Сергей Куц – Вор и проклятые души (страница 68)

— Кто ж еще!

Ирма с неудовольствием посмотрела на меня. Словно я встреваю в разговор не к месту и не вовремя. Да что мне ее недовольство? И где ее благодарность? Без меня и магии Велдона быть убитой ей, а не герцогу ди Альмара. По меньшей мере заключила бы невыгодную сделку, а то и в плен угодила.

— Где же они? — спросил я.

— Там, где вы положили их, Николас, — произнесла Ирма, недовольно поморщившись. Я мешал слушать доклад. — Они присоединились к остальным людям герцога.

— Благодарю за разъяснение. — Я прижал руку к сердцу и поклонился. Надеюсь, что издевка в моем голосе была заметна.

Ирменгрет выслушала дальнейшее о коротком бое у экипажей и лошадей. Графиня велела похоронить своих людей и, к немалому моему изумлению, сама предложила Велдону прочитать молитву. После инквизитор обмолвился, что даже у вампиров бывает прозрение и их души тоже втайне надеются на Спасение и Прощение.

Мы застряли в роще почти на целый день — люди Ирмы хоронили своих. Прямо у дороги, шагах в двадцати от нее. Сюда принесли и мумии, в которых превратились три вампира графини, погибшие в схватке в глубине рощи. Велдон долго читал заупокойные — и пока вампиры Ирмы отправлялись за трофеями и возвращались, нагруженные оружием; и пока укладывали добычу на запятки двух экипажей, связывая веревками и укрывая плащами; и пока разбирали лишних лошадей. Двое из людей Ирмы заняли места кучеров, остальные пять поведут полтора десятка лошадей.

Предвестник попросил предоставить ему коня. Бран был необычайно доволен и признателен Ирме, которая удовлетворила его просьбу. Сказал, что хоть развеется в седле. Я же предпочел продолжить путь на мягком сиденье в экипаже графини. Долгая дорога верхом — это не для меня.

Зато получил новый плащ вместо продырявленного серебряной пулей и окровавленного. Камзол, порванный на спине и спереди и также залитый кровью, решено было прятать под плащом, ибо переодеться не во что. С графом Мирбахом и Рене Зиллем, чьи одежды также были в крови, поступили схожим образом — им дали черные плащи.

— Будет вам портной, — сказал Ирма. Она уже остыла и соизволила говорить со мной. — Но завтра. В Торнеме есть один приличный мастер.

Завтра так завтра. Торнем слыл главным городом восточного Глира. Я никогда не был в нем, но, кажется, деревней он точно не является, а раз так, то и хороший портной в нем найдется.

Покинули злосчастную рощу уже сильно за полдень, и все время, пока оставались в роще, другие путники проследовали мимо всего несколько раз. Забитые крестьяне, которые предпочитали поскорей пройти мимо карет высокородной особы и ее вооруженных людей, и в общем-то правильно делали.

Я снова сидел напротив Ирменгрет, и она снова оказалась непредсказуема в своих чувствах.

— Прости меня, — произнесла она, улыбнувшись. — Я сама не своя. Столько произошло… — Ирма нагнулась, коснувшись ладонями моих колен, и заискивающе посмотрела мне в глаза: — А ты… спас меня от Брио. Я буду вечно тебе благодаря… И прямо сейчас!

— Не стоит, — буркнул я, прекрасно осознавая, к чему клонит красивая рыжеволосая женщина-вампир, — и я был не один.

— Жаль, — вздохнула Ирма и как будто даже искренне расстроилась после моего ответа. — Но ты убил герцога ди Альмара. Ведаешь ли, что это значит?

— Преступление? — Мне было плевать. Одним герцогом больше или меньше на моем счету. Не так давно я покончил с герцогом Альбрехтом Огсбургом. — Нужно пускаться в бега?

— А тебя это пугает?

— Нет. Я же вор.

Ирма покачала головой и снова мягко улыбнулась. Сейчас она была настроена на миролюбивый лад.

— Раз говоришь только о преступлении и ничего не боишься, то можем забыть о герцоге. — Вампир рассмеялась. — Тем паче что никто не выдаст тебя властям.

— Прекрасно! Но не намекаешь ли ты на наследников герцога или его родичей?

— У него нет наследников, а родные умерли давным-давно.

— Отлично, — ответил я, уставившись в окошко кареты. Нет желания продолжать разговор. Ирма чего-то недоговаривает — я вновь поймал задумчивый взор, которым она глядела на меня, и при этом еще алчет близости и крови.

Нет, молчание надолго не затянулось. Оставаться наедине всю дорогу и держать рот на замке — затея сомнительная. Мы опять разговорились. Обсуждали пейзажи за окном да ничего не значащие темы и делали вид, что нам друг от друга ничего не нужно. Просто попутчики, просто собеседники; и странным взгляд Ирменгрет мнился только в этот день, который закончился очередным придорожным трактиром.

За ужином, когда за столом со мной остался лишь захмелевший от крепкого вина Бран, я задал мучивший меня вопрос. Почему предвестник выругался, услыхав, что люди графини, сторожившие экипажи и лошадей, погибли.

— Какое тебе дело до ва… — Я осекся.

Харчевня при постоялом дворе забита купцами до отказа. К вечеру выбрались на оживленный тракт, и в таверне пришлось платить втридорога. Война невесело пошутил, что встретились с герцогом ди Альмара мы не зря. Мол, монет теперь сберегли.

— До людей Ирмы? — Предвестник отставил деревянную кружку с отпитым вином. — Это хотел сказать?

— До них, конечно.

Война чуть откинулся на лавке.

— Они с нами заодно. Плохо, когда твой отряд несет потери. Половины лишились.

— Я говорил с ней. — Понизив тон, чтоб не услышали чужие уши, я продолжил; — Других врагов, кроме Брио ди Альмара, у нее нет.

— Отрадно слышать, — сказал предвестник. — Вторая такая схватка — и останемся без сопровождения.

— А нужно нам оно? Места-то людные пошли.

— Нужно не нужно, но нести потери нехорошо.

Спорить с этим бессмысленно, да я и не собирался. Глаза слипались после долгого и мучительного для меня дня — рана от серебряной пули зажила не в один миг. Давно не болит и следов никаких нет, только ведь выстрел герцога и прикончить меня мог.

— Ты камзолом не свети, — заметил Бран.

Ругнувшись под нос, я запахнул полы плаща и направился к лестнице на второй этаж, где располагалась комната, снятая на четверых. Для меня, предвестника, Велдона и Мирбаха. Ирма уединилась с Зиллем, чему, признаться, я был только рад. Тошно видеть безмозглый взгляд молодого дворянина, которого снова околдовала вампир, да и не хотелось бы обнаружить ее ночью рядом с собой. Ничего не должно повториться! Лучше с подносчицей блюд переспать, коль на то пошло. Но нынче настроение неподходящее.

Утром обнаружилось, что на моем месте в экипаже графини умостился Зилль.

— Дальше без меня. — Помахав показавшейся в дверях трактира Ирме, я прыгнул в карету, где ехали Томас Велдон и имперский посланник. Бран предпочел начать новый день в седле.

С мрачным по своему обыкновению инквизитором да неразговорчивым, опасливо взирающим на меня и церковника Мирбахом путешествовать все одно лучше, чем с мило улыбающейся Ирмой. Она изменилась, и не в лучшую сторону, хотя по-прежнему приветливая. Но я не понимаю, что у нее на уме, это настораживает. А! К черту все!

Когда после обеда Бран продолжил путь в карете, дорога стала заметно веселей. Хоть было с кем побеседовать. Весь оставшийся путь я собрался провести во втором экипаже.

К вечеру третьего дня мы добрались до Торнема. Город средней паршивости, что давно разросся за пределы старых полуразрушенных крепостных стен. Дома в основном одноэтажные, редко какие со вторым этажом. Но ателье, к которому подъехали, как раз из таких.

Портной лично встретил графиню ди Плерри. Выяснилось, что Ирма давняя его клиентка. Мастер быстро подобрал мне новый камзол и рубашку, коими я оказался полностью доволен, а затем занялся Мирбахом и Зиллем.

В Торнеме мы и заночевали. К вящему огорчению нашего пленника, остановились в самом дорогом заведении. Клос Теодор фон Мирбах не произнес ни полслова о расточительности, но жадные глаза выдали его. За свои покои я, Бран и Велдон расплачивались серебром императорского посланника. Графа поселили с предвестником.

— Не боишься? — спросил я Войну. — Горло во сне не перережет?

— Лучше пусть он боится. — Предвестник состроил отвратную гримасу и обратился к огсбургцу: — Граф! Промочить горло не желаете?

Огсбургец желал.

— А ты, Николас?

Я желал отдыха и потому первым делом завалился на кровать. Однообразная дорога выматывала. Закрыл глаза — и открыл глаза. Почти сразу! Однако чувства обманули, потому как Томас Велдон будил уже поутру.

Наскоро перекусили — вампиры тоже ели в общем зале. Как выяснилось, они не отказывали себе в обычной еде. Ирма как-то обмолвилась, что ничто человеческое им не чуждо. Да, я помню, Ирменгрет повторяла раньше много раз, что она как живая.

Еще два дня потребовалось, чтоб пересечь великое герцогство Глир с юга не север, и на следующее утро после ночевки в очередном постоялом дворе мы переехали границу с Брештой, о чем свидетельствовал придорожный столб.

Каждый новый день в пути был холоднее предыдущего, а в северном предгорном королевстве — вдвойне. Даже снег лежит, и я боялся, что увязнем на раскисшей дороге. Однако мороз схватил грязь, и путешествие продолжилось без проблем.

Брешта почти вся покрыта ельниками, и населена она куда реже, чем соседний Глир. Основным источником дохода местных владетелей издавна служили богатые железные рудники. Распашка земель была скорее подспорьем, чтоб не помереть с голоду. Пашня не являлась здесь главной ценностью, и худородные никогда не крепились к земле. В Бреште крестьяне до сих пор жили в свободных общинах, бедных и немногочисленных. Идеальная страна для кланов упырей и прочей нечисти. Не удивлюсь, если сие королевство полюбили не только вампиры.