Сергей Максимов – Русские воинские традиции (страница 48)

Солдат, действующий в цепи с уверенностью, что офицер знает его, что он не даст его подвигу затеряться в общем результате действий роты или эскадрона и оценит его поведение в бою, будет вести себя иначе, нежели солдат, полагающий, что офицер не знает его (П. Карцов).

Солдат очень ценит, если офицер, прежде чем искать себе удобства и покоя, позаботится о своем взводе. Если по ограниченности данных младшему офицеру прав и средств он не может помочь солдату делом, пусть поможет словом и примером. Придя на квартиры или на бивак, не спешите уходить от взвода (П. Карцов).

Уверенность в победе составляет великое средство для ее достижения. Солдат только тогда приобретает эту уверенность, когда, вступая в дело, не видит ни суеты, ни унылых и озабоченных лиц своих офицеров. Суета — явный признак неуверенности и волнения; озабоченность наводит на солдата мысль, что офицер предвидит неудачу. Если бы взвод и действительно получил задачу крайне трудную или очутился в опасном положении, то и тогда его командир всеми силами должен стараться поднять дух людей и самую опасность задачи представить как знак особенного к ним доверия и как средство достигнуть отличий. Русский солдат склонен к самопожертвованию, что и самая смерть не страшна ему, если только офицер сумеет задеть те свойства его души, которые возвышают его дух и стремления. Вера, царь, святость присяги, честь знамени и слава своего полка — вот пружины, которые подвигают на подвиги самопожертвования даже тех, которые в обыденной жизни кажутся ко всему равнодушными (П. Карцов).

Роте или эскадрону нужен отец не балующий, не слабый характером, не лишенный энергии, а отец заботящийся, не распускающий, любящий, но и наказующий. Русский солдат своим простым, природным умом очень хорошо понимает это. Он чуток к каждому действию начальника и никаким баловством, никакими поблажками к распущенности вы не привяжете его к себе (П. Карцов).

Чувство личного достоинства — это сила как для простого солдата, так и для офицера, это элемент энергии, а потому не следует пренебрегать никакими средствами, чтобы увеличить эту силу в сердцах солдат (А. Апухтин).

Русский солдат представляет собой отличный сырой материал, так как он близок к природе, не знает роскоши и исполняет с удивительной покорностью самые опасные поручения. Несчастья не могут его обескуражить. Наполеон I говорил, что убитого русского солдата нужно еще толкнуть, чтобы он упал. Сила русского солдата удваивается, когда он имеет хороших начальников (Клеман де Грандпре).

«Солдат должен быть чист честью, — говаривал он [Я.П. Кульнев], — а чтобы иметь право воздерживать его от похищения чужого добра, надо, чтобы он ни в чем не нуждался; у голодного брюха нет уха» (Д. Давыдов).

Солдаты и офицер — члены одного и того же великого тела — армии, и хотя солдат стоит ниже офицера по своему служебному положению, но, как люди и граждане, они равны, и это должен чувствовать офицер и давать это чувствовать солдату. Тот плохой офицер, кто ставит себя на недосягаемую для солдата высоту и всячески его чуждается. Такого офицера солдаты любить не могут и никогда не будут (Л. Л. Толстой).

О стратегии руководства

Полковнику надлежит знатному и искусному благовзрачному мужу быть, чтобы полку своему во всех случаях не гнусен был и имел бы старание о добрых обер- и унтер-офицерах (Петр Великий).

Бдение начальника — лучшее спокойствие подчиненных. Прозорливость оного побеждает нечаянности (А. В. Суворов).

Три главных достоинства вождя: мужество, ум, здоровье (телесное и душевное) (А. В. Суворов).

Тщательно изучай подчиненных тебе солдат и подавай им пример. Отличай честолюбие от гордости и кичливости. Войска, обученные по моей методе, будут победительными и без меня (А. В. Суворов).

Командиру необходимо непрерывное образование себя науками с помощью чтения (А. В. Суворов).

Необходимо, чтобы войска предводителя своего разумели (А. В. Суворов).

Начальник на войне не должен себя ничем связывать, а поступать соответственно обстоятельствам и всегда быстро (А. В. Суворов).

Беспрерывное изучение врага сделает тебя великим полководцем. Никакой баталии в кабинете выиграть невозможно. Умей пользоваться местностью, управляй счастьем (А. В. Суворов).

Твердость, предусмотрительность, глазомер, время, смелость, натиск, поменьше деталей и подробностей в речах солдатам (А. В. Суворов).

От строгости до жестокости полсажени, пол-аршина, полвершка, пол-полвершка (А. В. Суворов).

Свой пай съедай, а солдатский солдату отдавай (А. В. Суворов).

Тщательно обучай подчиненных тебе солдат и подавай им пример (А. В. Суворов).

Ночные поражения противников доказывают умение вождя пользоваться победой не для блистания, но для постоянства (А. В. Суворов).

Лень рождается от изобилия. Ближайший повод к лени — безначалие. Мудрый не дерется нечаянно (А. В. Суворов).

В кабинете врут, а в поле бьют (А. В. Суворов).

Руководитель должен вооружиться терпением, самоотвержением и уважением к чужим мнениям; он должен радоваться малейшим проблескам оригинальной мысли, уметь поддерживать и развивать их. Без этих качеств он не годится в руководители (М. Драгомиров).

Прежде всего следует надеяться не на какую-либо книжку, а на собственную голову, которой не может заменить никакая книжка в военном деле, не допускающем постоянных правил, ибо на всякий новый случай самому приходится создавать новое правило тут же, на месте, мгновенно (М. Драгомиров).

Субординация только для того и существует, чтобы был порядок; и кто перескакивает ее ступени, как бы ни были они скромны, тот прямо ведет к подрыву порядка, так как этим показывает якобы ненужность начальников, которых обходит, и тем приучает их равнодушно относиться к делу (М. Драгомиров).

Слово офицера в строю должно быть свято; должно быть понимаемо и исполняемо по прямому его смыслу и тону (М. Драгомиров).

Нет зловреднее того, когда выводят солдата на учение задолго до намеченного часа. Ты назначишь в шесть часов, ротный прикажет привести в пять, а если не по разуму усердный, то и в четыре; а фельдфебель поднимет в два. Учение два-три часа, а мучения — четыре, иногда больше. Как поучат так неделю-другую, кто послабее, в госпиталь, а может, и дальше. Человек пропал, труды на выучку его тоже. Нужно учить, а не мучить (М. Драгомиров).

Развиваться воинский дух может только тогда, когда начальники не требуют автоматического исполнения, и наоборот, он гибнет, когда торжествует рутина, убивается энергия, принижается гордость. (П. Изместьев).

В письме к своему брату Фридрих Великий пишет: «На войне нужно рисковать иногда, но в то же время нужно уменьшить этот риск в возможной мере благоразумием». Генерал, по мнению Фридриха, должен осмотрительно взвешивать свои намерения (а это ведь равнозначно расчету), должен спокойно обдумать план действий и решительно приводить его в исполнение; необходимость может иногда заставить прибегнуть к самым отчаянным средствам, но, за исключением этого случая, следует поступать с осторожностью и действовать с осторожностью, так как тот наиболее ловок, кто меньше всего рассчитывает «на авось». Конечно, говорит он, нужно на войне иногда рискнуть, но, во всяком случае, и рисковать следует обдуманно (П. Изместьев).

Злоупотребление правами и властью так же вредно, как и допускать их бездействие. Применять права свои к делу надо так, чтобы они не нарушали прав подчиненного (П. Карцов).

При обращении с солдатом младший офицер должен иметь всегда в виду следующие, так сказать, основные правила: а) справедливость и одинаковую, разумную строгость, не зависящую от расположения духа и от других личных условий; б) последовательность требований, не допускающую порывов и суетливости; в) ровность обращения, не допускающую ни излишней суетливости, ни слабости или доброты, доходящей до фамильярности. Младший офицер, сегодня требующий одно, а завтра требующий другое, сегодня взыскивающий за то, на что вчера не обратил внимания, подрывает веру солдат в свое знание и навлекает на себя справедливый ропот. Всякое требование и указание, если они не всегда одинаковы, будут считаться или произволом, или капризом; г) не злоупотребление своею властью, доходящее до нарушения прав и самолюбия подчиненного. Последнее особенно важно в отношении унтер-офицеров, в которых не только следует уничтожать, а напротив, должно поддерживать самолюбие. Различие между званием офицера и нижним чином, кто бы он ни был, фельдфебель или рядовой, так громадно, что нет надобности поднимать его превышением своих прав или обращением, унижающим личность солдата; наконец, д) участие к положению и быту подчиненных младшему офицеру нижних чинов (П. Карцов).

Остатки кадрового состава сохранили доверие солдат [пример из 1-й мировой войны 1914–1918 гг.]. Хуже было с офицерами военного времени. Большая часть «прапорщиков» — случайного элемента в офицерских погонах — не сумели надлежащим образом себя поставить. Одни напускали на себя не принятое в русской армии высокомерие и тем отталкивали солдата. Другие безвозвратно губили себя панибратством, попытками «популярничать». Солдат чуял в них «не настоящих» офицеров (А. Керсновский).