Сергей Лейченко – На крыльях свободы (страница 14)

- Извини, я не думал, что ты так остро отреагируешь на очередную мою шутку. Ты, в отличие от меня, слишком близко к сердцу все принимаешь. Теперь не буду тебя подкалывать...

Гарри не успел закончить, как ему залепили пощечину, а потом еще одну, когда же он, наконец, отошел от шока и сделал шаг назад, их уже насчитывалось штук пять.

- Полегчало? - Гарри потер щеку, мрачно глядя на девочку, с негодованием смотрящую на него. - Прости, еще раз. Я давно должен был заметить, что тебе неприятно общаться со мной, и мне не стоило навязываться. Больше ты меня не услышишь. Девочки из-за меня плачут, позор-то какой... - несколько сумбурно закончил он.

Тут дверь открылась, и на пороге показалась женщина средних лет, одетая в балахон с откинутым капюшоном. У нее были длинные распущенные волосы иссиня-черного цвета, серые глаза вытянутой формы, прямой нос и узкий рот. Немного похожа на азиатку Чанг из Равенкло со второго курса. В руках она перебирала четки, от которых исходило едва заметное сияние. Гарри посмотрел на них поверх очков - сияние пропало. Женщина улыбнулась и представилась:

- Меня зовут Батшеда Бабблинг, профессор по дисциплине "Древние руны". Мистер Поттер, мисс Грейнджер, прошу, входите, я не задержу вас надолго.

Она пропустила их внутрь и закрыла дверь. Гарри с Гермионой сели за ближайшую парту и приготовились слушать.

- У меня есть к вам предложение, и вы вольны отказаться от него... - она сделала паузу, дабы дать прочувствовать момент.

- Я согласен! - Гарри в целом представлял, к чему все идет, и решил не ходить вокруг да около.

От неожиданного возгласа однокурсника Гермиона встрепенулась.

- Ты еще даже не услышал, о чем пойдет речь! - удивилась миссис Бабблинг.

- Это, наверняка, что-то, связанное с изучением вашей дисциплины, не предложите же вы подергать директора за бороду! - с иронией ответил мальчик.

Грейнджер снова встрепыхнулась, на этот раз сильнее. Лицо профессора посуровело, и она строгим голосом, как у МакГонагалл, сказала:

- Мистер Поттер! Я не допущу фамильярности между преподавателем и учеником! Ведите себя пристойно, в конце концов, я не ваша девушка!

Почти выкрикнув последнюю фразу, она кинула взгляд на Гермиону, заставив ее покраснеть и вздрогнуть в третий раз. Гарри нахмурился.

- Извините, профессор Бабблинг, если обидел вас своей шуткой, но не лечите свои нервы, срываясь на девочке-первогодке, для этого у вас есть четки. И, вообще, у меня такое ощущение, что мы вам зачем-то позарез понадобились, и...

Гарри в очередной раз не смог закончить фразу, потому что профессор... профессор заплакала, спрятав лицо в ладонях. Мальчику захотелось провалиться сквозь землю. Он снова довел кого-то до слез, на этот раз взрослую женщину. Он достал из сумки бутылку с водой и стаканчик. Потом наклонился к Гермионе и быстро зашептал:

- Если и ты сейчас заплачешь, я пойду повешусь! В бутылке - вода, успокой ее и узнай в чем там дело, если что, как уже говорил, я согласен. Наверное, предложит обучение рунам. Надеюсь на тебя! И извинись потом за меня...

Поттер быстро поднялся и, пробормотав: "Я был не прав, простите", вышел из класса. Как потом объяснила мрачная Гермиона, профессора Бабблинг могут уволить из-за того, что в этом году никто из третьекурсников не записался на изучение рун. Как это было связано, Гарри не понимал: кто же тогда будет обучать с четвертый по седьмой курсы?! Преподаватель, увидев их со стеклами на церемонии распределения, решила, что они точно хотят изучать ее предмет, раз носят очки, и предложила записать их на уроки вместо отсутствующих третьекурсников. Гермиона согласилась. Так у них появился новый предмет.

- За мной должок, если что случится, обращайся, - глядя в глаза девочке, серьезно сказал Гарри.

- Ты мне ничего не должен! - мило смутилась она, ее щеки опять начали розоветь.

Он пожал плечами и не стал развивать тему, потому что на языке вертелась очередная шутка, весь смысл которой сводился к двум словам: "Заканчивай краснеть!".

Гарри с тоской глядел в безоблачное небо, украдкой поглаживая кольцо, и мрачнел с каждой минутой. Он уже минут пять стоял и слушал Малфоя о его "теории чистой крови". Единственное в чем их мнения совпали, так это в том, что от семейства Уизли нужно держаться подальше. Он оказался в таком положении в основном из-за стечения обстоятельств. Как оказалось, Гарри ошибался, думая, что у Равенкло нет спаренных занятий со Слизерином. Одно такое появилось на второй неделе занятий - полеты на метлах.

Мадам Хуч, преподаватель полетов, сказала, что "не будь я бывшим ловцом, вы узнаете с какой стороны браться за метлу за три отведенных нам занятия!" И, надо признать, она свое дело знала: мадам Хуч подробно и доходчиво объяснила им основные правила управлением метлой, показывая все свои действия на практике. Показав пару пируэтов высшего пилотажа и вызвав шквал аплодисментов, она заставила их практиковать команду "Вверх", заставляющую метлу прыгать в руку.

И вот Гарри Поттер с унылым видом стоял и повторял это идиотское упражнение, а затесавшийся рядом Малфой разливался соловьем, агитируя Мальчика-Который-Выжил вступить в его фан-клуб.

- Ты же понимаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого недостоин, - с покровительской интонацией произнес слизеринец и бросил взгляд куда-то в сторону. - Я помогу тебе во всем разобраться.

Гарри промолчал, понимая, что если он сейчас откроет рот, за ним будут гоняться по всей школе фанаты Малфоя, а это половина Слизерина. Драко принял молчание со стороны слушателя за благосклонное внимание и продолжил в той же манере:

- Если честно, я не понимаю, почему в школу принимают не только таких, как мы, но и грязнокровок. Они ведь другие. Они по-другому росли и ничего о нас не знают. Представь, некоторые даже никогда не слышали о Хогвартсе до того дня, как получили письмо. Я думаю, что в Хогвартсе должны учиться только дети волшебников с чистой кровью или полукровки.

"Ну, ничего, Малфой! Не только слизеринцы умеют бить из-за угла..." - меж тем думал Гарри, пытаясь держать на лице маску бесстрастности.

- Поттер, я хочу тебе предложить, - в конце концов, Драков подступил к главной теме своего сольного выступления, - вступить в наш элитный клуб чистокровных учеников! Ты только подумай, какие перспективы ожидают тебя в будущем: в мой клуб входят наследники наиболее известных семей магического мира Англии, знакомство с которыми сулит успешную карьеру, деньги...

- Надоело! - Гарри прервал разошедшегося не на шутку Драко. - Все это у меня уже есть, и, если тебе нечего больше сказать, то проваливай! Аудиенция закончена, Малфой.

Драко перекосило, и он, с усилием сдержав рвущуюся наружу ярость, спросил, пренебрежительно кивнув в сторону:

- То есть ты предпочтешь иметь дело с отбросами, нежели с высшим светом?

На этот раз Гарри проследил, куда там все время презрительно косился блондин. Чуть в стороне стояла группка из трех человек: двух девочек и одного мальчика, одетых в цвета Слизерина. По тому, как отчужденно они держались от остальных зеленых плащей, он сделал правильный вывод, что это пресловутые "грязнокровки".

- Я тоже полукровка. И знаешь что: был недавно один, тоже разглагольствовал, как и ты. И где он сейчас? - Гарри откинул челку, открывая свою метку. - Задумайся над этим, Малфой! Я уверен, что для тебя уже сейчас где-то тихо зреет свой "Мальчик-Который-Выжил".

Драко отшатнулся от него, как от прокаженного, и удалился к своему фан-клубу обсуждать результат "вербовки" Поттера. Мальчик вздохнул: вроде удалось отшить без лишнего шума и не акцентируя внимания на самом Гарри.

На их перепалку с Малфоем никто не обратил внимания, и остаток занятий прошел в спокойной атмосфере. Поучившись, как правильно садиться на метлу и держать рукоять, как подниматься и опускаться, первокурсники попрощались с мадам Хуч до следующего занятия.

Как-то Гарри прогуливался по школе, по верхним этажам, пытаясь исследовать с помощью очков встречающиеся руны - таково было задание профессора Бабблинг, которая сказала: "Недостаточно просто носить стекла Грифла (только от нее он узнал хоть какое-то самоназвание этих стекол), нужно их еще и использовать". Проходя по одному из многочисленных коридоров седьмого этажа, он услышал всхлипывания, доносящиеся из-за ближайшей двери. Подозревая очередные проделки Пивза, он, аккуратно приоткрыв дверь, осторожно заглянул внутрь.

Там оказалась подсобка, и каково же было его удивление, когда вместо Пивза или печально известной Плаксы Миртл, он обнаружил плачущую старшекурсницу в разорванной мантии и плаще факультета Хаффлпаффа. Похоже, ему на роду написано, постоянно видеть женские слезы. Он вздохнул и полез в сумку за платком, который и протянул ей со словами:

- Что творится в этой школе, если девушки рыдают на каждом углу?!

- Лучше спроси, что твориться в этой школе, если девушка не может найти место, чтобы выплакать дневную норму, - легко улыбнулась она, принимая платок.

Гарри только-только оправился от вида рыдающей старшекурсницы, как снова растерялся от такой быстрой смены ее настроения. Пока он думал, что ответить, она утерла лицо, помахав палочкой, привела в исходный вид свою одежду и как-то изменила волосы с длинных и черных на волнистые и фиолетовые покороче. Это заклинание его заинтересовало, он давно подумывал перекрасить Малфоя в рыжий или отбелить Уизли: на них обоих у него был зуб.