Сергей Марков – Это ваше танго (страница 10)
Утро начиналось с чтения новостей на «Фонтанке»[20] и просмотра роликов с приколами или обзорами игр, смартфонов и ноутбуков. Дальше дорога на работу. В пути он подслеповато и безразлично пялился на прохожих, пока беспроводные «маршаллы» надсадно орали в уши какой-то
На работе его ждали таблицы, графики, наивные клиенты, думающие, что сделанная фирмой «Сайт. нет» страничка позволит им резко увеличить выручку. Быстрая халтурка, прокрастинация в соцсетях, и опять игры, ролики и чтение новостей.
Вечером повторялось все то же самое, что и утром, только в обратной последовательности. Заканчивался день, как правило, пиццей, бутылочкой пивчанского и просмотром очередного сериала. И так каждый день.
В какой-то момент Гене стало казаться, что все его существование – компьютерная игра без определенного сюжета. Типа как тетрис. Вот сыплются фигуры, а ты их расставляешь. Со временем это надоедает, концентрация теряется, и тогда фигурки заваливают тебя с ног до головы. И все, гейм овер. В молодости он думал, что играет в РПГ, но теперь понял, что именно в тетрис. Не было интригующей цели, финального босса и промежуточных монстров, побочных веток и вариативности сюжета. Все было тупо и линейно. И стало обидно до жжения в желудке… Хотя, может, это был просто гастрит от пиццы с колой.
Он стал глядеть по сторонам в надежде отыскать ответвление, чтобы соскочить со своей кольцевой. Ну и нашел уроки йоги. На пять лет ушел в нее так плотно, что коллеги по фирме сочли, что он тронулся умом.
Тут ведь как бывает: жил ты себе кабачком на грядке, а потом раз! Смысл обрел. И все накопленное, все нерастраченное и забродившее проваливается в него как застойная вода в унитаз, чтобы спустить к черепашкам ниндзя ощущение бессмысленности прожитых лет.
Такое рвение принесло свои плоды. Медленно и еле заметно, но тело наконец сбросило жировой слой, разум очистился от суеты. Появилась ясность, и что еще более приятно, спокойствие.
К тридцати пяти он превратился из обрюзгшего патлатого пончика в майке с эмблемой Бэтмена в интеллигентного подтянутого мужчину с элегантной эспаньолкой и модной стрижкой. Бросил к чертям собачьим программирование и прошел курсы преподавателей йоги, после чего устроился в ту самую школу, где впервые встал на коврик.
Доходы, конечно, резко упали, но Гена с легким удивлением обнаружил, что если не менять смартфон раз в полгода и питаться едой, купленной в Пятерочке, то вполне можно прожить и на эти куда более скромные деньги. Ясная голова, подарок за усердие в йоге, помогла ему наладить контроль над тратами, и в результате он даже стал откладывать, чего раньше никогда не случалось.
А еще у него появились ученики. Точнее, по большей части, ученицы. В основном домохозяйки, занимавшие часы между проводами детей в школу и их встречей с борщами и макаронами по-флотски. Исчезающий вид, так сказать. После занятий они частенько задерживались поболтать о житейском или, напротив, о высоком. Во втором случае они по наивности обращались к Гене в надежде получить какой-нибудь мудрый совет.
Их вера в него была столь чиста и непоколебима, что объяснять бедным женщинам, что их гуру совсем недавно слез с иглы потребительства и сам не прочь найти духовного наставника, ужасно не хотелось. К тому же это могло навредить бизнесу, и Наталья, основательница школы, такого ему бы не простила. Духовность духовностью, а денежки есть денежки.
Именно благодаря этим беседам Гена наконец-то научился разговаривать с женщинами. И даже немного разобрался в своих собственных мыслях, причем делать это вслух оказалось довольно полезно. Жаль только, что дальше разговоров общение с прекрасным полом все так же не двигалось.
Иногда пытался пригласить кого-нибудь из учениц на кофе, но, чаще всего получал в ответ смущенный лепет про мужа или какие-нибудь дела и резко прятал голову в песок.
Так продолжалось до тех пор, пока он не обнаружил на стойке ресепшн флаеры с рекламой школы аргентинского танго.
В тот день, после очередного урока он пил чай и болтал с Сонечкой, администратором их школы. Сонечка отшила его еще год назад и с тех пор осталась тверда в своем решении. Она была очень строгой и возвышенной девушкой, что странно контрастировало с многочисленными татуировками и копной дредов, скрывавших почти монашеское суровое лицо с резкими скулами.
Разговор не клеился, и Гена привычно тупил, глядя на рекламную стойку. Там среди знакомых уже бумажек с изображением одиноких людей в разных асанах попался листок с нарисованной парочкой мультяшных толстяков в непривычной позе.
– О, а что это? – спросил он, протягивая буклет Соне.
– Не знаю, кто-то из наших оставил, наверное, – монотонно отозвалась Соня, – может, в Анькино дежурство положили. При мне вроде не было.
– Любопытно… – протянул Гена.
– Ну, да… – вяло согласилась она.
По ее интонации было ясно, что танго ей интересно не больше, чем график роста цен на медную руду в Бразилии. И Гена не стал развивать тему.
Но один буклет в сумку себе кинул и уже дома в спокойной обстановке набрал обозначенный на нем номер.
– Алло, – раздался на том конце женский голос.
– Здравствуйте, я по объявлению… Это школа танго?
– Да-да, вы попали куда нужно, – оживился голос на том конце.
– Прекрасно. Я бы хотел записаться на открытый урок… – смущенно пробормотал Гена.
– Чудесно! – воскликнул голос в трубке. – В субботу в двенадцать подойдет?
– Да, спасибо.
– Вам спасибо, что позвонили! Как к вам обращаться?
– Геннадий.
– Хорошо, Геннадий, я вас записала. Ждем в субботу!
– До встречи, – попрощался Гена и сбросил вызов.
По его спине пробежал приятный волнующий холодок.
Алена работала операционисткой в почтовом отделении всего месяц, но ей уже надоело. Она все-таки была молодой, пусть и не слишком активной девушкой, а кругом сплошные тетки и бабки. Если не считать Машку с Катей. Те были ее ровесницами, но к своим двадцати умудрились так отожраться, что походили на два дирижабля или две сдобные булки, зажавшие между собой тоненький ломтик ветчины – Алену.
Ее не то чтобы гнобили, просто не замечали. Оно и не удивительно, на фоне прочих сотрудниц она едва ли могла сойти за человека. Максимум четвертинка.
И поговорить ей было не с кем. Точнее, не о чем. Эти-то клавы трепались почти не переставая, но там была сплошная бытовуха: цены на коммуналку и чипсы с картошкой в Магните, кто на ком женился, но чаще кто с кем развелся, больная печень и суставы. Ну и так далее и тому подобное. Казалось бы, чего там обмусоливать – совершенно непонятно, но Машка с Катей зачастую умудрялись не прекращать разговоры, даже обслуживая клиентов.
– Драс-с-с-сь-те… – прошипела Машка, обращаясь к очередному кудапошлюту из очередного ООО «Рога и копыта», – вам чего?
– Вот, заказные письма отправить, – тускло промямлил щупленький студентик. Должно быть, проклинал машинку на входе, выдавшую ему талон на свидание с Машкой.
– Сколько? – спросила Машка, глянув исподлобья.
– Пятьдесят одно…
Нарисованные брови Машки возмущенно поползли вверх.
– Ладно, доставайте.
Студент выложил кипу писем, и она сгребла ее своей ручищей.
– Ну, и он чо? – обратилась Машка к Катьке через Аленину голову. О студенте она уже забыла.
– Ну, чо-чо, – ответила Катька, отличавшаяся от Машки только цветом волос и чехлом смартфона, – свалил он. И не перезвонил. Падла…
– Мудак… – согласилась Машка.
– А? – переспросил студент, оторвавшись от мобилы.
– Эт я не вам, – не глядя бросила Машка.
– А… – протянул студент и вернулся в онлайн-игрухе.
И так целый день. А за ним еще день, и еще, и еще… Осточертели Алене все эти письма, конверты, отживающие свой век в цифровую эпоху вместе со старожилами почтового отделения. С такой работы недолго в другое отделение переехать – психиатрическое.
Приходила на работу она ровно к девяти, работала до обеда, пила кефир с булкой, снова работала и шла домой. Пешком.
Свободное от упаковки, франкирования и прочей унылой рутины время Алена занимала рутиной цифровой: смотрела сериалы, читала книжки, листала вконтактик. Все, как у нормальных людей, а не этих кроманьонцев.
Там же в сети ей выпала контекстная реклама: «Уроки аргентинского танго в Санкт-Петербурге». С чего Яндекс вообразил, что Алене, в жизни не танцевавшей ничего, кроме медляков и дрыгов-прыгов на школьных дискотеках, будут интересны чулки и розы в зубах? Может, в названиях фильмов или сериалов проскакивало слово «танго»? Она попыталась вспомнить, но не смогла. А ссылку кликнула.
Информации на сайте школы было немного. Все скромно и ненавязчиво. Это вызывало уважение – если у потенциального клиента возникнет желание, он сам задаст уточняющий вопрос. Позвонит или, что чаще, погуглит. Жаль, что не все коммерсы столь деликатны…
Судя по тому, что было изложено на пестренькой красно-желто-синей интернет-страничке, эти ребята предлагали путешествие в мир каких-то абстрактных сущностей вроде взаимодействия, импровизации и проживания чувств.
Что все это значило, Алена не знала и в другой день наверняка бы равнодушно закрыла вкладку браузера и отвлеклась на что-нибудь другое. Но тут, как говорится, что-то пошло не так. Залипла. Начала листать фотки.