Сергей Лукьяненко – Война и мир в отдельно взятой школе (страница 18)

— …Я и тебя хотела вылечить — папа не дал, он же у нас традиционалист, — продолжала мама. Кажется, она говорила что-то и до этого. Аня просто не слышала, вспоминая. — Но ради этого моего дара он и женился. Да-да, я ведь еще и клады умею видеть. Он тогда был увлечен археологией, мы в университете вместе учились. Я ведь по образованию гидролог. Вода…

Мама не договорила. Зазвонил ее мобильный. Ошарашенная Аня скосила глаза: на экране было написано БАТЯ.

Прислушиваясь к словам мамы, Аня думала: что за батя? Мамин отец умер, бабушка жила одна, родители папы были в том же составе — только бабушка. Мама могла звонить на тот свет?

И зачем мама вдруг ей про себя рассказала? Придумала себе такой светлый образ, потому что поняла, какой курицей была все это время? Или наоборот… Все эти годы она специально выстраивала имидж глупенькой беспечной красотки? Имидж. О-о…

— А теперь пришло время, когда ты должна стать моим союзником, — обрывая размышления Ани, сказала мама. Няшечным своим голосочком. — Ты думаешь, папа из своих бизнес-соображений сносит квартал? В Новой Москве сейчас гораздо выгоднее строить. Нет, Аня, квартал этот хочу снести я, и мне удалось грамотно вложить папе в голову то, что теперь он считает своей идефикс и ради чего готов на многое.

— Но зачем сносить-то? Раз в Новой Москве выгоднее строить?

— Я гидролог. Они археологи. А здесь течет подземная река. Когда еще при царе построили водокачку, чтобы она снабжала водой этот квартал, русло реке перерубили, и воды ушли куда-то в сторону. На месте вашей школы когда-то стоял храм, при храме святой источник… А дальше как в сказке — в определенное время он становился более святым, в определенное — менее. Можно было объяснять это плохим поведением паствы, а можно…

— Свойствами воды! — ахнула Аня.

Оказывается, с мамой тоже было интересно говорить! И ведь тоже о спасении людей. Ане уже и так хотелось поспорить с папой и доказать, что бездомному надо дать не ужин и ночлег, а дом и работу, но…

— Но есть проблема, — вздохнула мама, паркуясь на подземной стоянке, — и не одна. Так что давай обсудим вот что…

Наступила ночь. Патимейкеры всё убрали и ушли. Перед сном уставший Петр обошел свои владения. Все стояло и лежало на привычных местах. Даже артефакты на столе были выложены как по линеечке. Только альбома с фотографиями среди них не было…

Глава 8

Засохший дуб

Мария Ботева[19]

— Слушай, сколько можно? — спросил Безнос и уселся на ближайшую лавочку в торговом центре. — Ты думаешь, обязательно покупать сегодня?

Уже часа два они с Лелей Абрикосовой бродили по «Изуми Plaza», обходя салоны связи один за другим. Откуда-то Леля знала про все модели телефонов не хуже продавцов этих самых салонов. И она рассказывала о них Пете так, что ему хотелось купить буквально каждый телефон. Но чем больше она говорила, тем неувереннее он становился. Мямлил, что ему надо подумать, и они шли в другой магазин.

Леля, кажется, надулась:

— Покупай тогда сам, чего я время трачу?

«И правда, чего она время тратит?» — подумал Петя. На каждой перемене Абрикосова заваливала его названиями моделей телефона. Каждая была как-то оценена:

— Отличный телефон! — говорила она про некоторые. — Если не будет лучше, сойдет, — про другие.

Вот и вся разница.

После уроков она сказала:

— Так, я все поняла. Пойдем вместе, — и взяла его под руку.

Дядя Федор заикнулся было, что пойдет с ними, но Леля отвернулась и вышла с Петькой на улицу. Тот только успел оглянуться и увидеть, как Дядя Федор стучит пальцем по виску.

И вот теперь они с Абрикосовой торчат в этой «Плазе».

— Слушай, ну давай зайдем куда-нибудь. Есть охота, — сказал Петька.

Абрикосова оживилась:

— Может, к тебе? Закажем пиццу.

Петька поморщился. Он бы с радостью пошел в свое убежище, но один. Не зря ли он раскрыл всему классу квартиру в Колпачном? Хотя от пиццы он бы не отказался, пожалуй.

— Не хочешь? — Леля села рядом, посмотрела ему в глаза так, что Безносов смутился.

— Нет, давай пойдем, конечно.

Они встали, пошли к выходу.

«Ты скоро?» — пришло сообщение от Дяди Федора, а следом за ним от Лубоцкого.

Лубоцкий спрашивал, где его носит.

Черт! Он же договорился встретиться с Андреем и Федькой, обсудить историю с пропавшим альбомом. Больше он никому не рассказал об этом. Решил пока понаблюдать за одноклассниками, вдруг кто-то выдаст себя?

— Слушай, Лель, — начал Безнос виноватым голосом, — ты извини. Мне тут надо отлучиться. Срочно.

— В смысле?

— В смысле, я уже договорился. Давно уже, то есть сегодня. Совсем забыл. Извини еще раз.

И он буквально растаял. Был — и нет. Абрикосова даже головой потрясла и заморгала почаще: вдруг показалось и Безнос на самом деле где-то рядом. Нет.

Дядя Федор с Лубоцким уже ждали его возле дома в Колпачном. Консьерж слегка кивнул головой, когда они прошли мимо него.

— Держи, — сказал Федька в квартире и отдал Пете большой пакет, — поедим.

— Что ты думаешь? — спросил Андрей, вытаскивая из пакета хлеб, колбасу и колу.

— Абрикосова? — предположил Безнос. — Целый день рядом крутится.

Федька закашлялся и снова покрутил у виска, как в школе:

— Дурак. Это же Абрикосова. Она вчера увидела твою хату, угостилась на пиру. И готово.

— Что готово? — не понял Петя.

— Взялась за тебя, — объяснил Лубоцкий. — Больше никаких мыслей нет?

— Чаю бы.

— Хорошая идея, — одобрил Дядя Федор. — Но я одного не понимаю: кому это надо?

— Колы не хочется, — сказал Петя.

— Да я не о том! Про фотоальбом! — сказал Федька. — Вчера же решили, что все, больше в это не лезем.

— Лезем, не лезем. А что-то там было, в этом альбоме.

— Давайте рассуждать логически, — предложил Федор. — В альбоме фотографии. Так? На фотографиях твой отец и другие люди. Так? Значит…

— Ну? Дальше-то? — спросил Петя.

— Надо искать среди тех, кто есть на фотографиях.

— Браво, — оценил Лубоцкий и нажал кнопку включения на своем смартфоне, — искать будешь долго. Кажется, никто из наших со старшим Безносовым знаком не был.

— А Аня? Шерга? То есть ее отец? Мой-то его знал. Даже собирался звонить. И этот, Батай…

— А вчера пришла ее мамаша. Внезапно. — Дядя Федор не слышал его и продолжал рассуждать логически.

— Ясно. — Лубоцкий начал что-то искать в телефоне. Потом приложил его к уху. — Добрый день, — сказал в трубку, — будьте добры, мне нужен Павел Николаевич. Кирилл Безносов. Да.

Дорохов и Безносов посмотрели друг на друга. Кажется, каждый увидел тревогу в глазах друга.

— Умер не умер, — продолжал говорить Лубоцкий, — а разговор к Павлу Николаевичу есть. Хорошо. Жду, — и нажал отбой.

— Э-э-э, — протянул Петя.

— Что это было? — спросил Дядя Федор.

— Ждем, — ответил Андрей. — Можете засекать время, — и посмотрел на часы. Достал из рюкзака энергетический батончик и не спеша распечатал его.

— Погоди, — сказал Петя, — ты позвонил Шергину?

— Правильно мыслишь. Только не ему самому, а в приемную его конторы.

— И что? Ты что, представился моим отцом?