Сергей Лукьяненко – Спасти человека. Лучшая фантастика 2016 (страница 51)
– Тогда придумывай давай, пока время есть.
Снова захотелось надраться и решить тем самым все свои проблемы. Однако пили они легкий коктейль, а им еще поди надерись!
– Кого больше боишься: отца или мать?
– Отца… Хотя… – Влас задумался. – Характер у него, конечно, тяжелый, зато в душу не лезет, не выпытывает ничего…
– А мать?
– Мать – ангел… – с невольной улыбкой ответил он.
– …но в душу – лезет, – тихонько добавила Арина.
Ответом был прерывистый вздох.
– Нормальная ситуация, – утешила она. – Типичная. Может, тебе им сразу позвонить, признаться?
– Нет! – Он вздрогнул.
– Все равно ведь придется.
– Знаю… – уныло откликнулся Влас.
– Так, – решительно сказала Арина, с твердым стуком опуская кончики пальцев на край столешницы. Словно аккорд на рояле взяла. – Прежде всего… Чего ты конкретно боишься? Последствий? Или родителей огорчить?
– Пожалуй… огорчить…
– Уже огорчил. Дальше.
– Дальше… – Плечи Власа опали, голос стал невнятен. – Не знаю, что дальше…
– Так, – повторила она. Достала из сумочки гелевую ручку, положила перед собой салфетку и разделила ее надвое вертикальной чертой. – Слева пишем все плюсы и минусы, если ты возвращаешься в Суслов…
– А справа? – встрепенулся Влас.
– Справа – если не возвращаешься.
– Да ты что? – ошалел он. – С ума сойдут! Вернутся – меня нет, мебель раздолбана… Что они подумают?!
– Могу тебе сказать совершенно точно, – с невозмутимым спокойствием известила Арина. – Если не позвонишь, подумают, что квартиру ограбили, тебя убили, а труп вывезли…
Влас даже не застонал – он заскрипел.
– Вызовут полицию, – безжалостно продолжала она. – Полиция поймет, что ограбления не было, а убийство, может, и было… Заведет дело…
– Перестань… – взмолился он.
– Короче, звони давай. Свяжешься, скажешь: нашел работу за границей… Кстати, в Суслове ты чем занимаешься?
– Да ничем пока… Провалил сессию, отчислили…
– Как это ты?
– Да так… – с досадой признался Влас. – Закрутил там с одной… с Маней… учебу забросил…
– Это та, что на фотке? Якобы одноклассница?
– Ну да…
– А родители?
– Чьи?
– Твои.
– Достали…
– Ага… – глубокомысленно промолвила Арина, склоняясь над салфеткой и ставя справа плюс, а слева минус. – Тут – есть чем заняться, там – нет…
– А жить я здесь буду где?! – заорал выведенный из терпения Влас – шепотом, чтобы внимания не привлекать.
Арина взглянула на него с каким-то даже опасливым недоумением, словно бы усомнясь в нормальности собеседника. Снова склонилась над белым квадратиком салфетки: слева поставила плюс – и справа плюс. Поровну.
С каждой новой пометкой происходящее все меньше и меньше нравилось Власу. Такое ощущение, будто в зыбучем песке увязаешь. Снова вспомнились предостережения роковой дамы с чувственным ртом.
– Да не в том же суть… – попытался трепыхнуться он. – Я ж здесь не выживу!
– Почему?
– Воровать не умею!
– А и не надо. Отмазка есть – и ладно. Чего ты волнуешься? У нас тут с иностранцами знаешь как нянчатся! Души не чают… Забавные они…
– А как же таблички… на автовокзале? Это ж для приезжих, наверное!
– Да кто на них вообще внимание обращает! Торчат и торчат…
– А если я к честной жизни привык?
– Честная жизнь? – И она опять взглянула на него с тревожным недоумением. – Да ты хоть знаешь, что это такое? Это когда все следы так заметены, что ты и сам про них забыл!
– Да я не о совести, я о понятиях! Вот, скажем, «мог украсть – не украл»? Я ж тут из салочек вылезать не буду!
– Иммигрантов не осаливают!
– О господи… – обессиленно выдохнул Влас и ослабил ворот рубашки. – А можно чего покрепче выпить?..
У возникшего из сумерек пожилого официанта было мудрое отрешенное лицо, а наличие пистолетной рукоятки под мышкой делало его еще мудрее. Приспустив дряблые веки, седой гарсон с почтительнейшим видом выслушал заказ, затем исчез и возник снова.
– Вы слушайте ее, молодой человек, слушайте… – учтиво шепнул он, переставляя полный коньячный бокал с подносика на скатерть. – Хорошему не научит…
Салфетка была исчеркана почти донизу, причем минусов слева накопилось заметно больше, чем плюсов. Справа – наоборот.
– Ну? – сказала Арина. – По-моему, все очень наглядно…
Влас закряхтел.
– Сколько можно на шее сидеть у папы с мамой! – надавила она.
– Хочешь, чтобы я на твою пересел?
– Тебе не нравится моя шея?
Влас посмотрел. Стройная была шея, нежная, чуть загорелая. С ямочкой под горлом.
– Ладно… – глухо выговорил он. – Допью сейчас и позвоню…
– Может, сначала позвонишь, потом допьешь?
Влас решительно помотал головой.
– Нет. Перед расстрелом – положено…
– Ну, давай тогда я позвоню.
– С ума сошла?
– Власик… – глядя на него с умилением, укоризненно произнесла Арина. – У меня будущая специальность – бытовая интрига. А ты сейчас все испортишь… Нет, вы только посмотрите на него! Его же выручить пытаешься, а он…