Сергей Махов – История британской Ост-Индской компании (страница 90)
Другая сторона не отставала в изуверствах и пытках — сексуальные насилия не только над женщинами, но и над девочками были для повстанцев нормой поведения. Людей рубили на куски, сжигали на кострах, скармливали тиграм, затаптывали слонами.
В бульварной псевдоисторической литературе муссируются дикие слухи о судьбе дочери генерала Уиллера, Маргарет-Ульрики — чуть ли не изнасилование слонами — но это преувеличение. По одной версии, девушка, впавшая во время резни в ступор, попала в плен лучнику. Мятежник-мусульманин взял девушку в жены (наложницы). По другой — более предпочтительной для англичан — Ульрика отважно отстреливалась и была зарублена.
Что касается ОИК — в августе 1858 года Компанию официально распустили, а в ноябре 1858-го в Индии распространили прокламацию королевы Виктории:
Мы решили. взять на себя управление территориями Индии, до сих пор управлявшимися по нашему доверению достопочтенной Ост-Индской компанией. Призываем всех наших подданных, проживающих на этих территориях, быть преданными и соблюдать истинную верность нам, нашим наследникам и преемникам и подчиняться власти тех, кого мы в будущем в то или иное время сочтем достойными управлять названными территориями от нашего имени. И настоящим мы утверждаем в занимаемых ими должностях, гражданских и военных, всех лиц, находящихся сейчас на службе Ост-Индской компании, которые будут подчиняться в будущем нашей воле и тем законам и постановлениям, которые могут быть приняты впоследствии… Мы знаем о привязанности, которую питает коренное население Индии к земле, унаследованной им от предков, и уважаем это их чувство; мы желаем защитить все его права на землю при условии, что будут в равной мере соблюдены интересы государства; мы желаем также, чтобы при установлении и проведении в жизнь новых законов уделялось должное внимание древним правам и обычаям Индии.
Мы глубоко сожалеем о бедствиях и несчастьях, в которые ввергли Индию действия честолюбцев, обманувших своих сограждан ложными сведениями и вовлекших их в открытый мятеж. Мы показали нашу военную мощь, подавив это восстание, мы хотим показать нашу милость, простив их проступки тем, кого таким образом ввели в заблуждение, но кто желает вернуться на стезю долга.
Наше милосердие распространяется на всех преступников, за исключением тех, кто был или будет признан виновником в том, что принимал непосредственное участие в убийствах британских подданных. По отношению к подобным лицам требования справедливости запрещают проявление милосердия. Всем остальным, принимавшим участие в восстании против правительства, мы настоящим обещаем безусловное прощение, амнистию и забвение всех преступлений, совершенных против нас, нашей короны и титула, как только они возвратятся домой и займутся мирными делами. После того как милостью провидения будет восстановлено внутреннее спокойствие, мы искренне желаем содействовать развитию мирной промышленности в Индии, способствовать общественно полезным работам и управлять Индией в интересах всех наших подданных, проживающих там. Наша сила будет заключаться в их процветании, наша безопасность — в их удовлетворенности и наша награда — в их благодарности. Пусть же всемогущий Бог дарует нам и всем, облеченным властью, силу выполнять все наши пожелания на благо нашего народа.
Часть XIX
Еще перед Крымской войной, в 1853 году, в парламенте часть фракций потребовали упразднения Ост-Индской компании. Ведь ОИК начиная с 1760-х годов для государства стала убыточным предприятием.
Помните, уже в 1773-м Компания испытывала финансовые трудности и стала одной из причин войны колоний в Америке за независимость? К тому моменту ОИК уже пять лет не могла выполнить платежные обязательства перед правительством и выплатить дивиденды акционерам — 20 миллионов тонн чая лежали нераспроданными на складах. Руководство обратилось за помощью к государству, Лондон дал кредит в 1,5 миллиона фунтов и право монопольной продажи чая в Америке, но за это потребовал признать первенство правительства в Индии над ОИК.
Во время следующего кризиса, в 1783 году, принят акт Питта, где опять-таки ОИК поступилась суверенитетом в обмен на кредиты и отсрочки.
В 1813 году — те же грабли, и ОИК потеряла монополию на торговлю с Китаем. Прошло двадцать лет, и в 1833 году ОИК опять на грани банкротства, и меняет привилегии на деньги — теперь монополию на торговлю с Индией, сохранив только административную и военную власть.
Наконец, роковая война с Бирмой подорвала бюджет ОИК полностью — общий долг возрос с 31 623 780 до 41 801 808 фунтов стерлингов. При этом Компания задолжала государству 630 тысяч фунтов. Грубо говоря, к 1853 году Ост-Индская компания оказалась полным и беспросветным банкротом. Но и далее ситуация не изменилась. Общий долг Компании в 1857 году, к восстанию сипаев, составлял 55,7 миллиона фунтов, в том числе в казну — 3,6 миллиона фунтов.
И все-таки мятеж стал последней каплей. Как мы уже говорили, на 1857 год в Индии находилось 311 тысяч штыков и сабель туземных войск, организационно сведенных в три армии — Бенгальскую, Бомбейскую и Мадрасскую. Кроме того, ОИК имела военный флот из 43 военных кораблей, на которых служили 273 офицера-европейца и до 10 тысяч матросов из местных.
С началом восстания администрация Компании полностью потеряла власть. Чиновники ОИК в страхе бежали, в районах же, не охваченных восстанием, отчеты местных комиссаров пестрели насилием, убийствами гражданских лиц, пытками, децимациями среди сипаев и т. д. Мятеж словно ярким светом осветил все безобразия и беззакония, творящиеся в Индии, и показал, насколько власть англичан непрочна.
До 1857 года аннексированы Пенджаб и земли сикхов, Бирма и Ауд, всухую выиграна война с Китаем, захвачены Новая Зеландия и Южная Африка. Кроме того, одержали верх, хоть и по очкам, в Крымской войне над Россией. Казалось, правь, Британия, правь. У нации появилась твердая уверенность в постоянном расширении империи. В мае 1857 года англичане испытали настоящий психологический и культурный шок.
В один миг, именно в психологии народа, вся уверенность в непобедимости исчезла. В мятеже искали происки русской или французской разведок, но отказывались признать очевидное — это была война индийцев против англичан, за самоопределение, если угодно — за независимость. Самое парадоксальное — именно англичане из кучи народов и народностей создали и выковали ту Индию, которую мы сейчас знаем. Британцы объединили территории от Цейлона до Пенджаба, ввели единые законы, налогообложение, создали единую армию, и тем самым поставили маратхов и майсурцев, сикхов и гуркхов, жителей Мадраса и Бомбея в совершенно одинаковое положение. Британцы создали морское сообщение между разными городами Индии, построили железные дороги, ввели начальное образование — причем иногда преодолевая предрассудки местных жителей — и к 1850 году создали то, что называется местной технической и гуманитарной интеллигенцией. Эта самая интеллигенция в конечном итоге и стала главным мотором восстания.
Сначала королева и правительство скептически отнеслись к сообщениям из Индии и думали, что рассказы о потере управления в колонии и дикой резне сильно преувеличены. Общественность же (если под ней понимать парламент) оказалась столь напугана, что подала официальное прошение о расследовании положения в территориях Ост-Индской компании.
7 октября 1857 года, названным позже
Парламент пришел в ужас. Депутаты требовали всего двух вещей — мести и наказания виновных. Месть мы достаточно осветили в прошлой части. Остановимся на виновных. После доклада комиссара палата общин стала требовать реорганизации правления в Индии. Выступая в палате лордов, герцог Аргайл осудил погоню ОИК за прибылями. Сэр Томас Эрскинс Перри произнес просто разгромную речь об эксплуатации Компанией местных жителей, по сути, обвинив чиновников ОИК в геноциде на завоеванных территориях. Критику подхватила оппозиция, тори писали в газетах, что политика ОИК стала причиной мятежа:
Наша мысль проста — если мы не заберем у Компании административные функции, если мы в очередной раз поверим обещаниям воротил из ОИК, в Индии будут новые восстания и мятежи, которые по кровопролитию затмят прежние.
Тори характеризовали мятеж как национальное восстание сипаев против британского правления.
ОИК припомнили все: и постоянные банкротства, и не отданные правительственные кредиты, и конфискации земель типа Ауда, и несчастный поход в Афганистан. Тори говорили: если мы хотим удержать Индию, надо создать там новый правящий класс, вырастить местную элиту, которая обязана Британии всем, и которая лояльна Лондону. Если эта новая аристократия заменит старую — Индия останется английской. Мы должны править доброй волей, а не военной силой.