Сергей Махов – История британской Ост-Индской компании (страница 55)
Необычная погоня длилась почти два часа. К 18.45 «Пауэрфул» почти нагнал француза и вскоре мог в позиции произвести полноценный бортовой залп. После такого поворота событий жизнь корабля Перро была бы яркой, но недолгой. Француз сдался. Англичане потеряли шестеро человек убитыми и 11 раненными, их враги — 2 человека убитыми и 6 раненными. Линейный корабль, противу всех законов физики, оказался довольно сильно поврежден, что произвело на англичан очень большое впечатление.
Британский историк Уильям Джеймс отмечает действия Перро как
После захвата «Брунсвика» терпение директоров ОИК лопнуло. Ренье заменили на более агрессивного Эдварда Пэллью. 6 августа Линуа заметил конвой из 11 торговых судов, следующих с товарами в Мадрас. Начав осторожное сближение, француз увидел, что на самом деле это 10 «ост-индийцев» в сопровождении срезанного 74-пушечного корабля «Бленхейм» под флагом контр-адмирала Томаса Трубриджа. Все же Линуа решил атаковать. Однако понимая, что «Бленхейм» с его двадцатью восемью 32-фунтовками на гондеке представляет для «Маренго» смертельную опасность, собрался устроить перестрелку с концевым торговым кораблем. Замыкающим оказался ветеран боя Дэнса, 24-пушечный фрегат ОИК «Камберленд», который в 17.30 затеял перестрелку с «Белль-Пуль».
«Бленхейм» же, увидев атаку, срочно пошел на сближение с «Маренго» по касательной, ведя шквальный огонь из нижнего дека левого борта. Линуа сразу же отвернул, и в 18.00 стороны вышли за пределы эффективного огня.
По старой доброй традиции, англичане выстроились в линию. Французы рассчитывали на ночную атаку. Однако ночью Линуа конвой… потерял, и смог навалиться на британскую линию только в 7 утра 7 августа. Чтобы не получить повреждений, затеял перестрелку на расстоянии в 1000 ярдов. Для справки: излюбленная британская дистанция боя — 50100 ярдов. Французы сражались на дистанциях до 300 ярдов. Это обусловлено тем, что на больших дистанциях точность стрельбы была фактически никакой, а скорость ядер снижалась настолько, что часто они не могли пробить борта. То есть цель стрельбы с 1000 ярдов одна — очистка совести.
Две колонны — английская и французская — следовали параллельно на расстоянии в 1000 ярдов и изредка вели беспокоящий огонь. Трубриджа это устраивало, ибо его главная задача заключалась в защите торговых судов. Линуа тоже был доволен — начальству можно отчитаться, что стрелял, да и корабли не повредят, а ведь ремонтировать их на Иль-де-Франсе и Реюньоне нечем.
При этом Трубриджу уже в сумерках совершенно случайно удалось попасть ядром на излете в грот-рею «Маренго», что и стало сигналом для Линуа о выходе из боя. На «Бленхейме» после двух дней столкновения было убиты 2 человека, на «Маренго» — 8 легко ранены, на «ост-индийце» «Ганджес» из-за взрыва собственной пушки убиты 2 и ранено 3 человека.
Линуа отошел к африканскому побережью. 13 сентября он достиг залива Саймон, Кейптаун, где надеялся соединиться с союзной голландской эскадрой. Но в Кейптауне он встретил только срезанный 74-пушечный «Бато», — на котором осталось лишь 36 пушек — текущий как решето и неспособный к выходу в море. Судно решили ремонтировать в порту, но работы затянулись — у голландцев склады оказались пусты. 15 сентября начался шторм. «Бато» и «Брунсвик» получили повреждения, «ост-индиец» в результате затонул, а фрегат «Аталанте» выбросило на берег, и для эскадры он оказался потерян.
10 ноября Линуа оставил Кейптаун и поплыл вдоль берегов Западной Африки в надежде перехватить британских купцов. Удача улыбнулась ему, в устье Конго он взял два приза, 29 января 1806 года у острова Святой Елены он столкнулся с американским торговым судном, от которого узнал, что Кейптаун захвачен британцами и как базу его использовать уже нельзя.
Корабли французов после трехлетнего плавания уже текли и настоятельно требовали полноценного ремонта. Линуа решил вернуться во Францию. 19 февраля французы пересекли экватор, и 13 марта 1806 года напоролись на эскадру Джона Борлэса Уоррена в следующем составе: 98-пушечный «Лондон», 80-пушечный «Фудроян» (флагман), 74-пушечные «Рамиллиес», «Хироу», «Намюр», «Фейм», «Корейджес» и 38-пушечный фрегат «Амазон».
За ночь 12 марта «Лондон», «Фудроян» и «Амазон» оторвались от остальных, и в результате оказались в 15 милях южнее своих 74-пушечников, когда заметили отряд Линуа, который к этому времени состоял лишь из «Маренго» и «Белль-Пуля». Капитан французского фрегата Ален-Аделаид-Мари Брюльяк доказывал Линуа, что скорее всего это боевые корабли и сближаться с ними не стоит. Но в этот самый неподходящий момент в Линуа взыграла гордость — он не забыл обвинений в трусости и осторожности от Наполеона и Декана. И пошел на сближение.
В 5.30 утра из предрассветного тумана на расстоянии в 10 кабельтов на «Маренго» вышел 98-пушечный «Лондон». Бежать было уже поздно, тем не менее французы попытались, пусть и безуспешно, это сделать.
«Амазон» затеял перестрелку с «Белль-Пуль», стараясь повредить последнему такелаж. Брюльяк решил помочь своему флагману и хоть как-то компенсировать его недостаток в вооружении относительно «Лондона». Пользуясь тем, что парусный корабль чаще всего сражается только на один борт, «Белль-Пуль» начал обстрел «Лондона» с «нерабочего» борта, не отвечая за залпы с «Амазон».
«Маренго» же вел спорадическую стрельбу, нанося повреждения британцу, но и сам получая по полной. К 8.30 «Амазон» сильно сблизился с французским фрегатом, и Брюльяк был принужден вступить в бой с британским 38-пушечником. В 10.25 подтянулся «Рипалс», который открыл огонь по «Маренго», в 10.50 — «Рамиллиес», и через 10 минут «Маренго» поднял белый флаг. Чуть ранее полностью изрешеченный «Белль-Пуль» капитулировал. Потери французов — 69 человек убитыми и 106 ранеными, в число последних вошли и адмирал Линуа, а также капитан «Маренго» Врино. Потери англичан — 13 убитыми, 27 раненными.
23 апреля британская эскадра вместе с призами попала в шторм. «Маренго» еле удержался на плаву, оказался сильно поврежден «Рамиллиес», однако корабли удалось спасти и вскоре они вошли на рейд Спидхеда. Французские суда вскоре восстановили и под собственными именами приняли в состав Роял Неви.
Последний бой Линуа провёл как следует. Его дуэль против «Лондона», который получил существенные повреждения, можно признать образцовой. Но общий результат крейсерства 1803–1806 годов плачевен — адмиралу не удалось нанести большие потери торговому судоходству англичан в Индийском океане. Общая сумма призов, захваченных эскадрой Линуа, составила 1.940.000 фунтов стерлингов, а это примерно 5 процентов от годового торгового оборота британской ОИК с Индией и Китаем.
Прежде чем высадиться на сушу, отметим, что Наполеон, крайне недовольный действиями Линуа, отказался обменять его на английских пленных. Лишь в 1814 году адмирал вернулся во Францию, получил пост губернатора Мартиники, но во время Ста Дней поддержал реставрацию Наполеона. В результате Мартинику молниеносно захватили англичане.
Надо сказать, что разгром Линуа привел к интересным последствиям. Робер Сюркуф решил тряхнуть стариной и показать, как надо воевать на море. Из книги Можейко «Пираты, корсары, рейдеры»:
«На пути вокруг Африки Сюркуф, придававший большое значение подготовке экипажа, по нескольку часов в день учил моряков стрелять из пистолетов и драться на шпагах. Он даже не пожалел денег на то, чтобы нанять специальных инструкторов, понимая, что в корсарском ремесле главное — уметь брать корабли на абордаж.
Прибытие Сюркуфа в Индийский океан было встречено французами с энтузиазмом. К этому времени английская блокада практически прервала все связи с Европой, и французским владениям в Индийском океане угрожал голод. От Сюркуфа ждали, что он в одиночку прорвет блокаду и обеспечит острова продовольствием. И он постарался оправдать ожидания соотечественников. Уже само его имя было залогом успеха. Английские торговцы готовы были сдаться Сюркуфу без боя, да и военные фрегаты предпочитали в одиночку не встречаться с ним».
В Сен-Мало по собственным чертежам Сюркуф построил 20-пушечный капер «Ревенан», обшитый медными листами для скорости хода. 2 марта 1807 года он вышел к Иль-деФранс, прибыл туда 10 июня, отремонтировался и в сентябре вышел в море, к Бенгальскому заливу. Победы следовали одна за другой — захвачены торговые суда «Трафальгар», «Мэнджес», «Адмирал Эльфин», «Сьюзанна Хантер», «Саксесс», «Форчун», «Нью Эндевор», «Колонель Макколей», «Уильям Берроуз», «Ориент» и «Жан Лабдам». Поставив в колонию 20 тысяч мешков риса вместе с призами, Сюркуф просто спас Иль-да-Франс от голодной смерти.
24 мая 1807 года Сюркуф атаковал идущий из Гоа «эн флюйт» 64-пушечный португальский корабль «Консесао-де-Санту-Антониу», реально несший 34 пушки (Португалия в конце 1807 года вступила в войну на стороне Англии). Корсар по старинке поставил все на старый добрый абордаж, подведя «Ревенан» вплотную к португальскому линкору и атаковав своими 120 матросами португальскую команду в 550 человек. После часа боя «Консесао-де-Санту-Антониу» захватили.