Сергей Малышонок – Рождение Патриарха (страница 59)
Однако было бы неправильно сказать, что наш путь был лёгкой прогулкой без малейших неудобств, которой я исключительно наслаждался. Пока шли по тропкам и местам, где местные крестьяне выпасают свою живность, оно было и ничего, но как свернули в луга, сырая от росы трава очень быстро покрыла влагой не только сапоги, но и большую часть штанин. И быть бы мне мокрым до трусов, окажись те тканевыми, но, к счастью, я, как и девочки, большей частью был одет в кожу, как раз из соображений непромокаемости. Правда, полностью это не спасало, ибо средневековое шитьё не даёт герметичных швов, но мне всё равно было проще, чем Айвел. Вот она имела все шансы и рубашку под курткой промочить, а чтобы так не получилось, пришлось плутовке топать исключительно по примятому нами с Линвэль бурьяну, и то, примять-то под ногами ещё можно, но вот с боков… В общем, маленькая рыжеволосая смуглянка только вздыхала и куталась в плащ, имея вид несчастный и мечтающий о солнышке и тепле. Эльфийка тоже куталась и мечтала, но больше была озабочена тем, как не подскользнуться на мокрых травяных волокнах во время подъёма или спуска по местным неровностям. Плюс нет-нет да в траве мелькали коряги, пни и просто куски хвороста, которые кто-то когда-то, видимо, не довёз до города вместе с дровами, ну или рубил на месте — мелкая древесная поросль в холмах встречалась. И такие подарки тоже были чреваты внезапной потерей равновесия на склоне, особенно если не следить, куда ступаешь, вот Линвэль и следила. А ещё были насекомые. Ко мне они не липли, да и девочек вроде бы не очень трогали, но они были и они летали, а проходить сквозь стаю мошек — это обязательно одна-две в глаза попадут. Или в нос, или в рот, или в ухо. Словом, насекомые — это зло.
Тем не менее двигались мы довольно бодро и хотя к лесу подошли уже после того, как ночная чернота на небе сменилась утренней голубизной, прямого привета от выглянувшего солнышка я избежал, а там и кроны над головой сомкнулись.
В местных лесах я хаживал уже немало, но лес Хуллак с первого взгляда дал понять, что от привычных мне чащоб отличается. Уж на что в глухом медвежьем углу располагалась база вампиров, но в предгорьях хребта Драконьих Вершин значительную часть лесного массива составляли сосны, да и сам лес рос на холмах, что делало его довольно сухим и не очень богатым на подлесок. Здесь же нас с первых шагов встретил дремучий лиственный бор, с деревьями, по середину высоты укрытыми мхом, переплетающимися кронами и завалами старых веток, коряг и некогда рухнувших стволов, что давно прогнили, но сохранили форму под слоями листвы, раскидистого мха и папоротников. Городской житель из моего родного мира тут бы и десятка шагов не смог ступить, не упёршись в, казалось, непреодолимое препятствие. Даже я, больше года буквально живший в лесах, находил здешнюю местность сложной для передвижения. Айвел и Линвэль тоже впечатлились, хотя и не сказать что факт сложности кого-то из нас напугал.
Ну а дальше началась работа. Причём переход из собранно-походного в рабоче-боевое состояние у моих спутниц проявился очень чётко и прямо-таки по щелчку. Вот они ещё идут к лесу и просто деловито-сосредоточенны, а вот заходят в лес, оглядываются, чуть приостанавливаются на проверку снаряжения и натягивание тетивы на лук, а дальше я резко перестаю их слышать. То есть совсем. Обладая вампирским слухом. Нет, если начать прислушиваться, сосредоточиться и так далее, то я и сердцебиение уловить мог, если расстояние относительно небольшое, но вот в «дежурном», скажем так, режиме — ничего. Ни шороха одежды, ни скрипа сапог по листве, ни хруста веток. И пусть я тоже так умел благодаря науке Эдгара, но показанные синхронность и лёгкость исполнения всё равно вызывали уважение. И стремление соответствовать.
Что же до самой работы, то «разведка леса» — дело довольно скучное. Любование красотами дикой природы — вещь интересная, только когда ты из города по полгода не выбираешься, а когда живёшь в средневековье, где любой город — деревня и в любой стороне — дикая природа, виды оной превращаются в банальность. Потому блуждание по незнакомому лесу было больше рутиной, чем чем-то захватывающим. К тому же у нас с девочками были всё-таки немного разные жизненные приоритеты. Их интересовали источники воды, следы других авантюристов, места под возможные стоянки и звериные тропы. Меня из всего этого списка ещё более-менее могли заинтересовать только последние два пункта, да и то первый из соображений, что стоянка у нас будет общей и с отдыхом в одной палатке, что позволит пощупать двух остроухих милашек, кои скинут плотную одежду, а второй — лишь в случае сильного голода или тяжёлого ранения, на которое я потрачу все фиалы с кровью и будет нужно ещё что-то сверху. В остальном же, я больше был озабочен поиском всяких оврагов и тёмных лощин — на тот случай, если сильно прижмёт спрятаться от солнца, хотя тут лес и так был довольно густым, позволяя и ближе к полудню чувствовать себя вполне сносно.
В общем, так и шли, потихоньку притираясь к действиям в группе друг с другом, запоминая ориентиры и делая свои пометки на карте, отмечая примерные точки с полезными для нас местами. А ещё, совершенно естественно для местности, полной всяких монстров, мы натыкались и на следы — как своих «коллег по цеху» или дикой живности, так и тех самых монстров. Гоблинов, в основном.
Собственно, когда более-менее обследовали ближайшую округу, по одному из таких следов мы и решили пройтись, тем более что он был свежим. Коллективная экспертная оценка показала, что по одной из звериных троп максимум накануне вечером протопало около дюжины коротышек, и для «первой добычи» это был вполне хороший вариант. Понятно, что справиться мы могли и с куда большим числом, хотя бы за счёт моих параметров, но, во-первых, «большего числа» мы не находили, а во-вторых, кушать слона надо по кусочкам, то есть начинать отрабатывать совместные действия на чём полегче.
— Скорее всего, это или патрульные, или охотники, — чуть нервно размяла левое ушко русоволосая лучница, продолжая осматривать следы. — Но добычи у них нет, значит, ещё будут её искать и в любом случае вставать на привалы… Хорошо бы, конечно, устроить засаду на месте их стоянки, но можно и просто напасть на разбитый лагерь.
— Угу, — кивнула Айвел. — Предлагаю так: выслеживаем их, и если они двигаются такой же колонной, я захожу вперёд и ставлю пару ловушек по тропе. Как только первые попадаются, ты начинаешь отстреливать задних, — кивок Линвэль. — Когда те понимают, откуда стрелы, и оборачиваются, я добавляю им метательными ножами в спины. По идее, на дюжину этого уже хватит, но если нет — ухожу в сторону на соединение с вами. Фобос в это время прикрывает тебя и добивает оставшихся, если кто добежит. Ну а если они где-то стоят лагерем, то сперва снимаем часовых, потом я устраиваю отвлекающий манёвр, чтобы их дезориентировать, и тоже отхожу, пока ты стреляешь, а Фобос вновь нас прикрывает и добивает выживших, что смогут подойти на дистанцию ближнего боя.
— Хм-м… — десяток или полтора гоблинов для меня не был проблемой от слова вообще, однако я прекрасно понимал, что девушкам тоже нужны участие и боевой опыт. Это сейчас против нас гоблины, а если в будущем будут какие-нибудь огры и тролли, то привычка работать в бою по надёжному шаблону очень пригодится. Ведь там всех быстро я вырезать не смогу… — Хорошо, так и сделаем.
— Угу, — кивнула Линвэль.
— Отлично, теперь их надо выследить, а как и откуда будем нападать, решим на месте…
Выследить и настигнуть отряд гоблинов удалось очень быстро, да и не скрывался особо этот отряд — низкорослые лопоухие ребята с коричневатой кожей, плоскими лицами, широкими носами и длинными, свисающими почти до земли руками завалили местную косулю и сейчас в грубой, но весьма экспрессивной и доходчивой манере дискутировали, кто будет её разделывать, готовить и кто получит самый лучший и сочный кусок. Большим экспертом в гоблинском языке за время жизни в Кривом Уступе я не стал, но общий смысл прений сводился к простому: «я её выследил», «а я её прикончил», «а у меня большое рубило есть, и я тута самый главный». Ну и часовых никто не выставил.
Отказываться от такой удобной ситуации мы не стали и, быстро распределив позиции, окружили место удачной охоты. Рыжая плутовка натянула поглубже капюшон и бесшумно исчезла в кустах, эльфийка скользнула к одному из древесных стволов и тенью поднялась до толстых ветвей метрах в трёх над землёй, я притаился на земле чуть вправо, готовый прийти на помощь любой из спутниц.
Минута ожидания — и воздух пронзает тихий щелчок тетивы. «Самый главный» гоблин падает затылком на землю, а из его глазницы торчит, чуть дрожа, оперение стрелы, правда, обычной — магические лучница решила приберечь. В поднявшемся переполохе ещё один гоблин словил стрелу, в этот раз просто в лицо, но, чтобы завалиться, подвывая, на землю, ему хватило и этого, а вскоре дикарь и вовсе затих. Остальные, впрочем, к этому моменту успели прийти в себя, даже понять, откуда по ним стреляли, и дружно рвануть врассыпную, но с явным прицелом добраться до неизвестного снайпера. Вернее, попробовали рвануть, поскольку в тот миг, когда первый шок прошёл и на смену ему пришла гоблинская решимость, к ним прямо в разведённый костёр из ближайших кустов прилетел «гостинец» — Айвел тоже времени даром не теряла и успела подкрасться почти вплотную.