Сергей Мельник – Возвращение (страница 40)

– П-ф-ф-ф-ф! – Старинный враг выпустил с шумом клубы дыма изо рта и носа, слегка закашлявшись. – Хух, ядреная, будешь?

Королева испуганно втянула носом странный травянисто-елочный запах, исходящий от подожженного цилиндрика.

– Нет, спасибо. – Де Кервье смутилась и немного растерялась, она не понимала совершенно, что здесь происходит и что, собственно, тут забыла императрица.

– Ты знаешь что? – Императрица задумчиво продолжала сосать, видимо, вкусный дым из своей забавы. – Ты давай вон оттуда, с северной стороны прыгай.

– Почему? – Вальери волей-неволей принюхивалась к летящему в ее сторону дыму от императора.

– А с той стороны чаша фонтана. – Брюнетка змея вновь сплюнула за парапет. – Прикинь, как красиво ты ляпнешься в него? Вся такая в трепещущем платье, брызги воды, а потом пунцово-алым станет весь бассейн, ты, кстати, с криком полетишь или молча?

– Не знаю. – Молодая королева почувствовала некий непонятный гул в голове и легкий жар в груди, немного закружилась голова.

– С криком, конечно, солидней будет. – Покивал император, задумчиво вновь выпуская дым в ее сторону. – Однако согласись, очень трудно контролировать будет, летя с башни, то, что ты должна будешь кричать. Наверно, не очень красиво, если ты заорешь на весь замок «Мамочк-и-и-и-и-и!» или вообще что-то типа «Бля-я-я-я-я-я-я!».

– Не говорите глупости! – Де Кервье, почему-то хихикнув, аккуратно слезла со своего трамплина, благодарно кивнув, когда император любезно придержал ее за ручку. – Я – королева, и мне не пристало такие вещи выкрикивать на людях.

– Можете себе позволить напоследок. – Пожала плечами мудрая змея. – К тому же все спят, ночь на дворе.

Ночь и весь рассвет Вальери, то хохоча, то рыдая прижималась к этой странно отчужденной, но меж тем внимательно сочувствующей змее, выливая вековечному императору, врагу Финора и вообще нехорошей бяке, все то, что не могла сказать годами, все то, что невозможно было сказать никому и никогда, а зачастую формулируя вслух мысли, в которых даже сама себе бы никогда не посмела признаться. Было что-то сокровенное в той ночи, было что-то, чего она была лишена так долго в своей жизни. И имя этому было понимание. Не ненужное в данной ситуации сочувствие, не горькая жалость и слезливо-щемящая тоска, а некая фривольность, некая бравада и игра с жизнью, игра, которая полутенью, незримым абрисом, некоей смутной надеждой грозила дать шанс на возможность вновь подняться с колен, получив так звонко и так больно-обидно по щекам от злодейки судьбы.

– Вставай, подруга. – Императрица потянулась грациозно всем телом до хруста, поднимаясь с пола, где они сидели обнявшись на башне, прислонившись спинами к каменному зубцу и рассматривая медленно всходящее на небосклон солнце. – Ночь ушла, день входит в силу и нам с тобой пора.

– Куда? – робко спросила Вальери, хватаясь за протянутую руку.

– Навстречу новой жизни, девочка. – Подмигнула та, одарив ее улыбкой. – Не все еще потеряно, красотка, я помогу тебе жить дальше.

– Ну, это вряд ли… – Вальери робко улыбнулась, спускаясь с башни вслед за этой красивой женщиной.

– Ты просто не знаешь всех граней своего женского сердца, подруга. – Императрица проводила ее до комнаты, напоследок звонко шлепнув ее по попе и улыбнувшись. – Я дам тебе смысл жить, обещаю. Ты вновь будешь счастлива, правда, придется немного потрудиться, но это уже ерунда…

– Ерунда… – повторила молодая королева автоматически, без памяти и задних ног от усталости падая не раздеваясь на свою постель. – Ерунда…

Но новая жизнь так просто не приходит по щелчку пальцев. Она переехала в апартаменты императрицы, где они долго и обстоятельно беседовали. Молодая королева то хмурила брови, впадая в депрессию, то внезапно наполнялась радостью новых заветов, то вновь заливалась горькими слезами.

Не без помощи императора переговоры и подписание пакта о взаимном ненападении растянулись без малого на полмесяца. Вальери до дрожи в коленях боялась плана, разработанного ее подругой мудрой змеей, но к сожалению, просто не видела другого шанса повернуть все вспять. В случае же, если все выходило согласно задуманному, был в шанс, растоптав гордость и закрыв глаза на горький обман, вернуть себе свою разбитую надежду, склеить по кускам свою разрушенную жизнь, начав с нуля все то, о чем так долго мечталось.

– Значит, слушай. – Императрица гладила ее по голове, прижав к себе и успокаивая рыдания. – Через четырнадцать дней, согласно циклу твоего организма, ты будешь максимально готова стать мамочкой. Это особенный день, я проверила и все посчитала, ты будешь готова к зачатию. Я приведу к тебе твоего мужа, я обойду всех магов, всю стражу и приведу его к тебе, девочка.

– Но он больше не любит меня… – вновь залилась де Кервье слезами. – Он за все это время даже не пытался спросить, как я? Сидит с этой грязной шлюхой у себя в покоях!

– Ну, тише, тише. – Императрица нежно перебирала волосы у нее на голове. – Это все ерунда, мужика охмурить много ума не надо, а вы не были по-настоящему близки очень давно. В отличие от этой графини. Всего одна ночь, и если он когда-либо любил тебя по-настоящему, он все вспомнит, а ребенок отсечет от него все те грязные денежные обязательства и расписки перед семьей де Герау. Он просто ничего не сможет сделать, когда появится ребенок, ибо это наследник, наследник, зачатый в законном браке, и уже никто, ни под каким политическим предлогом, не сможет потребовать развода.

Ох уж эта сволочь надежда. Очень опасное и непредсказуемо жестокое чувство. Ты начинаешь верить в несбыточное, начинаешь ждать невероятного, в итоге вновь причиняя себе новую боль.

Вальери была очень красивой женщиной. Природа лепила ее из пламени, давая ее телу грацию и резкость. Красивые скулы, мягкие дуги изящных бровей, полные негой омуты глаз, не говоря уже о гипнотической силе тяжелых грудей, а также завораживающей геометрии ее стана.

Когда время пришло, она была спокойна. То ли помогли психотренинги и разговоры с непробиваемой холодностью и расчетом императрицы, то ли взяли свое действие отвары, рекомендованные все той же старой мудрой змеей.

В любом случае она была спокойна, впервые за прожитые годы сердце выдавало ровный ритм, грудь мерно качала кислород, а черный, увитый узором причудливых драконов халатик из нежного шелка империи Мао так четко подчеркивал ее формы, что невольно она сама собой залюбовалась, стоя перед большим серебряным полированным зеркалом.

– Жди, – мягким шепотом, обдав ушко горячим выдохом, произнесла императрица, нежно пробежавшись пальцами по ее шее.

– Жду, – также шепотом ответила она пустоте, так как за спиной уже никого не было.

Секунды, минуты, часы… какая собственно разница, когда ты сгораешь в ожидании любви?

Она привела его, или он пришел за ней, но в конце концов, дверь мягко отворилась и на пороге появился он, такой желанный, могучий. Он всегда поражал ее своим ростом и размахом плеч, своей статностью и некоей грацией дикого зверя.

– Я буду рядом, – устами ее любимого произнес император, снимая с пальца перстень тусклого серебра и возвращая его женщине-носителю.

Они остались одни. Вальери соскользнула с кресла, робкими шажками направляясь к нему, в то время как король приходил в себя, немного мутным взглядом поводя из стороны в сторону.

– Какого демона я тут делаю? – Он покачнулся, схватившись рукой за стену. – Вальери, ты еще что тут забыла?

– Я люблю тебя, – выдохнула душа слова из ее груди.

– Прекрати идиотничать! – Он выпрямился, сведя хмуро свои брови. – Зачем ты вообще приехала, женщина? Я же велел тебе оставаться в столице!

– Я так скучала… – Несмотря на всю выдержку, по щеке побежала слеза.

– Ну, так и скучала бы себе дальше! – Это было так больно, когда он рассмеялся ей в лицо. – Когда ты уже повзрослеешь? Мы уже не те восторженно-глупые юнцы, какими были! Ты для меня уже ничто, ты прошлое.

– Но я… я… – она не находила слов.

– Дура. – Хмыкнул он как-то презрительно. – Решила, что раздвинешь передо мной ноги и все? Думала, этого будет достаточно?

Мир поплыл, слезы заволокли взор, туманя разум и окружающую действительность.

– Какая же ты дура. – Поджал он губы презрительно. – Мне просто омерзительно видеть тебя.

– А тебе больше и не придется, – тихий голос заставил вздрогнуть обоих, они совершенно упустили момент, когда в комнату проскочила филигранно-точеная фигурка императрицы.

– Ты?! – взревел король, затравленно оглядываясь по сторонам и выдергивая из ножен длинный стилет. – Так вы заодно?! Ах ты же тварь! Продалась этой сволочи?!

Он ухватил Вальери за волосы, приставляя жало клинка к ее шее.

– Не смей подходить ко мне, или я перережу ей глотку! Ах ты же сучка!

При последних словах король ударил де Кервье рукоятью ножа, разбивая в кровь ей нос.

– М-да. – Император печально покачал головой. – Вот сколько лет живу, а не перестаю удивляться человеческой подлости и низменности душевной. Ты хоть представляешь, что вообще сейчас творишь? Ты хоть на секундочку, на микроскопическое мгновение своей тупой башкой хоть разик задумался, что ты поменял на блеск пустых монет?

– Стража! – заорал король, пятясь от мудрой черноволосой змеи и тяня за собой свою супругу, захлебывающуюся собственной кровью.