Сергей Мельник – Барон Ульрих (страница 50)

А посмотреть было на что, земли Когдейра, хоть и самые маленькие из пяти баронств Мирта, по своему функционалу были самыми «вкусными». Вот мой Рингмар, самый крупный кусок земли, а по сути своей используется только сорок процентов площади. Все остальное — лес и гигантское болото. Есть у меня камень, есть железо, дерева хоть попой ешь, недавно стали добывать каменный уголь, найденный благодаря гномам, сам бы я его ни в жизнь не нашел, даже если бы им мне кинули в голову и то б не понял, что это. Да, геолог я еще тот.

А вот у Нуггета было золото! На границе с пиктами, где проходящая через мои и его земли Быстрая превращается в вязь ручьев и перекатов, перед тем как впасть в Северное море, есть два прииска, где его люди намывают всю эту красоту.

Если вы думаете, что я под покровом ночи собираюсь с сотней легионеров прокрасться к золотым ручьям, чтоб намыть себе желтого металла, то вы ошибаетесь. Работать руками я как не любил, так впредь и не собираюсь, а вот пограбить — это милое дело.

По границе с Гердскольдами, прилегающей к баронству Когдейра, я собирался пройти вверх на четыре дня пути, выходя к замку Норвшлиц, который являлся загородной резиденцией барона. По данным Десмоса, этот отдаленный замок был не чем иным, как казной Нуггета. Закрытый, укрепленный, на отшибе, он был, так сказать, последней точкой во время войны, где барон смог бы спрятаться на время. О том, что именно эта точка окажется курочкой, несущей золотые яйца, моя разведка узнала совершенно случайно, так как главная резиденция Когдейров, как и моя при Каливаре, была в центре города.

Впрочем, не об этом сейчас. Гарич стоит на границе, у него в наличии будет в общей сложности четыреста с копейками человек, Нуггет, скорей всего, активируется, к уже имеющимся в той же точке трем сотням подтянется еще сотни две солдат, а то и три. Капитан стоит и не жужжит, я лесом, полем, огородами иду в Норвшлиц, который мне и даром не нужен. Как так? А вот так. Каким образом вы предлагаете мне с сотней человек укрепленный замок взять? Нет, спасибо. Я просто выскочу из леса, поставлю осаду, внося сумятицу и смятение в сердце моего оппонента. Войска оттянуты, а казну штурмуют! Что бы вы сделали? Правильно, собрали бы всех в кулак — и назад, домой. Все это, сами понимаете, время. Сначала к Гаричу отослал, потом к Норвшлицу, а я где? Я уже снялся и осадил Кугермат, потом, попугав народец, пошел выше, в Руату. Нуггет в гневе, уже собрав ядрену мощь, несется за мной, а я спокойно ухожу на земли Кемгербальда, помахав на прощание ручкой.

Смысл? Хе-хе. Смысл в том, что у Гарича есть время с обозом, со всеми остановками и фотографиями на фоне природы прогуляться к приискам, а в частности — к городку золотодобытчиков, где спокойно и не спеша взять драгоценный металл, а также все, что плохо лежит. У капитана — сила и время, у меня — легкость и маневренность. В определенных точках ждут телеги с провиантом. Легион пойдет налегке. Минимум обоза с собой, максимум шагов в день.

С Кемгербальдом списался, приютит, накормит, через него вернемся в Рону, а уже оттуда домой, где, надеюсь, меня будет ждать Гарич с двумя мешками золота.

Что это за война такая, спросите вы? А где трупы, где битвы? Что это за салочки и чехарда? Ну, извините, я все же врач. Сначала Нуггет бегает за мной, потом бежит к приискам, а потом топает ногами по полу и хочет меня разорвать на куски, но осень на носу, дожди, слякоть, потом зима.

Вот такая война по мне, минимум потерь, максимум выгоды. Времени, правда, жаль, без малого полтора, а может, все два месяца мне предстоит бегать по лесам и весям. Нет, за Рингмар я спокоен, тут все схвачено, да и Энтеми — прекрасный управляющий, но все же, все же… Можно было это время провести по-другому.

Капитан собирался основательно, его обоз был грузным, так как почти полностью его стража была укомплектована кавалерией. Провиант брали не только на седоков, но и на лошадок. Помимо прочего, Гарич изыскал в старом замке две разборные малые катапульты, на доведение до ума этого чуда современной инженерии потратили еще неделю времени, из-за чего я несильно расстроился, так как был занят всецело своим бедовым контингентом.

Здесь все было, сами понимаете, непросто, один только факт того, что я оставался один на один с сотней вооруженных убийц и уголовников посреди леса, мог довести кого угодно до нервного тика.

Но как ни оттягивай неизбежное, пришло время решаться. Капитан выдвинулся на свою позицию, а я нацепил подогнанную под себя «афганку», привесил к поясу «кутлас», за спину — вещмешок, и вечером легион тронулся в путь, в свой первый боевой поход, ох, надеюсь, для меня не последний.

Первый ночной марш прошел для меня в тягостном ожидании неприятностей, но закончился на удивление спокойно и без эксцессов. Личным телохранителем у меня была выделенная Десмосом из семьи Тина, приходящим информатором должен был стать сам граф, раз в четыре-пять дней выходя на наш маршрут и делясь свежими новостями и данными по боевой обстановке.

Вообще, надо сказать, вся операция держалась на информативном использовании быстроты вампиров. Помимо личностных физических параметров особенностью семьи была возможность пусть и на небольшом, но удалении использовать мыслесвязь. Весь мой бег с препятствиями должен был координироваться и отслеживаться графом, с учетом поступающей информации мы должны сниматься с места и менять дислокацию, в противном случае все рухнет, а ваш покорный слуга будет мучительно корчиться в руках Когдейра.

Сама Тина помимо функции телохранителя использовалась мной еще и как гужевая лошадь. А что? Я, между прочим, еще ребенок, куда мне тащить наравне со всеми мужиками еще и доспех со щитом? Тяжеловато и так приходилось, а если учесть еще то, что шли в кромешной тьме, так вообще садись и плачь. Хотя легионеры держались молодцом, у них уже были не раз в учебном лагере ночные выходы.

Неделя ночных мучений вывела нас к границе между Рингмаром и Когдейром, а именно к небольшому ручью, противоположный пологий берег которого стоял сплошной стеной леса и уже являлся вражеской территорией. Последним рывком дневного перехода, так как в лесу таиться было не от кого, да и бесполезно стольким людям, удалились на два дня вперед, становясь лагерем в ожидании начала игры, а именно — решений, которые примет Нуггет.

До связи с графом оставалось три дня, так что отдых после марша положительно сказался на настроении, как моем, так и солдат. Службу от этого, конечно, никто не отменял, караулы, дежурства и три секрета исправно менялись и проверялись мною в течение дня неоднократно.

Уютная поляна в дремучем лесу за пару дней превратилась в вытоптанное сотней ног футбольное поле. Стали лагерем основательно, антисанитарии я не потерплю, каждодневные купания в ручье неподалеку, выгребные ямы под отходы. С продовольствием беда, рациона, взятого из лагеря, оставалось дней на пять, не более, будем надеяться, что с приходом Десмоса тронемся в путь, выходя по дороге на первую продовольственную точку.

Рассвет второго дня стоянки в лесу принес мне кучу эмоций, а именно — выбравшись из палатки, у своего уже потухшего кострища неожиданно обнаружил незваного гостя, спокойно посреди моей армии кашеварившего в моем же походном котелке.

— Доброе утро, Уна, — произнес беловолосый гость, не поднимая на меня глаз.

Матерь Божья! Леофоль, эльф, что встретился мне в деревне Дальней, перед последними печальными событиями. Сердце загнанным зверьком бешено застучалось в груди, эльф знал, что я никакой не барон! Вот так привет из прошлого!

— Здравствуй, Леофоль из рода Темной Ели, рад видеть тебя, надеюсь, в этот раз ты не станешь дурным вестником? — собрав волю в кулак, попытался с каменным лицом изобразить легкую заинтересованность, совершенно не понимая, как себя вести с ним и о чем говорить. Ну, в самом деле, не падать же перед ним на колени, умоляя не выдавать меня, и не делать же вид, что я не я и морда не моя, мол, ошиблись адресом.

— Вести. — Он покатал это слово у себя на губах. — Странное сплошь и рядом, мой юный друг. Все так переменчиво, скажи мне: этих людей ведешь ты?

— Да, эти люди идут по моей воле.

Он развел потухший костер, подбрасывая сухие веточки в еще неверные языки пламени.

— А ответь мне, Уна, не ты ли новый барон земель, что вы, люди, называете Рингмар? — Он уперся в меня тяжелым взглядом своих огромных бездонных глаз.

— Да, это также является правдой.

Как он вообще сюда прошел через охрану? Сместив взгляд в сторону, с удивлением обнаружил замершую в оскале преображения Тину. Словно окаменевшая статуя, в магическом фоне ее фигура сияла, как новогодняя елка, опутанная тончайшей вязью силовой структуры. Маг! Вот оно что, похоже, Тина была в сознании, это не сон или отключка, это что-то парализующее.

Невольно я залюбовался структурой, свитой этим загадочным мастером. Да, тут и говорить не о чем, первоисточник магии — это их технология, это их дар этому миру, и ничего удивительного, что лучшие мастера — это и есть эльфы.

— Эм-м… — Я поерзал на месте. — Вы не могли бы отпустить моего телохранителя или хотя бы помочь занести ее в палатку, понимаете ли, ей не очень полезен дневной свет.