Сергей Лесин – Чужая сила. Вторжение (страница 2)

– А мы будем в безопасности? – спросил Дима, его глаза были полны страха.

– Конечно, будем, – ответил я, стараясь звучать уверенно. – Мы всегда будем вместе, и мы всегда будем защищать друг друга.

Люда взяла Диму за руку, а Лёша, наконец оторвавшись от телефона, посмотрел на нас с улыбкой.

– Не волнуйся, Дима, – сказал он. – Мы всегда будем вместе.

Преодолев почти половину пути, я вдруг заметил вдалеке странный объект, медленно поднимающийся в небо. Он был похож на яркую точку, которая, казалось, плыла сквозь облака. За ним появился второй, потом третий… Я невольно прищурился, пытаясь понять, что это. Боковым зрением я уловил похожие объекты в другом конце города. За ними тянулся дымный след, как будто небо разрезали огненные линии. Сердце сжалось. Сомнений не было – это ракеты…

Мы замерли в шоке. В машине повисла тяжёлая тишина, нарушаемая только тихим гулом двигателя. Я смотрел, как объекты уходили за облака, где внезапно разрывались вспышки света – вероятно, ракеты во что-то попадали или, напротив, были уничтожены. Всё новые ракеты продолжали всплывать в небеса, одновременно с этим некие объекты начали будто падать с небес, однако их падение выглядело контролируемым. Это было медленно, почти гипнотически, но от этого не менее страшно. Некоторые объекты летели прямо в город… И тут позади раздался громкий хлопок, от которого вздрогнули даже стёкла машины. Взрыв.

Зазвучала сирена. Её протяжный, нарастающий вой разорвал тишину, добавляя ещё больше тревоги в и без того напряжённую атмосферу.

Дети затихли. Дима, сидя на заднем сиденье, широко раскрыл глаза, а Лёша, обычно такой уверенный, сжался в комок, прижавшись к двери. Люда повернулась ко мне, её лицо было бледным, глаза полными страха.

– Что это?.. – прошептала она, но я не знал, что ответить.

Люда пересела на заднее сидение к детям.

Я попытался взять ситуацию в свои руки. Резко нажав на газ, я свернул на объездную дорогу, ведущую к даче.

– Всё будет хорошо, – сказал я, стараясь звучать уверенно. – На даче мы будем в безопасности.

Конечно, это, возможно, было глупостью. Но паника, которая вот-вот охватит город, казалась мне куда опаснее. Да и на даче у нас будет время подумать, что делать дальше…

Дорога была напряжённой. Мы объезжали пробки, иногда съезжая на газон или пешеходные дорожки. Каждый раз, когда машина подпрыгивала на кочках, Люда вздрагивала, а дети притихали ещё больше.

Вокруг царил хаос. На улицах люди метались, кричали, некоторые грузили в машины всё, что могли унести. Кто-то стоял посреди дороги, растерянно оглядываясь, словно не понимая, куда бежать. На перекрёстках горели военные машины, из-под капотов которых вырывались языки пламени. В воздухе висел запах гари и палёной резины.

– Пап, смотри! – крикнул Лёша, указывая в окно.

Я бросил взгляд в сторону и увидел, как группа людей в панике бежит по тротуару, толкая друг друга. Один из них упал, но его никто не остановил. Люди переступали через него, как будто он был невидимкой.

– Не смотри, – резко сказал я, но было уже поздно. Лёша сжался в кресле, его лицо стало бледным.

– Почему они так делают? – прошептал он.

– От страха люди делают то, чего сами потом не могут объяснить, – ответил я. Руль под ладонями казался твёрдым, как камень. Я сжимал его так, что в суставах заныло.

Мы проезжали мимо магазина, из которого выбегали люди с сумками, набитыми едой. Один мужчина нёс в руках ящик с бутылками воды, его лицо было искажено гримасой злости и страха.

– Они крадут? – спросил Лёша.

– Да, – ответил я, стараясь не показывать, как сильно это меня пугает.

Люда молчала, на глаза накалились слёзы. Она обнимала Диму, который, был в замешательстве, но, казалось, чувствовал, что происходит что-то ужасное.

Наконец, мы добрались до дачи. Люда с детьми сразу бросилась в дом. Лёша был явно напуган. Его обычно озорные глаза теперь смотрели испуганно, почти потерянно. Люда, хоть и сама была в шоке, взяла на себя роль утешителя, обнимая детей и шепча им что-то успокаивающее.

Я остался у машины, разгружая её с какой-то лихорадочной энергией. Припасы, топорик, лопатка, зажигалка, открывалка, нож, спирали от комаров – всё это я вытаскивал с ощущением, что каждая мелочь может стать спасением. Хотя, конечно, это было скорее следствием аффекта, пережитого мной. Необходимость в большинстве этих вещей была сомнительной, но в тот момент она казалась очевидной.

Немного отдышавшись, я зашёл в дом. Люда сидела на диване, обнимая детей. Я подошёл к ним, обнял всех сразу, чувствуя, как их дрожь передаётся мне.

– Сегодня мы здесь заночуем, – сказал я, стараясь звучать твёрдо. – Затопим баню, сделаем шашлык. А завтра я съезжу в город и посмотрю, что там происходит.

Люда кивнула, но тревога не сходила с её лица. Я обозначил, что разговор неизбежен, однако сейчас неподходящий момент.

Лёша немного отвлёкся телефоном, мы включили мультфильм на телевизоре, а сами спустились на первый этаж.

– Думаю, нам нужно послушать радио или посмотреть новости, – начал я, но не успел договорить.

Сначала раздался гул, низкий и нарастающий, как гром. Потом – удар, от которого земля под ногами задрожала. Мы едва устояли на ногах. Люда сразу бросилась к детям, я – за ней. К счастью, с ними всё было в порядке.

Глава 4

Я подошёл к окну. Толстое пластиковое окно казалось целым. За ним я увидел каплеобразный вытянутый объект явно техногенного происхождения с чем-то напоминающим двигатели на корме, который, судя по всему, был повреждён попаданием ракеты. В нём зияла огромная брешь, и часть внутреннего содержимого была разбросана по участку… Это выглядело одновременно жутко и завораживающе.

Немного поколебавшись, я решил выйти на разведку. Визуально я не видел признаков опасности, да и отсиживаться, предоставив свою судьбу на волю случая, я посчитал более опасным.

Родные не хотели меня отпускать. Люда схватила меня за руку, страх отпечатался в её взгляде.

– Серёжа, не ходи туда… – произнесла она, и в её голосе звучала мольба.

– Я просто осмотрюсь, – ответил я, стараясь звучать уверенно. – Обещаю, буду осторожен.

Однако дети тоже вцепились в меня и не отпускали. Лёша крепко обнял меня за талию, прильнул головой к грудной клетке, Дима, последовав за ним объял мою ногу. Мне пришлось временно отступить.

Наступила ночь. За окном стояла тишина, но не та спокойная, умиротворяющая тишина, к которой мы привыкли. Она была тяжёлой, зловещей, словно сама природа затаила дыхание в ожидании чего-то неотвратимого. Все мы дьявольски устали за этот день – устали от страха, от бесконечного напряжения. Мы обнялись на большом разложенном диване, и, несмотря на страх, который всё ещё сжимал грудь, незаметно провалились в сон, побеждённые усталостью.

Не знаю, удалось мне подремать или нет, но встал я ещё затемно. Первые лучи солнца только начали пробиваться сквозь горизонт, окрашивая небо в бледные оттенки розового и серого. Я подошёл к окну, прижал ладонь к холодному стеклу и внимательно осмотрел участок. Ничего не изменилось по сравнению с вчерашним днём. Тот самый объект, упавший на краю участка, всё ещё лежал там, словно немой свидетель вчерашнего кошмара. Его очертания, едва различимые в утреннем полумраке, казались ещё более устрашающими.

Воздух был свежим после дождя, но в нём витал едва уловимый запах гари. Перешагнув порог дома, я замер, окидывая взглядом место крушения. Вокруг валялись обломки корпуса, искорёженные взрывом и падением. Цветущие ещё вчера стебли картофеля сейчас будто перезрели, безвольно опав к земле. Среди них лежали механизмы, напоминающие роботов, их формы были искажены, а металл покрыт трещинами. Один из них выделялся среди остальных – он был повреждён меньше других, но в его корпусе торчал крупный обломок металла, словно осколок снаряда, застрявший в броне.

Присмотревшись внимательнее, я начал понимать, что передо мной не просто механизм, а нечто большее – вероятно, боевой скафандр. Внутри, судя по всему, находился один из наших захватчиков. Его рука была прибита к земле обломком, а из запястья пробивался прерывистый белый свет, словно сигнал бедствия. Когда я освободил запястье, сочленение перчатки разошлось, и она слегка сползла вниз. Передо мной открылась странная кисть, явно гуманоидная, с зеленоватым оттенком кожи, если её можно было так назвать. Кожа была покрыта мелкими чешуйками, напоминающими змеиную броню. На запястье я заметил утолщённый браслет, тоже повреждённый обломком рухнувшей конструкции. Судя по всему, именно он и светился, мигая из-за повреждений. Взяв браслет в руки, я с удивлением обнаружил, что он легко снялся, стоило мне попробовать это сделать. Внезапно меня слегка ударило током, но я списал это на статическое электричество.

Решив осмотреть капсулу, я поднялся и направился к пробоине в её корпусе. Внезапно в моей голове раздался тихий, бормочущий голос, словно кто-то пробрался в мои мысли, начав шептать что-то на непонятном языке. На пару секунд я замер, помотал головой, пытаясь отогнать это странное ощущение. Голос исчез так же внезапно, как и появился. Немного поколебавшись, я продолжил движение. Внутри капсулы горел тусклый мигающий красный свет, создавая зловещую атмосферу. По краям капсулы были закреплены три боевых робота. Их формы внушали одновременно страх и восхищение. С боков у каждого висели винтовки необычной конструкции, с грубыми рубленными формами и зелёным свечением вдоль ствола. Верхняя часть роботов, которую я бы назвал "головой", напоминала яйцо, разрезанное вдоль, с узкой зеленоватой полоской, за которой, вероятно, скрывались датчики и камеры. Корпус плавно перетекал из "головы", слегка сужаясь к низу, где располагались две массивные ноги и такие же "руки", расположенные почти параллельно "голове". Роботы были на голову выше меня и вдвое шире, их присутствие ощущалось как грозная, неумолимая сила.