Сергей Лифанов – Сердце Запада (страница 8)
– И вот, – деликатно проговорила наша хозяйка, неся крохотную рюмочку. – От простуды…
Ну не держим мы в доме запасов виски, у нас салун через дорогу – но не пойду же я среди ночи будить Келли? Да Бивер же вроде трезвенник, разве нет? Ему его индейская генетика пить не позволяет.
Пока Бивер согревался глоточком спиртосодержащей лечебной настойки, я собрал в большое ведро его разбросанные по крыльцу одежки и занес в дом. Потом разложил для Бивера раскладушку, застелил одеялами и переправил сонного усталого гостя баиньки. И сам лег спать, потому что утро вечера мудренее.
Утро было душным, но Бивер старательно заматывался в одеяло – похоже, таки ночью простудился. Я не стал его будить, а вышел на улицу обозреть окрестности – в основном с целью посмотреть, не гуляет ли где лошадь без хозяина. Но лошадей не было, кроме тех, что были запряжены в почтовую карету: Джон ЛеФлор как раз переправил ее на наш берег. Еще вчера карета могла спокойно обойтись и без парома, но сейчас при переправе вброд пассажирам наверняка было бы неуютно: в лучшем случае по колено.
Я подошел поздороваться с паромщиком, и сразу же узнал, что сейчас-то что – пустяки уже, а вот перед рассветом воды в реке было больше – видать, в горах настоящий ливень прошел, какие не так часто бывают. Затопило луг на низкой индейской стороне, и сейчас там настоящее озеро. А на озере остров, а на острове – оседланная лошадь…
– Так что надо бы съездить посмотреть, – добавил Джон меланхолично, – не лежит ли в кустах перед впадением в Арканзас-ривер утопленник.
Желания шарить в затопленных кустах у устья в словах Джона явно не чувствовалось, и он с удовлетворением воспринял мое изложение повести о ночных странствованиях Бивера.
Бивер, отоспавшись, подтвердил, что лошадь на лугу его, и рассказал, что с армией США его дороги разошлись окончательно. Жизнь индейца с высшим образованием на фронтире и ранее была довольно сложной, но хорошее отношение с благорасположенным начальством проблемы отчасти компенсировало. Теперь же начальство сменилось, и новое не видело разницы между индейцем-инженером и неграмотным солдатом из «черного» полка: оба цветные, и оба почему-то думают, что ничем не хуже белых. Ну и вдобавок, раз индеец – то подозревать его можно бог весть в чем, в том числе и в нелояльности. А что между команчем и шауни примерно такая же разница, как между шведом и корсиканцем – кого это волнует? Оба индейцы.
В общем, Бивер у нас тоже стал безработным. Он помышлял наняться в Вестерн Континентал, но телеграфное начальство (по крайней мере в нашем регионе) тоже с подозрением относилось к индейцам и недавно уволило нескольких телеграфистов-индейцев. В механических мастерских при речном порте места ему не нашлось. Да и вообще в Форт-Смите должностей для квалифицированного технического персонала было мало: мы все-таки не индустриальный центр. Биверу надо было бы подаваться куда-нибудь дальше на север, хотя бы в Миссури, где и Сент-Луис, и Канзас-сити развивали промышленность и росли не по дням, а по часам, но его удерживали окончательные расчеты с армией.
Так что Бивер, ожидая, пока утрясутся всякие официальные и денежные формальности, стал от безделья зависать у меня в сарае и шарить в моих эскизах. Он раскритиковал мой велосипед, хотя его варианты отличались не принципиальной конструкцией, а скорее большей технологичностью, а потом зачем-то сконструировал легкую, на основе велосипеда, дрезину. В наших краях надобности в такой дрезине не было – в Форт-Смит железную дорогу еще не построили, а по проложенным на Первой улице рельсам ходила конка – ну так сколько там той улицы?
Тем не менее он ее сделал и собрался испытывать, только надо было договориться с управляющим компании конки, чтобы дали тележку испытать.
Однако до того, как назначили день и час испытания, случился другой день, торжественный: Келли наконец женился.
Мы всей улицей были приглашены на венчание в ирландскую церковь, невзирая на вероисповедание, однако впереди, на местах для гостей, сидели лишь Шмидты, миссис де Туар и миссис Макферсон – все с детишками. Отряд холостяков с Пото-авеню (я, Бивер, доктор Николсон и Саймон Ванн) занял места около входа. Джемми Макферсон заявил, что ноги его не будет в папистском вертепе, а потому остался у коновязи. Миссис Додд изображала что-то вроде подружки невесты.
Невеста была нарядной, но и только. Никакого белого платья, да и никакого особенного «свадебного» платья не затевалось. Вообще я у нас в Форт-Смите ни у одной невесты вроде бы специальных свадебных нарядов я не видал: не было у нас в городе сейчас таких богачей, которые могли себе позволить сшить платье на один-единственный день в жизни. Может быть, кто-то из невест и надевал свадебное платье своей матери или бабушки, но я не настолько разбираюсь в модах, чтобы судить об этом.
Так что основную торжественность нам обеспечивала церковь. Она была не такой уж богатой, но облачение священника и прочих служек, уж не знаю, как они правильно называются, было на пять с плюсом: что белое – так белее некуда, что алое – так ярче некуда, а что металлическое или с камушками – то сверкало так, что глаз не отвести. Ну и сам обряд… да, хорошо получилось.
После венчания перешли через улицу в ресторан, точнее, в двор у ресторана, где стояли столы с угощением и можно было потанцевать под украшенными серпантином деревьями. И если вы уже начали воображать себе ирландские танцы вроде «Риверданса» – ну, когда легконогие девушки порхают в коротеньких юбочках, – то, разумеется, никто не порхал. И юбки были вполне пристойной длины, и так называемые «ирландские танцы» пока еще не изобрели. Сначала было что-то вроде кадрили, с тем отличием, что новобрачные с минутку потанцевали одни, а остальные пары потом подключились, потом станцевали какую-то ирландскую польку, затем «варшавянку», а потом начали танцевать все подряд, в том числе и полечки, которые все этим летом танцевали, невзирая на национальность. И уж тем более не забыли популярный контраданс
Ближе к вечеру, когда танцы еще продолжались, мы с доктором Николсоном и миссис Додд проводили новобрачных на пароход – это у них вроде как тайный побег в свадебное путешествие. Весь город слышал пароходные гудки, но не все знали, что молодожены уедут на этом пароходе – аж до самого Мемфиса.
А следующим днем меня срочно вызвали в форт.
Глава 7
Я в тот день с самого утра засел в слесарке на заводе Джонса – надо же было наконец довести до ума мою печатную машинку, а тут как раз под рукой совершенно безработный Бивер образовался, пусть посмотрит свежим взглядом и найдет косяки в компоновке. И мы с ним довольно хорошо поработали в две с половиной головы (с учетом Джонса, который периодически возникал рядом и лез с замечаниями), так что новые эскизы проблемных узлов как будто от проблем избавились, и надо было теперь воплотить это в металле, чтобы посмотреть, так ли оно на самом деле.
Увы, не успели. В мастерскую прибежал один из подростков-подмастерьев и объявил, что меня спрашивают. Я вышел во двор. У ворот мялся извозчик, который еще вчера подвозил нашу компанию на Пото-авеню от пристани. Мы вообще часто пользовались его услугами, так что и я его знал, и он меня. А что вы хотите? Это только называется, что Форт-Смит город, а по сути деревня – и даже не скажу, что очень большая.
– Миста Милла, – обратился ко мне этот негр почтенных годов, что означало «мистер Миллер». – Майор Хоуз приказал вас отыскать и попросить приехать, саа.
– С чего вдруг? – удивился я.
– Не знаю, саа.
Я оглянулся: Бивер стоял в дверях слесарки.
– Иди, узнай, в чем там дело, – сказал он. – А я здесь присмотрю.
И я поехал в форт, полный неясной тревоги: ну вот действительно, с чего бы это я понадобился Хоузу? Телеграфными делами я уже полгода не занимаюсь, а в остальном у нас отношения не сказать, чтобы сильно дружеские – так, приятельствуем понемногу.
Ехать было недалеко. Перед воротами форта я вручил извозчику четвертак и пошел разыскивать Хоуза. Однако раньше я набрел на сидящего на крыльце Джейка. Ему я искренне обрадовался, но и встревожился еще больше: да что случилось?
Джейк меня тоже радостно поприветствовал и сходу огорошил известием, что Хикс на меня волну гонит.
Сказать, что я слегка опешил – это ничего не сказать. Хикс помер в мае, и его благополучно похоронили. Это что он, воскрес? Так мы вроде как не в фэнтези и ходячие мертвецы у нас не водятся. Однако все оказалось проще: приехал братец Хикса, тоже Хикс, разумеется, и сходу обвинил меня в убийстве. Армейское начальство, к которому братец Хикс обратился, спихнуло дело майору Хоузу, который в свое время оказался свидетелем происшествия. И поскольку Хоуз отлично знал, что я Хикса не убивал, потому что как раз в момент выстрела разговаривал с майором, он с обвинением меня в убийстве никак согласиться не мог.
– А ты-то здесь почему? – спросил я Джейка. – тоже – свидетель?
– Да нет, – отмахнулся тот. – Этот Хикс – начальство. И вместе с ним приехал мистер Деккер – еще большее начальство из «Вестерн Континентал», так он вызвал сюда мистера Ирвинга для отчета. Ну и я приехал. И нас сразу с лодки в форт позвали…