Сергей Михайлов – Посольство (страница 50)

– Действуй, как решила. Это ты здесь все знаешь, а не я. Главное быстрей, а то вдруг охрана появится.

– Не появится. Ночью только Алиша гоняли, чтобы мучить зеленого демона.

Они прошли еще и подошли к двери, которая находилась с той же стороны, что и та, откуда они появились. Как и на остальных, на двери красовался кованый засов. Кротов отодвинул девушку и взялся за скобу. К его удивлению, засов сдвинулся легко. «Следят. Масла не жалеют».

Девушка быстро проскользнула мимо Сергея и направилась к камере, находившейся слева по короткому коридору. Она позвенела ключами, и цепь упала на пол. Решетчатая дверь распахнулась. Служка подбежала к телу, лежавшему на тюфяке, на полу, и упала на колени.

– Мама!

Кротов застыл. «Вот это поворот! А ведь промолчала, ни слова не сказала». Пока родственники заняты собой, он решил проверить, кто сидит по соседству. Прутья решеток уже сжимали чьи-то руки, но самих обитателей разглядеть было невозможно. Сергей направился к ближайшей камере, но услышал стук открывшейся двери в коридоре.

– Шевиза, молчите, – негромко крикнул он. – Кто-то идет.

Быстрыми неслышными шагами он подскочил к входу. Встал слева и взвесил цепь в руке. «Дверь узкая, много народу не вломится». Он затих, весь обратившись в слух. Судя по приближавшимся шагам, человек был один. Шевиза осторожно прикрыла дверь камеры. «Молодец, сообразила!» Шаги протопали мимо, но вдруг затихли. «Увидел открытый засов», – сообразил Сергей и напрягся. Дверь открылась, и оттуда послышался веселый голос:

– Алиш, садист ты проклятый, опять девку на глазах у матери мучаешь? Затрахал ты уже её…

Договорить не дал Кротов. Он выпустил цепь, поймал за руку шагнувшего в двери человека и, продернув вперед и на себя, сбил подсечкой. Толстый незнакомец даже не успел согнать улыбку с лица, как уже лежал на полу. Кротов запрыгнул ему на спину, обхватил рукой за шею и с силой потянул на себя. Человек захрипел. Для полноты ощущений Сергей выдернул из сапога нож охранника и надавил острием в шею так, что даже появилась капля крови.

Подбежала Шевиза. Следом за ней шла женщина. Кротов мельком взглянул на неё – разглядывать было некогда – и отметил, что это явно не простая поселянка. Одежда, а главное твердый властный взгляд, говорили об этом.

– Начальник караула Гарец, – сообщила Шевиза.

– Тащи его в мою камеру, – приказала женщина, словно и не была только что узницей. В голосе Кротову показалось что-то знакомое, но разбираться было некогда. Он наклонился к самому уху жертвы и прошипел:

– Дернешься или заорешь – и нож войдет в горло.

Не в силах ответить, толстяк только моргал выпученными глазами. Сергей встал и поймал Гареца за плечи. Одним движением вздернул его. Толстяк с шумом втянул воздух. Не давая прийти в себя, землянин потащил его к камере.

– Какое приятное зрелище, – раздался дребезжащий старческий голос из камеры напротив. – Тюремщик становится узником. Дайте мне плюнуть на него, а то я буду думать, что это мне снится.

– Потише, Трено, – на ходу посоветовала женщина. – Подожди минуту, мы тебя освободим.

– А стоит ли? – горестно ответил старик. – Бежать все равно некуда.

Кротов привалил толстяка к стенке.

– Ну, – грозно посмотрел он на тюремщика. – Очухался?

Тот закивал головой – до него только сейчас стало доходить, в какую переделку он попал.

– Как вы смогли?

Судя по виду Гареца, он никак не мог поверить в происходящее, поэтому вопросы были бестолковые.

– Зачем вы это сделали? Где Алиш?

– Издох твой Алиш! – зло ответила Шевиза.

– Туда ему и дорога, – нисколько не расстроился Гарец. – Надеюсь, в нижнем мире ему придется несладко.

«Ты смотри – даже тюремщики палача не любили. Значит, не зря я его приговорил». Женщина между тем опять приказала Кротову:

– Ты обыщи его и свяжи, – потом обратилась к дочери. – Шевиза, ты иди и открывай камеры. Посмотрим, кто тут у нас есть.

– Слушай, дамочка! – возмутился Сергей. – Ты мне не приказывай, что делать. Не забывай, это не ты меня освободила, а я тебя!

– Я помню, – усмехнулась женщина. – Просто времени нет на болтовню. Еще пару часов, и его пойдут искать, – она показала на начальника караула.

– Ладно, проехали, – примирительно подытожил Сергей.

– Руки вытяни и не дергайся, – приказал он толстяку. Быстро пробежался по карманам и снял с него ремень и перевязь с широкой саблей. На поясе к кожаной петле была прикреплено кольцо с ключами, еще в большем количестве, чем у первого тюремщика. Сергей снял и его.

В камере, тем временем, стал появляться народ. Кротов оглянулся. К нему подошел старик с длинными седыми космами и бородой. Трено – землянин узнал его по голосу, это он говорил из камеры напротив. Тот ткнул пальцем в жилетку Кротова.

– Похоже, это одежда палача? Так, значит, это вы его?

Сергей кивнул.

– Пришлось.

– Вы, молодец! – старик склонил голову в поклоне. – Как я мечтал сделать это!

Вокруг одобрительно зашумели.

– Кончайте галдеть! – прикрикнула женщина. – Встаньте все так, чтобы я могла разглядеть каждого.

– Леала как всегда командует, – дребезжаще хохотнул старик Трено. – Бедные греги, натерпелись же они от тебя. Сейчас, наверное, отдыхают.

– Ты мать Ташии?! – Сергей удивленно посмотрел на женщину. Точно, похожа. Но что-то не сходилось – никто никогда не вспоминал о наличии еще одной дочери – Шевизы.

– Ты знаешь Ташию? – радостно воскликнула Шевиза, но тут же сникла, что-то вспомнив.

Леала тоже удивленно посмотрела на Сергея, но спрашивать не стала.

– Нам надо освободить всех, – обратилась она к собравшимся. – Чем больше народу, тем больше вероятность, что кто-то вырвется.

– Леала, ведь ты всегда была здравомыслящей, – заговорил вдруг пришедший в себя Гарец. – Ты же понимаешь, что никуда вы не выйдете. Разойдитесь по камерам, и я договорюсь, чтобы наказали только этого чужака. Вы же знаете, Арсалган справедлив и, со временем, со всеми разберутся. Кто не виновен или отсидел свой срок – выйдет на свободу. А так – умрете все!

Голос тюремщика набирал силу. Заключенные замолчали и начали переглядываться. Сергей с разворота ударил правой по зубам Гареца. Зубы клацнули, голова откинулась, и тюремщик завалился.

– Молодец! – улыбнулась Леала. – Как я иногда жалею, что у меня кулаки не как у мужика.

– А ты – дурак, – обратилась она к отползшему к стене и вытиравшему кровь толстяку. – Мы все знаем, что здешней тюрьмой распоряжается экзарх, а не Арсалган. Так что мы вперед сдохнем, чем выйдем.

Сергей осмотрел узников. Из двенадцати человек только трое были похожи на воинов, но и они вряд ли могли составить конкуренцию закормленным охранникам. Узники были исхудавшими, с потухшими глазами. Исключение составляла Леала – несмотря на то, что она была в таком же физическом состоянии, что и остальные, она кипела энергией. «Не зря племя грегов уважают. С такой предводительницей они всех под себя подомнут». И еще старик Трено – этот тоже, несмотря на плачевный вид, постоянно шутил.

– Леала, – Кротов решил, что глупо будет пренебрегать опытом и умом женщины. – Командуй этими, я пойду впереди.

Через плечо он повесил саблю начальника караула, цепь зажал в правой руке.

– Так не пойдет! – Леала смело посмотрела на него. – Отдай цепь или саблю. Тебе хватит чего-нибудь одного. Сейчас, пока ночь, и никто, кроме Гареца, ходить не будет, надо освободить всех. Потом толпой пробираемся до ближайшего поста и пытаемся прорваться.

– Нет, мама, – раздался негромкий голос Шевизы. – Пока вы там будете рваться через решетку, охрана вызовет подмогу и всё – выйти уже не удастся. Пойду я с этим человеком, – она показала на Кротова. – Он самый крепкий. Меня они выпустят. Сергей будет ждать за углом. Как только я окажусь возле поста – появится он. Сергей даст мне нож. Я не дам охране закрыть двери. Потом мы пойдем вперед, открывая двери, а вы следом.

«Молодец девчонка! Это может сработать».

Леала внимательно посмотрела на дочь.

– Ты выросла, – со вздохом сказала она. – И ты права, твой план лучше.

– Что ты хотела? – старик Трено улыбался. – Это же твоя кровь.

– Все, действуем! – подвел итог Кротов и подал Шевизе нож. – Пошли.

Он понимал, что девушка идет почти на смерть. На посту охранник, скорей всего, не один, и неизвестно, успеет ли добежать Кротов до поста, прежде чем её убьют. Но ничего другого в голову не приходило. Сам-то он, вообще, хотел идти и просто умереть в драке с охраной. Теперь же был хоть какой-то план, и появилась небольшая надежда на спасение.

– Доченька, останься в живых, – голос Леалы дрогнул, она коротко обняла девушку и подтолкнула к Кротову. – Идите.

Потом повернулась к остальным.

– Все за мной, освободим оставшихся.

Шагая за девушкой по длинному главному коридору, Сергей спросил о том, что его тревожило:

– Почему вы уверены, что никто кроме Гареца, сейчас здесь не появится?

– Ночь. Охранники никогда не ходят ночью. Даже если будешь умирать и звать на помощь, никто не придет до утра. Ходит… ходил, – поправилась она, – только Алиш – у него приказ мучить зеленокожего, и Гарец, когда его дежурства. Он, чтобы не спать, ходит. Ну, и еще он любит смотреть, как Алиш насилует заключенных.