Сергей Макаров – Пурпур. Феодосий Великий (страница 5)

Прокул морщится.

ТАТИАН

(с увещеванием, еще более горячо)

Да, сын мой, мы все служим императору! Он нас назначает и поручает часть управления. Мне он поручил управлять префектурой Востока, тебе – нашим великим столичным Городом, Руфину – внешней политикой, Аврелиану – юридическими делами. И каждый из нас должен служить императору, наилучшим образом выполняя на своей должности свои обязанности…

ПРОКУЛ

(морщась, нетерпеливо)

Отец, ты как в молодости привык, работая адвокатом, подчиняться, так и сейчас на высокой государственной должности думаешь о подчинении и служении.

(решительно)

А я с самого начала был государственным чиновником – я привык управлять!

ТАТИАН

(с легким раздражением)

Да, Прокул, я начинал свой путь с адвокатской практики – но благодаря этому я знаю, как тяжело взаимодействие с людьми, и с равными, и с высшими, и с низшими, как нужно уметь убеждать, уговаривать, приводить доводы в подтверждение или опровержение.

(назидательно)

И что лучше сотрудничать, чем соперничать.

ПРОКУЛ

(насмешливо)

И что, легко тебе сотрудничать с Руфином, который нас ненавидит?

(строго)

Ведь он – наш главный враг. Он хочет нас с тобой сместить.

ТАТИАН

(спокойно)

Сын мой, мы не должны думать о том, кто хочет нас сместить. Мы должны свою службу выполнять так, чтобы император был доволен нашей работой и сохранял наши должности за нами.

Прокул вновь морщится.

ПРОКУЛ

(немного раздраженно)

Отец, это понятно, что свои обязанности по должности нужно хорошо выполнять.

(с воодушевлением)

Но мы же влиятельны! Мы же с тобой очень влиятельны! И наше влияние под властью императора может быть безграничным! И никто, кроме императора, не может ограничивать наше с тобой влияние!

(хмурясь)

А Руфин нам завидует и хочет лишить нас власти.

(сурово)

Надо устранить Руфина.

ТАТИАН

(с явным опасением)

Что ты такое говоришь?

ПРОКУЛ

(уверенно)

Иначе он устранит нас.

ТАТИАН

(еще более обеспокоенно)

Что ты такое говоришь, Прокул? Мы должны просто выполнять свои обязанности по должностям, действуя по закону!

(с явной тревогою)

Что ты такое говоришь?!

ПРОКУЛ

(насмешливо)

Отец, ты как был адвокатом, так и остался – так всю жизнь и выполняешь свою работу, действуя законно.

ТАТИАН

(сдержанно)

Да, сын, я всю жизнь действовал законно: каков был закон – так я его и выполнял.

ПРОКУЛ

А Руфин не посчитается с этим, когда будет очернять нас, уговаривая императора сместить нас с наших должностей. Мы должны опередить его!

ТАТИАН

(с призывом)

Прокул!…

ПРОКУЛ

(приглушенно)

И потом, отец, ведь нас поддержит август Аркадий, а он – будущий император. Когда я руководил воздвижением Египетского обелиска на Ипподроме, я в отсутствие императора докладывал все ему, и он был благосклонен ко мне после того, как на барельефе я его портрет приказал изобразить самым крупным после портрета императора, даже портрет западного императора, Валентиниана, я приказал изобразить несколько меньше.

(с хитрым выражением лица)

Август Аркадий был очень доволен этим.

ТАТИАН

(опасливо, с тревогой в голосе)

Прокул! Прокул! Остановись! Не позволяй себе увлечься интригами! Не для того я поднимался по государственной службе сам, и тебя поднял по ней, чтобы ты рисковал своим положением участием в интригах.

ПРОКУЛ

Отец, пойми…

Входит Аврелиан, останавливается на входе. В руках у него свитки.