Сергей Лукьяненко – Космическая фантастика, или Космос будет нашим! (страница 77)

— По голосу.

— Но я не произнесла ни слова. — Бетт перевела беспомощный взгляд на Вулича.

Я пожал плечами.

— Почему меня вычеркнули из списка, инспектор? — Похоже, Бетт Юрген не умела кривить душой. — Мне необходимо переговорить с вами.

— У меня очень мало времени, — сухо объяснил я. — И вообще, на Несс я занимаюсь достаточно узкой проблемой.

Красивое лицо Бетт Юрген перекосило от ненависти.

— «Узкой проблемой»! — задохнулась она. И возмущенно выдохнула: — Ваш Лин дальновиден, как крыса!

В этот момент я действительно не завидовал Лину.

Бетт Юрген всего было природой отпущено сверх меры — и красоты, и ненависти, и обаяния, и издевки. Даже бесформенный пепельный балахон ничуть ее не портил. Вот только перчатки…

— Вам холодно? — спросил я.

— Нет, — резко ответила Бетт и спрятала руки за спину.

С непонятной мне ненавистью она всматривалась в меня, оценивала каждый мой жест. Потом чуть ли не через силу выдохнула:

— Почему вы?

— Не понимаю.

— Почему вы? — повторила с тоской Бетт Юрген. — Воронка существует много веков. Она существовала до вас, до меня, до этой крысы Лина. Она существовала еще до того, как на Несс высадился Нестор Рей. Может быть, Воронка существует миллионы лет. Почему же Лин так уверенно говорит: «Воронки больше не будет». А потом прилетаете вы? Я много слышала о вашем мерзком Управлении, но какое дело Управлению до планеты Несс?

— Колонию Несс основали земляне, — сухо напомнил я. — Несс — неплохое место, готов это признать, но на Несс, как на многих других планетах, время от времени возникают вполне реальные проблемы.

— Зоран, — беспомощно протянула Бетт, — почему они все такие? — Ее голос вновь наполнился гневом. — Зоран, почему они всегда готовы лететь туда, где обнаруживается хотя бы слабый намек на чудо? Зоран, почему они весь мир считают своим? Они же поденки, а Космос бесконечен. Они же всего поденки. Они живут так мало, что не успевают осмыслить даже собственную жизнь. Почему же, Зоран, они считают Космос своим?

— У нас есть некоторое право на это, — сухо возразил я, понимая, что Вулич, привычный к эскападам своей подруги, вряд ли придет мне на помощь.

— Право?! — Бетт Юрген задохнулась от возмущения. — Вы таскаетесь из одной галактики в другую в своих тесных смердящих ящиках, и все, к чему вы прикасаетесь, приобретает вкус обыденности и скуки!

Вулич успокаивающе положил свою лапищу на тонкую руку Бетт, обтянутую перчаткой.

— Земля далеко, — вздохнул я. — Жаль, что наши корабли кажутся вам и тесными, и смердящими. К сожалению, других у нас пока нет. Но когда-нибудь, Бетт, мы непременно поставим себе на службу что-нибудь более эстетичное.

— Но зачем? — спросила она все с тем же отчаянием. — Зачем вам все это?

— Затем, что одни долго учились этому делу, — сухо объяснил я. — Затем, что другие с детства мечтали увидеть другие миры. Затем, что третьи искренне желают приумножить богатство и силу Земли.

И сам спросил:

— Разве вам не хочется того же? Вы вот лично, когда вы в последний раз были на Земле?

— На Земле? — Бетт посмотрела на меня с отвращением. — Я никогда не была на Земле.

— Как? Совсем? — опешил я.

— Я родилась на Несс. — Впервые за все время беседы на бледном лице Бетт Юрген проскользнула слабая тень улыбки. — Несс — моя планета. Мне здесь нравится. Что мне делать на Земле?

— Но вы же не хотите, чтобы о планете Несс забыли? Вы ведь не хотите, чтобы планета Несс затерялась где-то на забытой богом обочине?

— «На обочине»! — Бетт презрительно усмехнулась. — Обочины тоже бывают разные. Есть, например, такие прекрасные обочины, куда каждый норовит свернуть. Хорошо бы вам забыть про их существование. — Бетт Юрген обвела взглядом пустой зал и твердо закончила: — Нам все-таки надо поговорить, инспектор.

Я сдался.

— Завтра, — сказал я. — Вечером после одиннадцати. Надеюсь, вас не смущает время?

И объяснил:

— Я освобождаюсь только после одиннадцати.

— Завтра?.. — Бетт непонимающе уставилась на меня. Потом что-то дошло до нее, и ее глаза помрачнели: — Ладно, пусть будет завтра… Может, это лучше, чем никогда…

И, кивнув, она пошла к выходу, удивительно прямая и легкая даже в своем бесформенном балахоне.

— Вы щедро наделены некоей положительной фундаментальностью, Отти. Это хорошо.

Лин улыбался.

Он был доволен.

Он сделал все, чтобы я под завязку был набит цифрами, схемами, графиками, расчетами.

— Уверен, со временем из вас выйдет самый высококлассный специалист, Отти.

— Выйдет? — удивился я. — Мне не хватает класса?

— Я имею в виду обаяние. Я хорошо чувствую подобные вещи.

Лин льстил грубовато, но верно.

— Времени, Отти, у нас немного, но ты управишься. «Церера» подойдет через неделю, ты заберешь с собой готовый отчет. А года через три мы официально пригласим тебя на открытие нового космопорта. Естественно, за наш счет и не по приказу Управления.

— Спасибо, — хмуро кивнул я.

— Послезавтра, Отти, я отправлю тебя на Южный архипелаг. Нельзя уносить в памяти только Воронку…

Он устало откинулся на высокую спинку кресла:

— Потом я сам прилечу за тобой. Признаюсь, я люблю бывать на Южном архипелаге.

Он вдруг удивленно приподнял брови:

— Скажи, Отти, почему ты еще ни разу не прогулялся по Деянире?

— У меня не было на это времени.

— Да, действительно. — Он рассмеялся. — Но сегодня время у тебя есть. До десяти часов ты свободен. Это нам всем на руку, — загадочно произнес он. — Можешь заниматься, чем хочешь.

Жаль, он не сообщил этого раньше, я мог бы перенести встречу с Бетт Юрген на сегодня. Вслух я спросил:

— Где находится музей?

— Отличная идея, Отти, — одобрил Лин мое предполагаемое решение. — Если пойдешь прямо по центральной аллее, упрешься прямо в музей.

Я промолчал.

— Что-нибудь еще, Отти?

— Послушайте, Лин, почему художник Оргелл был выслан на Землю под присмотром полицейского?

— С чего ты взял, Отти, что под присмотром? — Лин здорово удивился. — Когда ты наслушался такого? Они улетели на Землю вместе, но всего лишь как равноправные участники одного события.

— Вот как?

— Да, Отти. Этот Оргелл дважды пытался пройти к Воронке, а мы никогда не одобряли действия самоубийц. — Глаза Лина вспыхнули. — Закрыв Воронку, мы вернем Оргеллу родину. Родившиеся на Несс, как правило, тяжело переживают разлуку с планетой. Дай бог, скоро всем будет гарантирована безопасность.

«Скоро всем будет гарантирована безопасность».

Неплохо сказано.

Но я помнил и другие слова: «На Несс есть люди, не разделяющие взглядов членов Совета».