Сергей Лукьяненко – Территория Дозоров. Лучшая фантастика – 2019 (страница 33)

Зато будут еще экспедиции с запахом глины и можжевельника.

Зато можно и дальше делать вид, что то, чем ты занимаешься, кому-то в этом мире нужно.

Зато она сделает еще несколько открытий, успеет сделать, она еще не старая. Отроет как минимум еще одного динозавра – травоядного, хищного или тетраэдрического.

А ночами ей будет сниться, как она засыпает в своей стае, среди любимых своих «дино», уютно свернувшись эмбрионом, в мире, который так свеж и счастлив пятьдесят миллионов лет назад…

– Как погода в мезозое? – поинтересовался седоусый и седобровый вохровец дядя Вова, вывешивая ключи от ее кабинета на сответствующий крючок. Он всегда шутил одну и ту же шутку.

– Переменная облачность. Местами град из фекалий, – спокойно отвечала Аликс.

Александра Давыдова

Русалка острова Старбак

Дело номер 112 (студенческий кампус 4, о-в Старбак).

Опись улик.

…

…5. Блокнот-шкатулка со стопкой отдельных листов внутри.

Обложка с голограммой: перевернутый якорь цепляется за звездное небо. На нем висит девочка в тельняшке и синей юбочке. При смене угла обзора якорь раскачивается. Девочка болтает ногами и смеется.

Все листы исписаны одной и той же рукой. Графолог подтверждает: почерк принадлежит Тернеции.

Все листы пронумерованы в правом верхнем углу (карандашом).

Результат экспертизы: цифры проставлены позже, чем были сделаны записи.

…

А) Папа молодец

В) Лайнер: вердикт

С) Старбак: начало

D) Этот парень:)

Подробнее:

А ведь я поцапалась с папой, когда он сказал, сколько стоит этот «отдых» в летней школе. Хватило бы на десяток свитков для коллекции. Но мою каллиграфию он не одобряет, а раскопки – пожалуйста. Лишь бы дома не сидела. А сам сидит круглыми сутками в своей криоклинике в Лионе. Тоже мне пример детям. Вместо того чтобы нормально поговорить в дни перед отъездом, злился и рассказывал про какую-то «страшную» аварию, которая приключилась на работе. Я не вникала. Еще чего.

Но долго дуться все равно не получилось. На Старбаке лучшее кладбище метеоритов и тарелочек. Истоптанное, правда, и вряд ли тут накопаешь даже на проект, не говоря о дипломе. Но студентов вообще мало куда пускают.

Зато цены соответствуют. Просто космос (проверить это на своей шкуре, но не увлекаться).

И атмосфера (это уже к третьему пункту).

Я даже пожалела, что тайком поменяла билет на лайнер попозже. Оторвались с девчонками в Марселе (без присмотра взрослых), а потом разъехались туда, где уже две недели как были (должны были быть). Они в Марокко, я – сюда.

Плыли скучно: пенсионерский лайнер без вечеринок, почти все по шезлонгам на палубе сушатся, как морские звезды на прилавке.

Вывод: мне нравится море (океан?) у берега, когда есть движуха. Мне не нравится море (особенно океан) в центре, потому что скука смертная.

Единственная радость – этот блокнот из сувенирного отдела. Как будто меня только и ждал. Буду делать записи каждый день и складывать сюда, перед возвращением отправлю сама себе.

Бумажное письмо как будто из прошлого.

Когда за бортом появился остров, стало веселее. Он странный.

Сложно сказать: когда смотришь на берег, дома и камни, все кажется бесцветным. Серо-акварельным. Когда начинаешь всматриваться в отдельные детали, появляется цвет. Ярко-зеленая трава, пятна кустов, какие-то то ли дорожные знаки, то ли люди… Издали не разглядишь.

Такое впечатление, что две картинки слепили не до конца (NB! рисовать на досуге; разведать, продаются ли тут мелки и линеры).

Последние десять минут до входа в порт мы плыли очень близко к набережной. Велодорожка, автоматы с мороженым и скамейки в виде грубо обтесанных валунов – блин, почему они здесь не сделали фотки для сайта кампуса, а выложили скучные здания и кафешки? Тогда я бы не так возмущалась этой летней ссылке.

А потом я увидела его (NB! Тен, если ты напишешь хоть раз это местоимение с большой буквы, как в женском романе из сестровней подписки на Амазоне, побейся головой об стол. Это должно тебя отрезвить).

По набережной шли ребята. Спорили, размахивали руками, дергали друг друга за рукава, толкали в бок. А чуть впереди – он. Океан рядом ему очень подходил. С таким острым подбородком, и взглядом вдаль, и разлохмаченной челкой нужно стоять рядом с каким-нибудь маяком и смотреть на волны. Высматривать «Летучий голландец» из-за горизонта, самую большую волну столетия или хотя бы бурю. Он был весь как будто нарисованный остро заточенным грифелем. Угловатый, дерганый, сделанный из линий, а не из ярких пятен. И какой-то ужасно несчастный. Шел, смотрел вперед и одновременно в никуда. Даже не покосился на проходящий корабль. Хотя… что бы я стала делать? Помахала рукой? Улыбнулась?

Глупости какие.

Интересно, тут все живут плюс-минус в одном месте? У нас получится познакомиться?

P. S. Лишь бы он не уезжал на этом лайнере.

А) Оргмоменты

Подробнее:

За сегодня будет две записи. Прошлый лист уже закончился, а я все еще жду, когда меня поселят.

Из-за того, что я не приехала две недели назад, бронь, видимо, аннулировали (хорошо, что писала им, что задержусь, и сохранила отчет о доставке мейла, – теперь они выкручиваются и извиняются). Типа, кто-то заехал по похожему номеру, а они не проверили личность… Да-да, так и поверила.

Предлагают сегодня переночевать в гостевом хостеле в порту, оставив чемодан здесь в камере хранения, а завтра вроде как будет свободна комната (NB! Здание 44, 2-й этаж, левая 2В). Они все никак не выяснят, съехала оттуда студентка или нет.

Держу кулаки, чтобы съехала. Посмотрела на плане – место классное, корпус с окнами на море, там как раз начинается велодорожка.

И рядом лабораторный блок.

А) Утро

В) Лаба: огонь (!)

С) Дарен: еще больше огня (!)

D) Ребята

Е) Приплыла окончательно

Подробнее:

Хостел нормальный, хотя почему я должна платить за него сама (с комнатой-то намутили они) – неясно. И вообще с деньгами плохо. На счету внезапно выбран весь овердрафт, и что с этим делать – непонятно (хотя понятно; гулять надо меньше).

Думала, тут снятся космические сны, даже сложила лист и стил под подушку, но зря. Абсолютная, полная темнота. Как свет выключили.

Никакого предчувствия (не быть мне экстрасенсом!).

С утра я сначала зашла в лекционный корпус. Там красиво (он похож на аквариум с фасеточными стеклостенками), но довольно уныло. Говорят, что движуха по субботам, когда читают приглашенные звезды, и по воскресеньям, когда устраивают отчеты по полевой работе. На дворе вторник, так что веселья ждать долго.

Тогда я двинулась в лабу, и вот тут тоску как ветром сдуло. Сорвало, если говорить точнее. Хорошо, что не вместе с головой.

Я зависла у стенки с монитором расписания, но он заглючил и начал мигать. Тут мимо меня по коридору пробежали двое – я оглянулась. Похоже на тех, вчерашних ребят. Я пошла следом, свернула за ними на лестницу, потом в большую комнату…

Что я успела увидеть? Большой обломок будто из графита с разводами бензинового цвета. Он загибался подковой: один конец – на середине комнаты, другой, словно аккуратно отпиленный, с отполированным торцом, оказался совсем рядом со мной. Почти упирался в стену у двери. Двое взрослых мужчин (один бородатый) – они стояли чуть в стороне, лицом ко входу. Пятеро человек – ко мне спиной. Или шестеро (потом проверила – все же пятеро).

Ничего больше не успела разглядеть.

Бахнуло так, что стеклянная крыша посыпалась на пол осколками. Я испугалась на секунду, что оглохла. Сразу после взрыва в ушах запело тонко-тонко. Потом как будто отпустило. Я шагнула вперед. В глазах плыло, впереди кто-то барахтался на полу. Мне стало смешно…

Потом я, видимо, потеряла сознание.

Пробуждение как в женских романах (NB! Ни в коем случае не рассказывать сестре). Меня держал (прямо вот в обнимку!) тот самый он (с маленькой буквы) и все спрашивал:

– Ты в порядке? Ты как?

Вот что шок с людьми делает.