Сергей Мельников – Ковчег «Гроот Зимбабве». Цикл «Новая Родезия» (страница 5)

Они очутились внизу, и только скинули рюкзаки, рванули на перегонки к ковчегу, будто и не было утомительного перехода через заваленного камнями Голиафа.

Вблизи размеры «Великой Птицы Зимбабве» потрясали. Грут с Винком вскарабкались на лежащий пандус. Его рифлёный верхний край доходил им до подбородка. Крадучись, подошли к уходящей в воду нижней палубе.

– Представить себе не могу, что такую громадину построили люди, Обычные люди, как ты и я… – Прошептал Винк, озираясь.

– Чего ты шепчешь, балбес, тут никого нет, – таким же шёпотом ответил Винк. Вдруг приложил руки рупором и закричал:

– Эге-гей! Есть тут кто живой?

Его голос, множась эхом, заметался в темноте. Винк вжал голову в плечи:

– Чёрт! – он сразу устыдился своего испуга и спросил: – Это ж сколько тут метров в глубину?

– Около четырёхсот, – ответил Грут, – 80 в ширину и 20 в высоту. На нижней палубе были грузы, на верхней – колонисты. На каждого человека – примерно по 2 квадратных метра. Зажигай фонарь, посмотрим, что наверху.

Они запалили фитили «летучих мышей”, вскарабкались по порыжевшей лестнице на верхнюю палубу. Вся она была сварена из извилистых стальных лент. В промежутках между ними посверкивала в лучах утреннего солнца вода, затопившая грузовой отсек. Под ногами валялись синие пластмассовые хомуты, прикреплённые тросами к палубе. Винку не надо было спрашивать, что это. ¹⁹

– Подумать только, в такой же штуке наши родители прилетели на Новую Родезию. – потрясённо сказал он. В свете фонаря Винк заметил светлое пятно впереди, кинулся к нему.

– Смотри! – сунул он свою находку Груту.

Грут покрутил в руках прозрачный толстый пакет, разделённый на две неравных части. Одну сторону покрывали остатки широкой синей ленты. Из пакета выходили две трубки, сливающиеся в одну, на конце – длинная стальная игла. Он кивнул:

– Это я знаю. В таких пакетах были лекарства. Каждому колонисту приматывали такую штуку к руке вот этой синей дрянью, а иглу втыкали в вену. Из-за этих лекарств наши предки весь полёт проспали, и проснулись уже тут, на орбите.

Он пришлёпнул к плечу пакет, высунул язык на бок. Скошенные глаза упёрлись в кончик носа. Для усиления эффекта он покачался, будто и впрямь висел сейчас в мутной жидкости вместе с другими колонистами.

– Ну ты и придурок, – хохотнул Винк. И добавил, сразу погрустнев: – Проснулись не все…

– Да, – кивнул серьёзно Грут, – эти не проснулись…

Винк вздохнул. Тела погибших то ли болтались до сих пор на орбите, то ли сгорели, сойдя с неё. В любом случае, ни у кого из них нет ни креста с именем на могиле, ни упокоения.

Грут аккуратно свернул капельницу и сунул в наколенный карман:

– Подарю толстой Магде, чтоб не сильно на меня злилась из-за Чана, ей пригодится. Будет колоть твой зад и думать: ну какой же хороший и заботливый мальчик, этот Грут. У неё такие иглы, небось, кончились давно.

– Ага, вот твой тощий зад она и истыкает, будешь Грут-жопа-как-дуршлаг. – парировал Винк.

Он шёл вдоль стены по наклонному полу, пальцы ощупывали стыки больших квадратных панелей. Он постучал по одной из них, прислушался, по другой.

– Пустота… – Пробормотал он. Повернулся к выходу, крикнул: – Слышь, жопа-как-дуршлаг, тут пустота. Давай панель отковыряем!

Грут подошёл, достал какую-то железку.

– Сам ты жопа, – сказал он снисходительно, – не надо ничего ковырять. – Он приподнял фонарь, показал две дырки по краям: – Это – замки. Прижми панель руками, чтоб не отвалилась.

Грут достал какую-то железку, провернул в одной дырке, в другой. Стена под руками Винка шевельнулась. Грут встал рядом с другом, вдвоём они наклонили панель и опустили на палубу. За ней было пустое пространство в полметра глубиной. Винк с фонарём в руке перегнулся, посмотрел в обе стороны. Пахло чем-то резким и неприятным, вроде горелой резины. Он сморщился, чихнул, махнул Груту:

– Давай ещё одну панель снимем. Вот эту!

Винк ткнул пальцем в соседнюю. Они быстро отщёлкнули замки, опустили ещё один квадрат на палубу. На этот раз в промежутке между панелями справа виднелась полоса черного металла. Грут сунул голову в дыру, внимательно осмотрел плиту. Его конопатый нос сморщился от резкого запаха. Он поскрёб край лезвием перочинного ножа и озадаченно хмыкнул. Повернулся к другу:

– У этой штуки толщина сантиметров сорок. И, кажется, я знаю, что это… Наружная обшивка ковчега сделана из такого же металла. Эти плиты нужны, чтобы заделывать дыры в корпусе.

– Это ж сколько человек нужно, чтобы её поднять… – озадачено протянул Винк.

– В скафандре – один. – Ответил Грут. – Человек в скафандре становится очень сильным. Там встроены такие механизмы, которые работают вместо человека.

– Круто, – размечтался Винк, – пошлёт матушка дрова рубить. А ты надел скафандр… Сам отдыхаешь, а он за тебя дрова рубит… Хоп-хоп…

– Руками-то всё равно тебе махать придётся, – рассмеялся Грут. – Слушай, давай стены простучим. Может ещё где есть пустые места. Я ту, ты эту.

Они прошлись по панелям и обнаружили ещё одну пустоту. В незатопленной части не хватало двух плит.

– Вот тебе ещё одна странность, Винк. В корпусе дыра одна была. А плит не хватает двух.

– А что тут странного? – Возразил он. – Может, тот, кто заделывал дыру от ракеты, одну плиту не удержал, пришлось идти за второй. А может тут ещё кучи не хватает. Вон, на нижней палубе, например.

– Может, – легко согласился Грут, – но шлюзовая камера одна, вон там, – он протянул руку вперёд, где маслянисто поблескивала вода. Из неё торчал цилиндр из тусклых труб с лестницей внутри.

– Между теми трубами – трап к шлюзу на птичку, – Грут ткнул пальцем в потолок, – она такая же, как «Морестер», на котором ван Ситтарт и деТой полетели к этому ковчегу. Там, на крыше, ты её видел. А ещё дальше большая шлюзовая камера, через которую можно было выйти в открытый космос.

Винк восхищённо вздохнул:

– Как «Морестер»… Я сейчас, – и быстро вскарабкался по лестнице под потолок, крикнул оттуда:

– Тут люк! – Покряхтел минуту: – не открывается!

– Я знаю, – ответил Грут, – там ключ нужен, он только у капитана. Слезай, пошли сауну ставить.

Весь день до вечера, безо всяких экзоскелетов мальчишки рубили берёзы, пилили из них чурбачки одной длины и складывали в аккуратную поленницу. Экзоскелет скафандра… Они и слов таких не знали. Небольшую складную печку обложили со всех сторон каменной кладкой. Промежутки между большими камнями закладывали голышами из ручьёв. Сил не жалели. От того, насколько хорошо получится раскочегарить самодельную сауну зависел успех всего похода, а может и жизнь одного из них… Винк все время думал об этом.

Чуть в сторону по берегу Собачьей Лужи он заметил рощицу ив. Это дерево практически не горело, оно не имело ствола: просто пучок упругих крепких веток торчал из земли. Длинные концы их изгибаясь, касались воды. Винк с Грутом напилили большую охапку гибких ивовых стеблей и соорудили вокруг печи каркас будущего шалаша. Осталось только обернуть всё это сооружение кошмой, фольгированной с одной стороны, и можно разжигать огонь. Но это уже завтра.

Смеркалось, вода наливалась чернильной синевой, все равно ничего не разглядишь. Перекусили по-быстрому и завалились спать.

– Жаль, не бывает таких фонариков, чтоб горели под водой… – Думал Грут, засыпая. – Интересно, а на старой Земле были? Наверное, были…

На старой Земле много чего было, только её самой больше нет…

***

Только крыша засветилась слабо оранжевым, Грут открыл глаза. Винка не было. Уходя, он аккуратно застегнул палатку на все пуговицы. Сохранил другу немного теплого воздуха, пропитанного запахами брезента, сонного дыхания и несвежих носков. Грут развернул спальник, сел. От зевка чуть не вывихнул челюсть.

Ему пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы высунуть голову наружу. Прохладный ветер сразу расшевелил волосы, запустил холодную руку за шиворот. Грут поёжился. Под водой в озере будет ещё холоднее.

Ему совсем не хотелось сигать в студёную воду, он же не из этих… Которым нравится делать себе больно… Вспомнил, флагелланты. Среди африканеров таких фанатиков не было, Фадер Корнелис рассказывал о них на истории религий. ²⁰

Вот он, Грут, не флагеллант, чтобы с удовольствием морозить зад. Просто он не успокоится, пока не узнает, куда делся старший Чан и скафандр с «Гроот Зимбабве». И что-то ему подсказывало, что найдёт он их в одном месте.

***

Пока он спал, Винк натянул кошму на ивовый каркас, разжёг печь. Грут увидел, как откинулся полог, и его непривычно угрюмый друг вылез за новой порцией дров.

– Займись завтраком, – крикнул он Груту, укладывая поленья на сгиб руки.

Нагрёб целую гору и скрылся внутри.

Позже они сидели друг напротив друга. Костёр весело потрескивал между ними. В утреннюю кашу Грут сыпанул две пригоршни ледяных ягод, их было полно вокруг. Они ели молча, потом Винк доскрёб банку и ткнул ложкой в сторону друга:

– Я тебе помогу, но это не значит, что твоя идея мне нравится. – Сказал он серьёзно. – Всё делаем по моим правилам. Под водой ты не дольше трёх минут, я буду следить по часам. Дёргаю трос – сразу плыви обратно. Или я сам тебя вытащу, хочешь ты этого или нет. Вылез, и сразу в сауну. И нырять потом будешь только после того, как я разрешу. Согласен?

Грут возмутился:

– Что я успею за три минуты?