Сергей Михайлов – Академия (страница 53)

За время, потребовавшееся, чтобы удар зверя достиг цели, Кротов успел выдернуть свое «копье» и сделать еще два смертельных укола. Последний пришелся уже в грудную клетку животного. Хрустнули ломающиеся ребра. В последний момент землянин выкатился из-под рухнувшей туши. Игольник остался под зверем. Запрыгнув на дергающегося хрипящего маракагула, Кротов с силой воткнул перчатку броника в глаз зверя. Пальцы вошли почти полностью.

В этот момент вата, заложившая уши, начала исчезать. В воздухе продолжал звенеть своими звуками яркий солнечный день. Ранза, стоявшая по колено в воде, упиралась спиной в лодку, её обезумевшие глаза с ужасом смотрели на Сергея. Она молчала, но эти глаза говорили сами за себя. В них застыл страх. Кротов выдернул пальцы из глазницы и брезгливо сморщился. Краски, вернувшиеся в мир, расцветили ужасную картину: он весь был в крови и слизи, даже с волос стекало, заливая глаза. Он спрыгнул с туши и, не обращая внимания на последние судороги зверя, направился к Ранзе.

По мере того как он подходил к девушке, она пыталась отойти от него, но только напрасно перебирала ногами, упираясь спиной в борт лодки. Сергей с удивлением понял, что боится она его.

– Ранза, ты что? Успокойся, это я. Все кончилось.

Он наклонился к воде и начал торопливо смывать с себя кровь. Потом подошел к по-прежнему молчавшей Крик.

– Ну, все? – ласково спросил он. – Успокоилась?

Обняв девушку, Кротов привлек её к себе. Она сначала слабо сопротивлялась, но потом сама прижалась к нему. «Слава богу, – подумал Сергей, – оживает. Я бы, наверное, вообще обделался, если бы увидел такого зверя, нападающего на меня». Он пытался оправдать поведение Ранзы, при этом забывая, что он только что уже встретился с этим зверем.

Крик подняла голову.

– Сергей! Что это было? – голос уже не дрожал, она справилась с собой.

– Маракагул, я думаю. Ты должна лучше знать.

– Я не об этом. Я о тебе.

– Обо мне?! Что не так со мной?

Ему вдруг четко представилось, как выглядела эта схватка со стороны. «Черт, что я еще спрашиваю? Конечно, я действовал не как человек. Ранза – опытный боец». – Он лихорадочно начал искать правдоподобную ложь, чтобы объяснить свое поведение. Рассказывать правду Кротов не собирался даже ей. Он вспомнил «разоблачение» Рейнис, которое та выложила им в подвале станции.

– Ты про то, как я убил зверюгу?

– Человек не может пробить броню маракагула, – твердо сказала она. – Только одному животному это под силу – рахофтару.

Это точно, Кротов вспомнил острые и длинные, как кинжалы, фиолетовые когти «снежного человека», тот, пожалуй, и с этим хищником справился бы.

– Ранза, – начал он, подбирая нужные слова. – То, что я расскажу тебе сейчас, является стратегической тайной Империи.

При этих словах она отстранилась и встревоженно взглянула на него.

– Нет, нет! Я обычный человек, – понял её взгляд Сергей. – Но, когда я говорил, что не имею чипа, то обманывал. У меня новейший имплант, который…

Ранза не дала ему договорить.

– Не надо, не рассказывай!

Он даже не ожидал, что его ложь даст такой эффект: девушка расслабилась, заулыбалась, в глубине глаз опять загорелся знакомый огонек. «Вот, что значит привычное объяснение случившегося, – Кротов про себя усмехнулся, – все, она в нормальном мире».

– Сережа, прости меня, а то я уже всякое начала думать. Если это государственная тайна, не надо рассказывать. Я все и так поняла. – Её голос снова зазвучал теми красками, что и утром. – А ты знаешь, я догадывалась, – она заглянула ему в глаза. – Еще после первой драки в столовой. Ну, и потом много раз бывало. Дракон! Это хорошая штука, имперская армия станет просто непобедимой!

– Все, Ранза, давай забудем, – Кротову было стыдно, он не привык так нагло врать в глаза.

– Конечно, – горячо согласилась она. – Я больше ни слова не скажу. Пойдем, посмотрим зверя.

– Пойдем. Кстати, где твой игольник?

– Не знаю, – девушка покраснела. – Сергей, я растерялась. Когда ты ушел, я лежала, мечтала и совсем расслабилась. Я услышала, что что-то хрустнуло, но подумала, что это ты. А когда открыла глаза – там он. – Она кивнула в сторону маракагула. – Он, видимо, никогда не видел такую добычу, как я, и не сразу прыгнул. Не помню, как я очутилась в воде. Наверное, хотела спрятаться в лодке. Вот такой я спецназовец…

Она обреченно опустила голову. Сергей не видел ничего предосудительного в её поведении.

– Молодец! – поддержал он девушку. – Правильно среагировала. Пока возилась бы с оружием, могла опоздать.

Крик с удивлением и благодарностью посмотрела на него и попыталась возразить:

– Я же испугалась.

– Ты же воевала, – перебил Сергей. – Был хоть один день на войне, когда солдат не боится? Вспомни. Иногда так страшно, что готов в штаны наложить. Ведь так?

Ранза совсем расслабилась и заулыбалась.

– Спасибо тебе! – Она сжала его руку.

Зверь коричневой глыбой лежал на траве в луже собственной крови, которая уже начала подсыхать по краям. Глянец шкуры потускнел. Даже мертвый маракагул выглядел внушительно. Да, Тарантос насчет хищников Землю обскакал. Что рахофтар, что этот монстр с любым нашим царем зверей справится играючи. Кротов с трудом выдернул торчавший из-под туши игольник. Только сейчас он разглядел обломанные шелушащиеся когти. Зубов в пасти тоже не хватало. Те же, что были, тоже частенько были сколоты. Вот оно что!

– Ранза, посмотри. Мне кажется, зверь очень старый.

Девушка рассматривала что-то на лапе.

– Да, ты прав. Он еще и раненый. Поэтому один, без пары. И поэтому выбрал в жертву человека. Видно, зверя уже не мог добыть.

Об отдыхе на красивом мысу больше нечего было и думать. Соседство рядом с мертвым животным совсем не прельщало. Но надо было забирать добычу Кротова, оставленную в лесу. Ранза вызвалась сходить с ним. Сергей хотел, чтобы она следила за лодкой, но, взглянув в просящие глаза девушки, согласился.

До места, где он убил зверя, добрались без происшествий, хотя оба были на взводе – после схватки с маракагулом, казалось, лес теперь полон опасных хищников. Зверь оказался некрупным, чуть больше земной собаки. Даже давнее отсутствие охотничьей практики не повлияло на выстрел Сергея. Не видя животное полностью, лишь чутьем, на слух определив его размеры, он все равно попал туда, куда целился бы и при лучшем раскладе – по передним лопаткам. Теперь эта часть тела отсутствовала.

– Игольник – не охотничье оружие, – виновато развел руками Кротов. – Хорошо хоть на части не разорвало.

– Прекрати, отличный выстрел, – не согласилась Ранза. Впрочем, похвалы в её голосе не было. С таким имплантом, как у него, для неё само собой разумелось, что он отлично стреляет. Сергею стало немного обидно, но он быстро пристыдил себя, мол, ты что, совсем пацан, не похвалили его…

– Этот зверь съедобен?

– Еще как! Вот про кено я тебе это точно говорю – жаркое из него до сих пор подают в дорогих ресторанах.

– Кено? – переспросил землянин. – Пусть будет кено, главное – чтобы вкусный.

Кротов быстро освежевал и разделал тушку. Вырезал лучшие куски и сложил на вырезанный кусок шкуры, завернул и сверток обмотал паутиной.

– Остальное местным зверушкам, подарок от меня.

Когда подходили, первые добравшиеся до тушки мелкие животные с недовольным писком рассыпались в траву. Он не сомневался, что как только они уйдут, зверьки тут же вернутся.

На мысе Сергей предложил приготовить мясо, а поесть уже в лодке. Ранза согласилась.

Они развалились в своих креслах и молча созерцали открывавшуюся картину: река несла их мимо становящихся все более живописными берегов; лес набрал ярких красок и на глазах превращался из «тайги» во влажные лиственные заросли; солнце на чистом, без единого облачка, небе светило совсем не по-зимнему и даже, по меркам Кротова, не по-весеннему. Было уже просто жарко. «Вот дела, – лениво думал он, – несколько дней назад я боялся, что замерзну на хрен, а сейчас думаю, как бы от жары спрятаться. Благословенная планета». Кротов даже в какой-то мере понял участников «Сопротивления». Ведь на всю эту красоту ни местному населению, никому другому любоваться нельзя – большинство территорий Тарантоса – запретные зоны, только для военных.

– Где будем ночевать? В лодке или, может, на берегу устроимся?

Ранза подумала.

– Нет, давай все-таки в лодке, только остановимся где-нибудь на отмели. Надоело каждую ночь болтаться.

– Хорошо. Так и сделаем.

Ночью, устав от любовных игр, они оба одновременно заснули. Кротову снился полет: он сидел в кресле капсулы, держа в руках игольник, а в ушах стоял рев двигателей. «Интересно, почему я не надел шлем», – подумал он. Тут он проснулся. Рядом крутила головой Ранза.

– Ты слышишь?

Гул двигателей атмосферника становился все тише. Они вскочили. Яркая точка, в которую превратилось пламя дюз катера, удалялась в ночном небе.

– У них что, ни одна камера не работает?! Почему они нас не заметили?

– Тише, тише, Ранза, – Сергей обнял голые плечи девушки. – Они не ищут нас. Катер выполняет какую-то другую задачу.

Однако Ранза успокоилась не сразу.

– Если бы не спали, могли бы подать знак.

Кротов засмеялся.

– Если бы да кабы во рту росли грибы…

Крик вскинула на него удивленные глаза.

– Что с тобой? Про что это ты?