Сергей Матюшенко – Алтын-туу – Золотая гора (страница 6)

На следующий день с самого утра Владимира не отпускали тревожные мысли о том, что он зря теряет время с «мутным» заказчиком.

До сих пор он водил в Горный Алтай группы туристов. Это были и старшеклассники, и студенты, и смешанные группы разного возраста. Все они хотели пройти по несложным маршрутам в районе туристических баз, полюбоваться пейзажами, сделать селфи на фоне скалы или ручья, а потом хвастать снимками в интернете.

Может быть, Пашка прав, и это заказчик связан с криминалом? Только что он хочет найти в горах? Не опасно ли с ним иметь дело?

Поразмыслив, Владимир оделся и вышел на улицу. Его путь лежал к Нулевому километру на площадь Советов. Этот шаг скорее можно было назвать иррациональным, чем действительно имеющим практическое значение.

Владимир не был суеверным, но посещение Нулевого километра перед походом приносило ему удачу.

Он не заморачивал голову эзотерическими теориями про обнуление сознания, про разные там нулевые точки в форме круга с этой самой точкой в его центре.

Просто перед первым своим походом он пришёл сюда, решив, что любая дорога начинается с первого шага. Поход вышел удачным, он, как инструктор был на высоте, и вскоре стал популярным в этой профессии.

Пройдя мимо Краевой библиотеки, катающихся в сквере на скейтбордах подростков, Владимир приблизился к фонтану. Налетевший порыв ветра обдал его водяной пылью, сорванной со струй фонтана.

Владимир ускорил шаг, отворачиваясь от брызг, и подошёл к композиции «Нулевой километр».

Он никогда раньше ничего не загадывал, тем более не обращался с мысленной просьбой к гранитному столбу. Просто приходил сюда к началу всех дорог Алтайского края, чтобы настроиться на предстоящий поход.

Посмотрев на шестиметровую высоту, Владимир остановил взгляд на каменной вазе и подумал: «Хорошо бы почерпнуть из этого сосуда кладезь мудрости. Здесь мимо проходит много умных людей, их мысли витают в воздухе и накапливаются в нём. Ну, если не мудрости, хотя бы капельку везения».

Усмехнувшись собственным наивным мыслям, повернулся направо и решил обратный путь до дома пройти по улице Димитрова. Он не спеша направился в сторону Главпочтамта и залюбовался стройной девушкой в тёмно-синих джинсах и лёгкой бирюзовой блузке.

Расстояние между ними сокращалось, сердце его сильно заколотилось, прилив крови вскружил голову. Владимир не мог оторвать от неё взгляд и, вдруг, узнав её, остановился, преградив девушке дорогу. Она сделала шаг в сторону, он тоже шагнул вправо. Перекрыв путь двухметровой ногой,

Владимир спросил:

– Уркюне?

– Да, – ответила девушка, подняла взгляд на Владимира.

Услышав «Да», Владимир засиял, и дальше улыбка не сходила с его лица.

– Ты учился в университете на историческом? – вспомнила Уркюне, и улыбнулась в ответ.

Владимир восхищённо смотрел на пухлые, чуть влажные губы, на искрящиеся глаза. Минуту они смотрели друг на друга и молча улыбались.

– А ты стал ещё выше, – первой промолвила Уркюне.

– А ты ещё красивее.

– Чем занимаешься после университета?

– Два года преподавал в школе, а потом занялся туризмом, стал инструктором, вожу группы в Горный Алтай. А ты?

– А я занимаюсь археологией, защитила кандидатскую.

– Молодец, я помню, ты окончила с отличием.

– А ты учился на два курса младше, но был на голову выше всех на факультете. Да что там, во всём вузе.

– Да, мне сверху видно всё, я тебя сразу заметил, – чуть-чуть приврал Владимир, счастливый от неожиданной встречи.

– Ну, а тебя трудно было не заметить в вузе: высокая колонча с детским лицом. А сейчас, конечно, настоящий мужик, не проходите мимо.

– А ты не проходи.

– Ну, у тебя, наверное, отбоя нет от хорошеньких девчонок, желающих отправиться в горы за новыми впечатлениями. Куда направляешься в этом году?

– Да как тебе сказать? Сам не знаю, куда иду, кого веду.

– Это как?

– Да…и говорить не стоит. Позвонил один тип, сказал, что ему нужен проводник. Он хочет, вроде как, пройти по следам экспедиции деда. Дед у него геологом был, и вот он хочет пройти маршрутом памяти. Сказал, что заплатит мне штуку баксов помимо расходов.

С лица Уркюне исчезла милая улыбка.

– Его случайно не Игорь Михайлович зовут?

– Да, он мне представился Игорем. Ты его знаешь?

– Если это он, то это сын нашего профессора археологии Михаила Фёдоровича, ты должен его помнить.

– Вот оно что.

– Дело в том, что мы с Михаилом Фёдоровичем прошлой осенью обнаружили в одной из пещер в Солонешенском районе следы экспедиции двадцатых годов.

– Ух ты, здорово.

– Здорово, да не очень.

– Что так?

– Этот Игорь Михайлович умыкнул карту экспедиции.

– А что Михаил Фёдорович?

– Михаил Фёдорович умер.

– Жаль…А сыну карта зачем? Это ведь бесценный исторический документ.

– Это ты так считаешь, а он думает иначе.

– Он хочет её продать?

– Я не знаю, что он хочет. Скорее всего, решил, что там есть что-то ценное для него. Я сказала ему, что хочу найти гору Алтын-туу, обозначенную на карте, а он умыкнул карту.

– А зачем искать Алтын-туу? Я ходил на неё два раза, могу тебя провести.

– Ты имеешь в виду окрестности Телецкого озера?

– Да, конечно.

– Вот в том то и загадка, что на той карте гора с таким названием была обозначена совсем в другом месте.

– Интересно было бы взглянуть на эту карту.

– Ты не видел карту? Он тебе не показывал?

– Я поставил ему условие, что мне надо изучить маршрут, чтобы подготовиться. Он ответил, что покажет карту при встрече.

– И когда вы встречаетесь?

– Обещал позвонить, и два дня не звонит.

– А ты можешь ему позвонить, сказать, что время идёт, надо подготовиться?

– Да, в принципе, могу. Чего мне терять?

– Покажи, кстати, его номер, тогда мы точно удостоверимся, что говорим об одном человеке.

– Конечно, пошли ко мне, я живу недалеко на Комсомольском проспекте.

Брови Уркюне поплыли вверх над бездонными глазами. Владимир, не дожидаясь, пока сонм эмоций на лице девушки обретёт словесную форму, пояснил:

– Я телефон дома оставил,– не в силах сдержать счастливую улыбку, добавил, – Честное слово, не вру.

Влюблённый взгляд заставил девушку поверить в правдивость слов.