Сергей Малышонок – Апостол Новой Веры. Том 2 (страница 12)

– Это явно очень древний амулет, – озабоченно сведя бровки, начала объяснять Солона. – Да и всё это помещение… а значит, его обитатель просидел в нём очень много времени, добавим сюда истонченную Завесу… в общем, я не знаю, в каком он состоянии, но вряд ли он остался в своём уме.

– Древние эльфы владели секретом бессмертия и потому долгая жизнь должна быть им привычна! – источник отрядной милоты возражала или спорила с кем-либо очень нечасто, но тут дело касалось возможного источника древних знаний, а потому эльфиечка была готова стоять до конца.

– Айдан, а ты что скажешь? – повернулась ко мне Бетани.

– Было бы неплохо с ним поговорить, а там уже решим. Ну а коли он взбрыкнёт, то у нас тут пять опытных чародеев, десяток Чёрных Стражей и один скромный Я.

– Да, очень скромный, – хмыкнула гордая дочь дома Амелл, но настроение её повысилось. – Но идея неплохая.

– И как нам с ним связаться? – Мариан вновь интересовалась больше прикладной стороной вопроса.

– Хмм… по идее, достаточно будет простой медитации, но раз нас тут много и у нас есть Духовный Целитель, можно будет попробовать создать ему проекцию, чтобы Айдан с Алистером тоже смогли принять участие в беседе. Андерс, сможешь?

– Да, как два пальца! – бодро кивнул маг и потянулся за ножиком. – У меня уже начинает вырабатываться рефлекс… – волшебник полоснул себя по руке, чуть поморщился, подождал пока в ладони скопится небольшая порция, после чего плеснул её на амулет, параллельно шепча заклинания. От мага уже привычно повеяло «неправильностью», хотя в этот раз довольно ощутимо. Несколько секунд ничего не происходило но вот, во вспышке бледно-синего сияния, нам предстал призрак. Вооружённый эльфийским клинком, облачённый в пластинчатый доспех и с глухим шлемом на голове.

– Что-то не похож он на мага, – констатировала Мариан.

– И тем не менее, я маг, – невозмутимо возразила призрачная фигура. Несмотря на закрытое лицо, весь облик мужчины буквально кричал о «голубых кровях» и какой-то концентрированной «породистости» – положение тела, наклон головы, то как на нём сидел доспех и то, как он держал оружие – всё выдавало аристократа, который не то что привык повелевать, а буквально родился с золотой ложкой власти во рту. – Благодарю вас за воплощение, пусть и столь ограниченное, – самую малость склонил он голову, обозначая признательный поклон, и опять сделал это идеально, как может только бесконечно уверенный в своём высоком статусе разумный.

– Кто ты? – первой спросила Бетани, пытаясь заглянуть в щель шлема, пока её сестра и Солона бродили оценивающими взглядами по облачению неизвестного.

– Моё имя давно уже утратило всякий смысл и ни о чём вам не скажет… – с холодной, застарелой горечью не пояснил, но констатировал призрак. – Что же касается моей Судьбы, я – маг, – и замолчал, словно это было исчерпывающе. Вероятно, с «головой» у него и в самом деле имелись некоторые проблемы – произнёс пока всего две фразы и в каждой упирал, что он – маг.

– Эм… – озадаченно почесал бровь Алистер, – я всё понимаю, но… не понимаю. Мы его вообще как понимаем? Разве он не должен говорить там на древнельфийском? – ещё один гений словесности… ох, что-то я стал язвителен, не иначе, как долгое пребывание рядом с утончением в Тени. Хотя, справедливости ради, после поглощения души Уртемиэля, ни местный фон истончённой Завесой, ни близкое чароплётство моих чародеев уже не доставляли и десятой доли того дискомфорта, который я чувствовал ранее в аналогичных условиях.

– Для существ Тени при «личном общении» языковых барьеров не существует, – небрежно разъяснил Андрес, – а наш новый знакомый сейчас куда как ближе к ним, чем к обычным смертным. Какой интересный эффект… – закончил он голосом полным исследовательского любопытства.

– Ясно… – кивнул бывший Храмовник и поудобнее перехватил щит. У него, похоже, уже тоже выработался рефлекс на словосочетание «существо из Тени».

– Я могу попросить вас? – дождавшись, пока мы пообщаемся, вновь привлёк к себе внимание дух.

– Смотря о чём, – не скрывая настороженности, прищурилась Солона.

– О последней милости, что достойные враги могут оказать побеждённому, – голос из под шлема стал суше тяжелее. – О покое… Я очень устал. Подготовленный для спасения от смерти сосуд стал моей тюрьмой…

– И ты не хочешь вновь вернуться в мир живых? – подперев грудь скрещенными руками, склонила голову на бок Мариан, на лице которой отразилось недоверчивое удивление. – И почему враги?

– Нет, – коротко качнул головой призрак. – Я слишком долго пробыл мёртвым. Мои братья давно ждут меня за Завесой, что же касается твоего вопроса… Именно вы, суетливые дети, разрушили Арлатан и заразили нас смертью. Сменившим хозяев рабам было всё равно, но вытесненные с земель нашего народа, с нашей земли свободные эльфы были обречены. Анклавы погибали один за другим, казавшиеся ничтожными, живущими краткие мгновения букашки пришли к нам умелыми магами, подчинившими себе демонов и даже низших драконов, этих бледных подобий обликов самих Владык. Вы истребили Народ, но по-праву заслужили уважение.

– Рабам? – нахмурился рыжий. – Что-то этот тип резко перестал мне нравиться, – на пол тона понизив голос, спешно поделился с нами целитель.

– Постой! – вступила в разговор, до того завороженно пялящаяся во все глаза на призрачную фигуру, Мерриль. – Я… У меня столько вопросов! Если возможно… – призрак резко повернулся к девушке и словно нахмурился, хотя как это можно было понять сквозь глухой шлем, до того, как он заговорил, было загадкой. После – да, понять было не сложно, но я лично понял это ещё до.

– Неужели тебя не научили манерам, маленькая рабыня? – холодно хлестнул наполненный нотками раздражения и лёгкого презрения голос. – Слуге, пусть и с посохом мага, негоже лезть в разговор свободных братьев и сестёр по ремеслу!

– Ра-рабыня? – заикнулась, распахнувшая от потрясения ротик эльфийка.

– На твоем лице Печать Крови, посвященная Владыке Тайн Диртамену. Что у тебя за хозяин, что посвятил тебя Хранителю Знаний, но не объяснил даже прописных вещей?! Хотя… в вашем доме всегда были грешники, любящие нарушать запреты, один даже посмел подняться в небеса в облике Владык… – покачал головой призрак, вогнавший в ступор бедную девочку.

Мне его тон не сильно понравился, тут я был солидарен с Андерсом, пусть и не касательно самого понятия рабства, сколько к тому, что этот дух посмел обижать моё, но, с другой стороны, что ещё ждать от, судя по всему, знатного или, как минимум, крайне богатого эльфа из, очевидно, рабовладельческого строя по отношению к, собственно, рабу? Особенно, если окажется, что он с веткой Диртамена не в ладах.

– Эй, она – наша подруга, так что будь с ней повежливее! – агрессивно воскликнула Мариан, под согласные кивки кивки и выражения лица остальных.

– Рабыня… подруга? – теперь пришёл черед потрясённо переспрашивать духу. – Как же сильно изменился мир живых… – с новой горечью, будто сам себе, сказал эльф. – Я ещё раз убедился, что мне в нём нет места… Исполните ли вы мою просьбу и даруете покой усталому собрату по ремеслу? Я не прошу сделать это даром и вполне могу заплатить, – видимо, заметив наши ну никак не лучащиеся энтузиазмом и добродушием лица, призрак решил выложить на стол свои козыри.

– И что же может предложить давно мёртвый маг, даже материальная форма которого поддерживается другими? – счёл я нужным проявить любопытство.

– То, что всегда ценилось магами превыше всего, – гордо поднял голову усопший.

– Знания, – констатировала Солона.

– Верно, – подтвердил наш собеседник, – моё искусство, что когда-то так жаждали получить шемлины.

– И ты уверен, что мы его не получили? – подпустив в голос капельку ироничного сомнения, спросила Бетани. Мёртвый ушастый ей явно тоже не нравился.

– Да. Иначе, я бы это увидел сразу, – сухо и невозмутимо отозвался тот.

– Это почему же?

– Я – Боевой Маг и даже в мёртвом состоянии смог бы отличить своих собратьев по Ордену. Среди вас таких нет… и вряд ли бы мои братья и сёстры согласились бы поделиться своими знаниями с врагами, пусть и достойными, предпочтя забрать эту тайну с собой в Земли Теней.

– И почему же согласен ты? – Солона, как «эксперт по переговорам с потусторонней хренью», принялась играть в инквизитора-пуританина, который решил поинтересоваться путём радикалов.

– Я и так в могиле и… мне уже всё равно. Более двух тысяч лет темноты и одиночества… – он, казалось, хотел сказать что-то ещё, но оборвал себя. Возможно не желая опускаться до откровенных жалоб на судьбу. Вместо этого его тон чуть изменился, став самую капельку деловитым и даже чуть-чуть насмешливым, будто он криво ухмылялся собственному прошлому: – К тому же, как последний член Ордена Боевых Магов Арлатана, я являюсь его главой и вполне могу пересмотреть старые правила, – в тоне духа и впрямь скользнула видимая усмешка. Горькая, но всё же она там была.

– Знакомая логика, – так, а сейчас-то на меня что все косятся? Я вообще просто тихо стою и никого не трогаю!

– А можно, для тех, кто не в курсе, что это такое, Боевой Маг? – спросил Алистер. – В смысле, он как-то по особенному метает фаерболы?

– Вы не знаете даже этого? – сегодня был день откровений для отдельно взятого мёртвого эльфа.