодильнику. Съестных припасов в этом доме, похоже, не водилось. Поставив чайник на газовую плиту, Олег сел на табуретку.

Ну и что дальше? Оставить её тут и, забыв все происшедшее, вернуться домой? Это можно сделать, но забудут ли его те люди, которые выпустили по нему ящик пуль, не моргнув глазом. Удостоверение, телефон отсутствовали. Видимо, они вытащили их вместе с цепочкой Незваного. Если его захотят убить, то вычислят в два счета. Пойти в милицию? В ФСБ? Ну, во-первых, он сам милиционер. А во-вторых, что он им скажет? Что в опечатанной квартире, куда он незаконно проник, оказалось двое верзил, избивших его до полусмерти, отобравших телефон и удостоверение? После чего его на крыше спасла хрупкая девушка, вырубив одного из верзил и устояв на ногах после двух попаданий девятимиллиметровых пуль? Или о том, как прибыв на конспиративную квартиру, он обработал и зашил её раны, а потом использовал неизвестный препарат в разноцветных ампулах? Вообще бред какой-то. С одной стороны, природная осторожность, а с другой- любопытство, останавливали его; хотелось все-таки разъяснить ситуацию. А это возможно только после того, как очнется Грамарина Наталья. В том, что это она лежала раненая в соседней комнате он уже не сомневался. Если все окажется серьезно, то эти ребята разыщут его и грохнут где-нибудь в подъезде… Куда уже серьёзней! Поэтому он твердо решил дождаться пробуждения девушки, а потом уже – по обстоятельствам – принимать решение о дальнейших действиях. Очень не хотелось бы оказаться в роли загоняемого зверя. Олег – весь в черных думах- забыл про чайник, который вдруг пронзительно засвистел, заставив его вздрогнуть от неожиданности.