Сергей Ли – Последний из княжеского рода (страница 78)

— Это которые Темниковы? — уточнил Князь Долгорукий.

— Именно, он был уничтожен вашим человеком практически полностью без объявления родовой войны, что является нарушением указа Императора, — с недобрым прищуром заявил Князь Меньшиков.

— Насколько я помню, этот род занимался человеческими жертвоприношениями. Разве это не является нарушением законов Империи, — вмешался Князь Юсупов.

— Мы проводили расследование по этому поводу и наказали бы виновных, если бы человек Князя Годунова не устроил самосуд и не перебил бы весь род, — продолжил свои нападки Князь Меньшиков.

— Ну, я родовую войну никому не объявлял. Тень просто взял небольшую работу на стороне. И выполнил её очень тщательно, как и положено хорошему профессионалу, — ответил я.

— Не боитесь, что я привлеку его к ответу за это преступление? — поинтересовался Князь Меньшиков, пристально буравя меня взглядом.

— Вы, конечно, можете попробовать его поймать. Но, уверяю вас, это будет очень не просто сделать. Во-первых, его очень трудно найти. Во-вторых, практически невозможно поймать. В-третьих, невозможно удержать. И, в-четвертых, очень трудно убить, — перечислил я.

— Но он же не бессмертен, — несколько погасив свой энтузиазм, заметил Князь Меньшиков.

— Пока жив, да. Но не забывайте, что я некромант. Так что, если каким-то невероятным образом он умудрится умереть, то я просто воскрешу его, и тогда уже он станет бессмертным, — широко улыбаясь, заявил я.

В этот момент в зал начали входить остальные князья и разговор пришлось прекратить.

Последним, величественной походкой человека, которому некуда торопиться, вошел Император Российской Империи.

— Рад всех вас видеть сегодня. Спасибо, что выделили время и приехали сюда, — поклонился он всем сдержанно, но с почтением, и потом добавил, смотря на меня. — И позвольте отдельно поприветствовать молодого Князя Годунова, это его первая сессия, так что, пожалуйста, поддержите его сегодня.

В этот момент я понял смысл выражения «злодей, который прячет нож в своей улыбке». Хоть его лицо и улыбалось, у меня по спине пробежал неприятный холодок.

— Не буду затягивать и перейду сразу к делу. Прежде чем утвердить сам закон, нам нужно рассмотреть предложенные вами поправки к нему, — начал собрание Император.

— А их много? Просто всё мы тут занятые люди, — бесцеремонно влез с вопросом Князь Романов.

— Всего две. И если вы не будете мешать, надеюсь, мы быстро с ними покончим, — ответил Император, кинув на выскочку недовольный взгляд.

— Всё, молчу-молчу, — поднял руки вверх патриарх рода Романовых.

— Первая поправка пришла нам от Князя Трубецкого. В ней он предлагает приравнять уровень совершенствования к дворянскому званию. Так Воин(2) станет потомственным дворянином, Ветеран(3) Бароном, Учитель(4) Графом, Мастер(5) Маркизом, а Абсолют(6) Герцогом, — зачитал с бумажки Император.

— А кем нужно стать, чтобы получить титул Князя? — поинтересовался Князь Романов.

— Князем нельзя стать, им можно только родиться, — с пренебрежением ответил ему Князь Трубецкой.

— Довольно споров. Если всех устраивает это изменение в закон, прошу проголосовать. Напоминаю, для принятия поправки достаточно простого большинства голосов. Кто За? Поднимите руки, — призвал Император.

Девять из десяти князей подняли руки, проголосовав За.

— Кто против? — продолжил спрашивать Император.

Я и Князь Романов подняли руки вверх.

— Большинство За. Решающий голос не использовался. Кто хочет воспользоваться правом вето?

Все уставились на нас с Князем Романовым, мы посмотрели друг на друга и отрицательно покачали головой.

— Большинством голосов поправка в закон принимается, — провозгласил Император и передал листок с проектом своему секретарю.

— Вторая поправка пришла к нам от Князя Годунова. В ней предлагается освободить одаренных, не достигших ранга Воин(2), от обязанностей по зачистке подземелий. Согласно его поправкам, такие одаренные могут присоединиться к ликвидаторам исключительно по собственной воле, без внешнего принуждения.

— Как мне кажется, это очень хорошее предложение. Если уж мы лишаем одаренных дворянских прав, то и не можем требовать от них рисковать своей жизнью ради страны, — подумав, заметил Князь Юсупов.

— Но тогда количество ликвидаторов, закрывающих подземелья, резко упадет, и кто тогда будет бороться с иномирными монстрами? — возмутился Князь Демидов, ответственный за всех ликвидаторов Российской Империи.

— Закон обратной силы не имеет. Все, кто сейчас работают ликвидаторами, ими и останутся. Речь идет только о тех одаренных, которые появятся после принятия этого закона, — сделал пояснение Князь Меньшиков.

— Хорошо, тогда спад будет не одномоментный, а медленный, но всё равно проблемы не решит, — продолжил выступать против Князь Демидов.

— Мне кажется, лучше иметь замотивированных добровольцев, готовых рисковать своей жизнью ради своего развития, чем подневольных людей, трясущихся от страха смерти и топчущихся у входа в подземелье, в надежде переждать там положенное время, — высказался я.

— Не могу не согласиться с молодым человеком. Если хотите лишить людей дворянских привилегий, то не нужно навешивать на них дворянские обязанности. Те, кто посчитают себя способными забраться наверх, сами придут к ликвидаторам. Остальные просто продолжат свою обычную жизнь. Как не посмотри, но это будет справедливо, — высказал своё мнение один из самых авторитетных и старых членов Верховного совета, Князь Орлов.

После его высказывания Князья призадумались и зашушукались, обсуждая этот вопрос между собой кулуарно.

— Хорошо, давайте поставим эту поправку на голосование, — пресёк обсуждение Император.

— Кто за внесение этой поправки в закон, поднимите руки.

Шестеро Князей, включая меня, подняли руки.

— Понятно, кто против?

Пять рук поднялось вверх.

— Шестеро против пяти, решение остаётся за мной, — провозгласил Император и задумался.

— Голосую за принятие поправки, — вынес он своё решение.

— Кто-то хочет использовать своё право вето? — уточнил он.

В зале Верховного совета установилась напряженная тишина.

— Прекрасно, тогда переходим к финальному голосованию по самому законопроекту. Кто за принятие закона? — начал очередной раунд голосования Император.

Все подняли руки вверх, в том числе и я.

— Единогласно. Закон вступит в силу с завтрашнего дня. За сим объявляю собрание Верховного совета закрытым. Спасибо за ваше участие и можете быть свободными, — объявил Император.

Вот так и прошло моё первое заседание Верховного совета.

Чуть позже в Императорском дворце, в личном кабинете Императора, встретились четверо Князей, чтобы обсудить последние события. Так сказать, узкий круг приближенных.

— Что это вообще было? Как он посмел вносить такие поправки, — возмущался Князь Демидов.

— Я, конечно, предполагал, что кто-то внесет подобную поправку, только не ожидал, что это сделает он, — признался Князь Меньшиков.

— Нужно признать, что сегодня он нас переиграл, — со вздохом сказал Князь Долгорукий.

— Какие будут последствия этого решения? — спросил Император.

— С одной стороны закон получился довольно либеральным. Простые люди, неожиданно ставшие одарёнными, теперь получили право выбора. Идти по пути совершенствования и при этом рисковать своей жизнью, или продолжить свою обычную жизнь. С другой стороны, плохо, что основную поправку, дающую это право, предложил опальный Князь. Теперь все подумают, что сам Император этого не хотел, раз не внес этот пункт в закон сразу, а просто хотел лишить этих бедных людей ещё и дворянских привилегий, — сделал анализ Князь Черкаский, возглавлявший сейчас кабинет министров.

— Он хороший и думает о простом народе, а я, значит, самодержец-самодур, — упростил Император, улыбнувшись.

— Ну со стороны это выглядит, как ваша слабость. Вы, как бы, уступили своему политическому сопернику, что прибавило ему очков в народе, — подтвердил князь Демидов.

— Но в то же время это значительно снизит градус недовольства в обществе. У них появится надежда на молодого Князя, смело выступившего против Императора самодура и направившего его в нужную для народа сторону, — начал о чем-то догадываться Князь Меньшиков.

— Что значительно уменьшит вероятность народного восстания в ближайшее время, если его, конечно, не возглавит Князь Годунов.

— Но он этого не сделает. Так как ситуация в стране его полностью устраивает, пока мы не лезем в его дела и не мешаем развиваться и восстанавливать силу его рода, — дополнил Князь Долгорукий.

— Ну а на восстановление рода ему понадобится лет двадцать, — кивнул понимающе Князь Черкасов.

— Сильному государству полезно иметь оппозицию, не боящуюся высказывать своё мнение. Мы должны воспользоваться этой возможностью и внимательно слушать его претензии. Так как он нас жалеть не будет и будет тыкать в самые болезненные и слабые места, — подтвердил Император.

— И тогда мы сможем заранее устранять опасные нарывы, не доводя до распространения инфекции на всё страну, — согласился Князь Меньшиков.

— И это будет очень неприятный и болезненный процесс, который мы обязаны вытерпеть с честью, — поставил точку в обсуждении Император.

— Не простая задача для столь молодого человека. Уверены, что он выдержит? — поинтересовался Князь Долгорукий.