Сергей Лейченко – Фанфик по Strongest Disciple Kenichi (страница 9)
Сирахама только удалился от трапезной на десяток шагов, как в его правом боку закололо. Он скособочился и машинально прижал ладонь к этому месту. Только парень опоздал: боль прошла так же внезапно, как и появилась, но вот его рука, наткнувшись на прилепленный клочок бумажки, не спешила покидать поясницу... Кеничи отцепил непонятно на чем держащийся прямоугольник, который оказался половинкой фотографии. На фото была заснята Сигурэ-сан, точнее ее верхняя часть: небрежно сделанный срез проходил как раз по месту, где располагалась грудь. Насколько он мог судить по черным мокрым волосам и купальне на заднем фоне, холмики, будоражащие его мысли, были абсолютно ничем не прикрыты. Юноша, сглотнув, разогнал навеянные его бурной фантазией видения и перевернул снимок, справедливо полагая найти на обратной стороне пояснение внезапному подарку. И он не прогадал: там находилась короткая записка.
"Кен-тян, между мастерами заключено пари! Я выбил для тебя царские условия! В двух словах: если ты выдержишь тренировку с Сигурэ-сан, она покажет тебе свою грудь! Дерзай, мой юный ученик, все в твоих руках!"
Поначалу парень весьма скептично отнесся к этой информации, поэтому, полюбовавшись еще немного обратной стороной, он запихал карточку в карман и отправился искать изображенного на ней мастера. Позднее, когда переодевшийся Сирахама разглядывал свою наставницу, он пришел к неожиданному выводу, что с девушки, ходящей в столь экзотичном наряде, вполне станется заключить подобное пари: разница между обнаженной грудью и грудью, прикрытой металлической сеткой, на взгляд юноши, была не слишком велика. После недолгих размышлений все его сомнения и недоверие развеял возросший до небес энтузиазм, и им было принято решение, во что бы то ни стало заполучить приз...
И вот теперь, в который раз поднявшись с земли, Кеничи сверлил взглядом Косаку, которая явно готовилась к конкурсу самой бесстрастной девушки года.
- Ты... боишься меня? - повторила она свой первоначальный вопрос.
- Я тут подумал... Сигурэ-сан, это же не бой насмерть, а всего лишь тренировка, пусть и весьма болезненная, - он вымученно улыбнулся и обвел рукой свой тело, показывая на многочисленные ушибы и синяки. - Так чего мне бояться?
- Ясно... Твоя амнезия весьма необычна, - она о чем-то просигнализировала зрителям, а потом шагнула в сторону ближайшего дерева и перед тем, как бесследно исчезнуть в его кроне, бросила напоследок, - на сегодня все... уступаю Апачаю.
- А как же... - осекся ученик, так и не успев спросить про приз.
- Не волнуйся, Кеничи! Апачай много тренировался, все будет в порядке! - белозубо улыбнулся возникший перед школьником рослый парень в футболке. - Кажется, в прошлый раз мы остановились на отработке правильного движения левой руки? Тогда сейчас...
Но Сирахама не услышал продолжения: как только до его измученного тела дошла весть о новых издевательствах, оно сразу взбунтовалось, и пропажа с поля зрения полуголой красотки-брюнетки лишь усилила этот эффект, убрав последнюю причину, из-за которой он все еще держался на ногах. Из паренька будто выдернули стержень, и Кеничи, потеряв сознание, осел под ноги Апачаю, растерявшемуся от такого поворота...
- Он лучший, - произнес Сакаки и в порыве чувств хлопнул ладонью по крыльцу, глядя на то, как товарищ по выпивке пытается привести ученика в норму. - Сказал пару слов, а малец уже в отрубе!
- Не думаю, что в этом есть его заслуга, - возразил ему мастер джиу-джитсу. - Тренировка Сигурэ сделала свое дело...
"Молодец, Кен-тян! Порадовал старика! Думаю, ты заслужил вторую половинку. Да и свои обещания надо выполнять, пусть и формально..." - удовлетворенно подумал Кенсей и улыбнулся, представив какое выражение появится на лице парня, когда тот узнает, что его "малость" надули с наградой за стойкость.
- Ничего, фотография тоже неплохо, а уж мои снимки и оригиналу не уступят! - тихо прошептал китаец.
- Чего ты там бормочешь, Кенсей? - окликнул его Коэтсуджи. - Нужно заняться нашим учеником, сегодня он должен отправиться домой на своих двоих.
Несмотря на свои слова, сам специалист по нетрадиционной медицине не спешил идти на помощь Кеничи, и Кенсей приподнял бровь, словно спрашивая, мол, что не так? Акисамэ выразительно покосился на Мию, и китаец мгновенно уловил суть дела.
- Мию-сан, кажется, наш порывистый друг сейчас пересечет черту между приведением в чувство и полноценной тренировкой, - мужичок тонко намекнул на то, что там требуется ее присутствие.
Задумавшаяся о чем-то девушка тут же встрепенулась и с криком: "Апачай-сан, подождите!" ринулась спасать одноклассника. А тем временем на терраске троица мастеров устроила очередное "собрание заговорщиков".
- Не томи, - попросил Сио. - У меня осталась последняя бутылка.
- Как будто когда-то бывает иначе, - по-стариковски проворчал коротышка.
- Послезавтра возвращается Старейшина, - напомнил им Акисамэ. - К этому времени мы должны окончательно решить вопрос с его памятью. - Он кивком показал на центр двора. - У меня есть одна догадка... возможно, дело было не в ударе Апачая, и он просто сыграл роль катализатора. Ведь мы же не нашли никаких отклонений, верно? Так вот, я считаю, что это выверты подсознания. Оно бывает таким своенравным ... Полагаю, оно отбросило все, что посчитало "лишним". Изменившийся характер и одновременно то, что десять минут назад он почти осознанно попытался уклониться, используя прием, которому обучила его Мию, являются тому прямым подтверждением! Так что, если подходить к проблеме формально, то Кеничи думает, что забыл, хотя на самом деле он все помнит. То есть, он заставил себя думать, будто ничего не помнит...
- Как-то мудрено загнул, бьюсь об заклад, ты сам не понял и половины из своей речи, - покачал головой Сакаки, пропустивший большую часть объяснений мимо ушей, а потом посоветовал. - Ты уж определись, а то: "тут помнит, там не помнит"... и давай ближе к делу!
- Я придумал новую тренировку, специально для нашего случая, - пропустив мимо ушей подначку, ответил он. - Это особая медитация...
- Может быть, лучше оставить все как есть? - выдвинул Кенсей встречное предложение. - От добра добро не ищут. Кеничи утратил мотивацию, но мы с этим худо-бедно справились, так зачем усложнять и себе, и ему жизнь?
- Зато твои мотивы, как на ладони, - еле заметно поджал губы мастер джиу-джитсу. - Отбрось свой эгоизм и подумай о... хотя бы о Мию!
- А что Мию? - всполошился мужичок: как только заходил разговор о девушках, он всегда проявлял небывалое оживление. - Да, она немного симпатизирует Сирахаме, но не более! Уж поверьте мне как эксперту, она не из тех вертихвосток, кто за пару недель влюбляется до беспамятства в первого встречного!
- Хорошо, пусть так, - согласился Акисамэ. - А ты не думал о том, как отреагирует Хаято? Ему могут не понравится произошедшие с учеником Редзанпаку изменения.
Посерьезневший Ма Кенсей задумался на пару секунд, а потом медленно произнес:
- Да, ты прав. Но даже если он все вспомнит, то далеко не факт, что к нам вернется прежний Кен-тян.
- Попытка не пытка, - пожал плечами мужчина. - Сами знаете: Старейшина не позволит тут обучаться абы кому... Итак, голосуем!
- Я "за", - равнодушно ответил Сакаки. - Можешь тренировать его хоть до смерти.
- Не возражаю, - вздохнув, откликнулся мастер кэмпо и тут же добавил, - но я тоже приму участие.
- Сигурэ-сан?
С крыши послышалось одно короткое слово:
- Против...
- Что?! - удивился Коэтсуджи, не ожидавший такого ответа.
- Мне не нравится, когда меня боятся... - сделала она заявление, вразрез идущее с ее недавними действиями.
Воцарившееся среди мастеров молчание первым нарушил Сакаки. Он, постучав ногтем по бутылке, привлек внимание и сказал:
- Чего примолкли? Три голоса "за" и один "против". Победило большинство. Кстати, парень очнулся.
- Быть посему: сейчас подлечим нашего ученика и отправим домой, а завтра...- Акисамэ сделал многозначительную паузу.
- Тогда я пойду с ним, - вызвался добровольцем Кенсей, почувствовав на себе взгляды, наполненные подозрением, он поспешил объясниться, - должен же кто-то ввести его в курс дела?
- Пусть идет... Ты только учти, что для этого тебе придется выиграть у Апачая в "Камень-Ножницы-Бумага". - Парень со шрамом мерзко, как умел только он, ухмыльнулся. - Хе-хе.
Полчаса спустя.
Некоторое время Кеничи и провожающий его мастер молча шагали по улицам города. У покрытого синяками школьника не было никакого настроения разговаривать, и он, вяло перебирая ногами, размышлял о сегодняшнем дне, оказавшимся столь богатым на события. Кенсей же, баюкая пострадавшую руку (победа над удачей белобрысого парня не досталась ему даром), пытался определить, не следит ли за ними кто-нибудь из его соратников. Наконец убедившись, что в округе царят мир да благодать, он обратился к своему подопечному:
- Скажи, Кен-тян, как ты поступишь, если на твоих глазах начнут приставать к девушке? А если эта девушка окажется твоей сестрой?
Парень покосился на мастера, но промолчал.
- Можешь не отвечать: у тебя на лице все написано. "Мол, что я могу?" Так вот, это и есть ответ на твой невысказанный вопрос: "Зачем нужны боевые искусства?" Чтобы смочь... А вообще у них много достоинств, - китаец внезапно переключился на другую, более близкую ему тему. - К примеру, девушки, занимающиеся ими - красавицы все как одна. За примерами далеко ходить не надо: только сегодня тебе удалось пообщаться "тет-а-тет" с тремя.