Сергей Львов – Двадцать неожиданных ответов на вопросы владельцев среднего бизнеса (страница 6)
– внешние риски:
> внешние форс-мажоры экономического и политического плана;
> попытки недружественного поглощения или целенаправленной атаки на актив;
> попытки административного давления на бизнес (неважно, с какой целью);
б) личная безопасность собственника (в некоторых случаях сам бизнес может стать для владельца источником вполне реальных физических угроз – например, уголовного преследования: достаточно вспомнить сравнительно недавние громкие дела о пожарах в ночных клубах и торговых центрах);
в) излишняя личная ответственность собственника (например, в некоторых схемах один из собственников может отвечать по обязательствам компании всем своим имуществом, у остальных такой ответственности может не быть).
В данном контексте имеется в виду соблюдение бизнесом действующего законодательства. Налогового, гражданского, трудового, миграционного, природоохранного и прочих требований регулирующих органов. Увы, с каждым годом «гайки затягиваются», и любые нарушения стОят все дороже и дороже.
Для большинства бизнесов вопросы «законности» для структуры наиболее актуальны в случае присутствия в группе компаний бизнес-единиц на льготных режимах налогообложения («упрощенка», «патенты» и т.п.).
Чтобы не попасть под подозрение в незаконном «дроблении», для таких структур важно соблюдать четыре принципа построения:
Иными словами, один бизнес-процесс (например, производство или логистика) не должен явно искусственно «натягиваться» на несколько разных юридических лиц или ИП. И, с другой стороны, не должно быть неоправданного «совместительства» (например, когда руководитель одного юридического субъекта по факту управляет сотрудниками другого, де-юре не являясь их руководителем).
Если бизнес-единица выделена в обособленный юридический субъект, это должно быть экономически целесообразно – налоговая экономия НЕ является главной целью, а возникает лишь как попутный эффект. Иными словами, компания должна иметь полную экономическую и управленческую самостоятельность.
Особенно у ключевых сотрудников. Нередки ситуации, когда де-юре человек числится руководителем одного из подразделений (например, коммерческой службы), а де-факто рулит всей компанией. То есть принимает большинство решений, определяющих деятельность бизнеса.
Или наоборот: де-юре сотрудник является генеральным директором юридического лица, хотя де-факто – он просто завскладом.
И то, и другое легко вычисляется и «подшивается к делу».
У каждого выделенного юридического субъекта должно быть достаточно ресурсов для ведения самостоятельной деятельности. Под «ресурсами» здесь мы понимаем наличие соответствующего и достаточного персонала, имущества, финансирования, информационных систем и т.п..
Например, если юрлицо вдруг использует непонятно кому принадлежащую и непонятно кем обслуживаемую информационную систему на чужих серверах – за это легко «зацепятся».
Здесь у Вас явно должен возникнуть вопрос: «Хорошо, и КАК стать ежиками?»
То есть требования понятны, но их много, и голова уже опухла… Как все эти требования выполнить?
К счастью, это вполне реально. Рабочий инструментарий для каждого пункта существует, и большинство инструментов будут рассмотрены в этой книге (например, вопросы №5 о выборе организационно-правовой формы и №6 об оформлении взаимоотношений с партнерами).
Строго говоря, большинство вопросов, которые мы с Вами рассмотрим далее, как раз и являются частными аспектами вопроса о структуре бизнеса.
Вопрос №5. Какая организационно-правовая форма лучше?
Подтекст вопроса
На самом деле, данный вопрос со стороны владельцев бизнеса возникает нечасто. А зря… Особенно в контексте проектирования или реорганизации структуры группы.
Казалось бы, очевидный ответ
Но зачем «огород городить»? Вот ведь есть ООО и ИП, «все так делают», и «мы всегда так делали»… Зачем усложнять?
В чем проблема с якобы очевидным ответом
То, что «все так делают», совершенно не означает оптимальность именно данного выбора.
Условно говоря, теоретически можно построить дом с помощью одного только топора, без единого гвоздя. Если основная цель в том, чтобы похвастаться такой доблестью – наложение на себя подобных ограничений может иметь смысл. Но вот только санузел явно будет «на улице».
А вот если цель – построить максимально качественный дом с минимальными затратами ресурсов, тогда уже неплохо бы иметь в своем арсенале и пилу, и шуруповерт, и уровень, и бетономешалку, и «паяльник» для полипропиленовых труб, и так далее, и тому подобное.
Примерно та же картина и с организационно-правовыми формами (далее – ОПФ). Современное российское законодательство дает нам довольно интересный набор возможного инструментария, и грех им не воспользоваться.
Не вполне очевидная реальность
Какие же у нас есть альтернативы для ООО и ИП? Давайте вкратце рассмотрим наиболее интересные из них.
Интересно тем, что позволяет обеспечить сравнительную анонимность акционеров (в ЕГРЮЛ попадают лишь акционеры-учредители, дальнейшая судьба акций и их держатели в ЕГРЮЛ не отражаются).
Еще один важный момент – в отличие от ООО, из АО нельзя просто выйти, забрав свою долю имущества (обязанность выкупа акций АО возникает только в определенных Законом случаях). Можно только продать свои акции – либо другим акционерам, либо третьим лицам.
Интересен в первую очередь возможностью создавать «неделимый фонд имущества», что иногда используется при организации «хранителя активов» в группе. Иными словами, на это имущество не может быть обращено взыскание по долгам учредителей (пайщиков).
Производственный кооператив – также неплохой вариант для организации бизнеса, учредители которого вносят свой вклад в первую очередь трудом. Еще один плюс данной ОПФ – в определенной экономии на страховых взносах при получении пайщиками дохода.
Кроме того, дополнительная привлекательность производственного кооператива заключается в широких возможностях регламентации для вопросов включения и исключения пайщиков (по сравнению, например, с ООО, где принудительно вывести участника из бизнеса невозможно).
Данная организационно-правовая форма предполагает объединение как минимум двух юрлиц или индивидуальных предпринимателей для организации совместной деятельности. В отличие от «простого товарищества» или «инвестиционного товарищества», которые представляют собой виды договорных отношений, полное товарищество – это юридическое лицо.
В рамках группы компаний данная организационно-правовая форма может быть привлекательна как инструмент, позволяющий совместно использовать имущество участников (при этом само имущество остается в собственности его владельца). При этом прибыль товарищества облагается у его участников по используемым ими ставкам.
Изначально данная ОПФ создавалась законодателями для решения задач инновационного бизнеса и венчурных инвестиций.
И примечательна она своей гибкостью в плане регулирования отношений между партнерами – в распределении прибыли, входа и выхода (вкл. принудительный выход), распределении прав и обязанностей, а также во многих других полезных аспектах.
Соответственно, на хозяйственное партнерство имеет смысл обратить очень пристальный взор в тех ситуациях, когда бизнес управляется несколькими активными партнерами.
При формировании и/или реорганизации группы компаний также можно и нужно использовать структуры, которые, строго говоря, не являются организационно-правовыми формами (т.е. формами юридических лиц). А именно – так называемые «договорные конструкции».
Например, договоры товарищества, в рамках которых партнеры объединяют свои вклады и совместно действуют без образования юридического лица.
Наиболее распространенные из них – это:
1) договор простого товарищества – любая совместная деятельность, направленная на получение прибыли; и
2) договор инвестиционного товарищества – объединение для реализации инвестиционных проектов.
В рамках группы компаний такие договорные конструкции успешно используются для решения самых разных задач – защиты активов, перераспределения финансовых потоков, использования имущества одних компаний группы другими, обеспечения скрытого владения бизнесом, структурирования управляющих компаний, решения вопросов наследования и т.п.