Сергей Михайлов – Зорн (страница 16)
– Как же так? Как же так? – Из коридора в камеру вплыл кругленький пожилой мужчина. Световой потолок отражался в громадной блестящей лысине. Светло-бежевая туника живописными складками лежала на его фигуре, подчеркивая выпирающее брюшко. Круглый массивный нос, пухлые улыбающиеся губы, веселые морщинки вокруг глаз – от крепкого старичка так и веяло добродушием. Маленькие блестящие глазки лучились весельем. Только на миг они резанули ледяным оценивающим холодом, но тут же вновь потеплели. Алгала даже подумала, что это ей показалось.
– Почему всегда так получается? Стоит только отвернуться, тут обязательно натворят таких дел, что стыда не оберешься! – голос зазвучал совсем участливо. – Принцесса Алгала Аллювиель Блиц Голиеконе! Сама наследница великого императора! Здесь, на нашей забытой всеми планете! – казалось, от восторга толстячок сейчас запрыгает. – Кто посмел поселить великую гостью здесь, в этой келье? Это ведь только нам, бедным Верным монахам, пристало жить в таких условиях.
– С каких это пор гостей стали приглашать таким оригинальным образом? – голосом, от которого можно было замерзнуть, принцесса прервала восторженную тираду старичка.
– Так пригласи мы вас обычным способом, разве почтила бы нас, сирых слуг Совершенного, сама принцесса Алгатская?
Вошедшего нисколько не смутил тон наследницы.
– Дался вам этот титул! Вы зря погубили столько людей! Все прекрасно знают, что я не имею никакого влияния при дворе. Не настолько у нас близкое родство. Про принцип Империи – никогда не идти на поводу у преступников, вы тоже знаете. Так что и выкупать меня не будут. А вот флот, чтобы наказать виновных, обязательно пришлют!
– Ой, как же нам страшно, – засмеялся толстяк и резко оборвал смех. – Ну, а теперь серьезно, – в его голосе прорезались металлические нотки. – Меня зовут Маттиас, мастер Маттиас. Некоторые еще добавляют слово Великий. С этого момента и вы будете называть меня мастер Маттиас. И побольше почтительности.
– Может, для кого-то великий, – принцесса встала и гордо подняла голову. – А для меня фигляр и убийца!
– Эх, ну надо же – убийца! Ведь мы спасли тебя, девочка! Ты пока не понимаешь, для какой великой цели ты предназначена. Ты была рождена для этого! С твоей помощью весь мир упадет к ногам Совершенного! – глазки толстяка разгорались безумным огнем. – Мы, Верные, вернем этому миру его чистоту! И хочешь ты этого или нет, ты взойдешь на этот алтарь!
Вдруг он замолчал и прикрыл глаза. Маттиас стоял, наклонив голову, словно выслушивая кого-то.
«Сумасшедший! – подумала Алгала. Приступ страха сковал тело. Усилием воли она взяла себя в руки. – Что такое он хочет со мной сделать?»
Ни одним движением принцесса не показала, что она боится. Когда надо, Алгала Блиц Голиеконе могла быть высокомерной. Постояв минуту, Маттиас очнулся. Через мгновение это был прежний улыбчивый старичок.
– Принцесса, вам пора занять покои, подобающие вашему статусу.
Вечером Алгалу перевели из подземной тюрьмы наверх, в квартиру из нескольких комнат. Не так богато, как в родном поместье, но и не рядовая квартира. От спальни до столовой – все сияло чистотой. Вместо армейского рациона ей наконец подали настоящий обед. Молодой организм требовал свое, и она с неожиданной для себя жадностью набросилась на еду. Прислуживала все та же невзрачная молчаливая женщина. Теперь принцесса уже не пробовала заговорить с ней.
Она все больше склонялась к мысли, что её хотят на что-то или кого-то поменять. Глупо было бы ждать от императора, что он заплатит выкуп за родственницу, после стольких громогласных заявлений о том, что Империя никогда не поддастся шантажу. Как бы то ни было, Алгала твердо знала, что пока она при своей памяти, ни за что не покажет слабости перед похитителями. Не ронять ни перед кем своего достоинства – это с самого детства вошло в её кровь.
В комнатах не было окон. Ни одного головизора, ни даже простого стереоэкрана. Когда длинный, наполненный ожиданием и неизвестностью день закончился, она улеглась на красивую широкую кровать. Подозревая, что за ней наблюдают, Алгала не позволила себе расслабиться и всласть поплакать даже в кровати. Едва коснувшись подушки, она мгновенно провалилась в сон.
Яркий, невозможный сон снился ей. Она летела в космосе, все ускоряясь и ускоряясь. Ужасная боль за левым ухом неожиданно настигла её. Она проснулась, попыталась подняться и её вырвало.
– Почему никто за ней не следит?! – Сквозь вату слышала она.
– Если она умрет, где мы еще возьмем носителя такого чипа?
Алгала потеряла сознание.
Очнулась она уже в медицинском боксе. Первый, кого она увидела, был Маттиас. Он сочувственно хмурил лицо, но сквозь эту маску прорывалось радостное возбуждение. Он был чем-то очень доволен.
– Лежите, принцесса, – остановил он попытавшуюся встать Алгалу. – Вам надо срочно восстановить силы. Они вам еще понадобятся.
Начались дни, наполненные тоской, и ночи, наполненные страданиями. Она стала бояться засыпать. Даже днем, если она задремывала после бессонной ночи, кто-то начинал ломиться ей в голову. Вначале, пару раз, припадок настигал её во время бодрствования. Однако, не спящая, она быстро справилась с наваждением. Теперь все случалось только ночью, когда измученный организм не выдерживал и она засыпала.
Сначала Алгала решила, что отравилась, потом – что её подкосила какая-то болезнь. Лишь через пару дней до неё дошло, что это дело рук похитителей.
В углу, прямо на полу, лежало тело. Камера гораздо меньше, чем у принцессы, ровные гладкие стены, кругом бежевый цвет. Световой потолок заливал помещение стерильным неярким светом. Тело пошевелилось, перевернулось с боку на спину и, опершись на руки, приподнялось. Теперь стало видно, что это молодая женщина, скорее даже девушка. Блондинка, с короткой стрижкой. Покрутив головой по сторонам, она попыталась встать. С трудом, но ей это удалось. На лице, с правой стороны, была большая ссадина и синяк. Губы разбиты и распухли. Кожа на лбу рассечена. Засохшая кровь сцементировала волосы надо лбом. Парадная форма пехоты армии Империи, одетая на ней, была изорвана и в некоторых местах прожжена. Как только девушка встала, свет загорелся ярче. Двери зашелестели и открылись. В камеру вошли те же гости, что перед этим посетили Алгалу. Здесь добрый старичок надолго не задержался.
– Я вижу, ей уже лучше?
– Да, – ответила невысокая женщина. – Боевые имплантаты, и плюс мы вкололи ей регенерацию.
– Ну что ж, вот и кандидат для пробы. Подкормите её.
Уходя, Маттиас повернулся к маленькой тюремщице и скривил лицо:
– Вообще приведите её в порядок, помойте, переоденьте и обязательно проверьте, что там у неё еще, кроме боевых.
Женщина склонилась в молчаливом поклоне.
Джерези – ординарец полковника-принцессы, – во время посещения так ни слова и не сказала. Чувствовала она себя очень нехорошо. Слабость подкашивала ноги, хотелось опять на пол. Однако она заставила себя стоять и даже не покачиваться. И только когда все вышли, с облегчением привалилась к стене.
Когда её вызвали в штаб бригады и огорошили новым назначением, она постаралась отвертеться:
– Я боевой офицер. Какой из меня ординарец? Тем более принцесса! Что-нибудь ляпну, потом объясняйся в контрразведке.
Однако её слабые попытки пропали втуне.
– Рези, я все понимаю, кому охота подтирать сопли императорской родне, – беседа проходила один на один, и генерал Гворинс заговорил неофициально. – Но и ты пойми меня. Хоть мы и знаем, что за ней присматривает министерство, но не могу я дать в охрану наследнице зеленого лейтенанта. Тебя я столько раз видел в деле, поэтому доверяю как самому себе. Ну а по части повоевать, ты уже давно меня обошла, – подпустил лести Гворинс. – Кроме того, по моим данным принцесса совсем не маменькина дочка. И еще одно; я ведь не навсегда тебя к ней приставляю, так что можешь считать это просто небольшим отпуском.
Такую длинную речь от генерала Джерези выслушала впервые. Она понимала, что ему крайне не хочется, завершая карьеру, чем-то провиниться перед двором.
Генерала Гворинса уважали. Он был по-солдатски прямолинеен и несколько грубоват, но честен и никогда не прятался за спины подчиненных. Понятно, что она согласилась на перевод. Временно. Так командир роты десантной бригады спецназначения капитан Джерези Горман стала ординарцем принцессы Алгалы.
Горман криво улыбнулась разбитыми губами: «Какой насыщенный получился отпуск».
Дверь опять открылась.
Откинувшись на спинку кресла, Глемас смотрел на удалявшуюся капсулу. Несколько раз из её дюз вырвалось пламя, корректируя направление полета. Казалось, что она летит мимо планеты, но гронец знал, что тут проблем не будет, автоматика посадит капсулу именно туда, куда надо. Все проблемы начнутся там – на Зорне. Он слишком давно начал служить, чтобы думать, что все пойдет так, как они задумали в своем плане. Но делать нечего, дальше он никак не мог повлиять на ход событий. Теперь все зависит от землянина.
Глемас отбросил эти мысли. Сейчас надо составить такой доклад в министерство, чтобы там поняли всю важность происходящего здесь и правильно отреагировали. Как бы хорошо не пошли дела у Кротова, без вмешательства Империи тут все равно не справиться. Он вздохнул, отвернулся от экрана наружного обзора и уткнулся в клавиатуру.